Красный бархат
Шрифт:
— Мне нравится, — пожимаю плечи и возвращаюсь к происходящему на сцене.
Это не ложь. Если отбросить все неприятные моменты — сегодняшняя программа довольно привлекательна. Сейчас, например, на сцене извивается женщина в красивом белье, а мастер показывает на ней различные пламенные техники.
Модель кусает губы, жмурится от каждого жалящего касания пламени, но когда мужчина перестаёт её касаться — открытый взгляд выдаёт её чувства. Она получает свою порцию удовольствия.
— Я отойду поправить помаду, — привлекаю к себе внимание Глеба и поднимаюсь
Небольшая комната спрятана в глубине помещения. Я тяну за собой дверь, но кто-то дёргает слишком резко с другой стороны. Хочу возмутиться, но Руслан быстро пресекает мою попытку, оттесняя меня к стене и зажимая ладонью рот, быстро щёлкнув замком на двери.
— С ума схожу, птичка.
Глава сорок восьмая. Кира
Мужчина впивается мне в губы жёстким поцелуем. Он будто наказывает меня за сегодняшний вечер, чередуя приятные касания шершавых губ с отрезвляющими болезненными укусами. На мне лёгкое платье, которое сразу оказывается сбитым волнами на талии.
Мужские горячие ладони на моих бёдрах, Руслан тяжело дышит и сжимает ягодицу с такой силой, что я хнычу ему в рот и начинаю умоляюще извиваться.
Губы скользят к открытой шее, пальцы цепляют волосы, наматывают, заставляя меня ещё сильнее откинуть голову, чтобы в следующий миг до мурашек, когда язык скользит по ключице, подготавливая кожу к последующему укусу.
— Руслан… Руслан, пожалуйста, — упираюсь ладонями ему в грудь, чтобы попытаться оттолкнуть, поймав оставшиеся разумные крупицы в собственной голове.
По телу бегут заряженные волны, ещё немного и я не смогу найти в себе силы для остановки этого безумия. Он сводит меня с ума. Голова кружится, тело моментально вспыхивает под его пальцами и губами, но нам нельзя. Не сейчас.
— Хочу увезти тебя отсюда и взять так, чтобы в твоей маленькой голове не осталось сомнений в том, кому ты принадлежишь на самом деле, — рычит и упирается ладонью возле моей головы, поддавшись моим рукам. Не позволяет отвести взгляд, удерживает своим и прижимает подушечку большого пальца к моей нижней губе. Толкает в рот, я касаюсь языком, переместив пальцы на его напряженное предплечье.
Я не хочу спорить с его словами, потому что в данный конкретный момент мне до волнующих спазмов внизу живота нравится, как это звучит.
— Я твоя, Руслан. Только твоя. Всё остальное лишь часть игры, — мурлычу и прижимаюсь сильнее к своему мужчине, провоцируя нас обоих на новое столкновение губ.
Как же до невозможного хорошо.
— Скажи, что у тебя заболела голова. Придумай что-нибудь. Хочу забрать тебя к себе и пытать до самого утра. Ты будешь вилять своей прекрасной задницей под моим ремнём и умолять меня продолжить, — искушает обжигающим шёпотом, пока его ладонь пробирается под ткань белья и нажимает на чувствительную плоть между ног. — Ты уже мокрая, птичка, — усмехается довольно и оттягивает мочку зубами, медленно скользнув
Нужно заканчивать. Ещё один поцелуй, ещё одно горячее касание под платьем. Очень сложно оторвать его руки от моего пылающего тела, и я даю нам ещё немного времени насладиться друг другом перед тем, как Руслан решает перейти к новому уровню.
— Не надо… — мужчина тянет мои трусики вниз по бёдрам, я пытаюсь перехватить резинку, мешая ему лишить меня преграды. — Руслан, остановись, мы не можем сейчас…
Тяну за пряди на затылке, останавливая новую череду влажных касаний на шее. Мужчина отстраняется, чтобы тут же ударить кулаком по стене, оставив на плитке красные разводы. Это отрезвляет нас обоих.
Я выныриваю из его рук, смачиваю маленькое полотенце и прикладываю к тыльной стороне его ладони, стирая выступившую кровь. Руслан позволяет мне это, свободной рукой обнимает за талию, поглаживая кожу, кажется, дрожащими пальцами.
Меня саму бьёт так, что в следующую минуту я едва могу справиться с замочком на клатче.
Поправляю смазанную помаду, приглаживаю растрёпанные волосы, наблюдая за отражением мужчины в зеркале. Его действия резкие, он бросает полотенце в корзину и прижимается к стене, откинув голову, упираясь затылком позади себя.
Не представляю, как сейчас я вернусь на тот диванчик, когда в моей голове пожар такого масштаба, что думать трезво практически невозможно.
— Почему здесь?
— Что? — поворачиваюсь лицом к Руслану и одёргиваю платье.
— Почему он сегодня привёл тебя сюда? — не открывая глаз.
— Возможно, он знает, что это место принадлежит тебе. Надеялся, что сможет тебя позлить. Или это просто совпадение, потому что твой клуб на вершине списка в этом городе. У нас же не мегаполис, — открываю кран, чтобы после прижать холодные влажные подушечки к вискам, где до сих пор бешено стучит.
— Ненавижу всё это. Хочу вернуться туда и свернуть ублюдку шею. Просто за то, что он на тебя смотрит.
— Нам обоим придётся потерпеть. Я постараюсь сделать всё быстрее. Руслан, не накручивай себя, пожалуйста, — прижимаю ладонь к его щеке, он дёргается и сглатывает, открыв глаза.
— Мне кажется, что я тебя теряю, — он настолько откровенен сейчас, уязвим. Такой сильный мужчина болезненно выворачивает душу передо мной.
— Вот она я, здесь. С тобой. Мы расправимся с моим прошлым навсегда. Мы, Руслан. Меня пугает то, что я к тебе чувствую, но я не хочу, чтобы это заканчивалось.
— Почему пугает?
— Потому что слишком сильно.
— Я тоже это чувствую, птичка.
Мы ещё какое-то время смотрим друг на друга, а потом я выскальзываю из комнаты, стараясь по пути вернуть дыхание в прежний ритм. Глеб продолжает разговор со своим знакомым, девочка на диване откровенно скучает, потягивая что-то розовое через трубочку.
Я перебрасываю волосы вперёд, закрываю на всякий случай шею, потому что я забыла проверить её на наличие меток. Хорошо, что во всём клубе приглушённое освещение.