Красные розы

Сабурова Анна

– А родители? – хотя я и не из-за такого из дома сбежала в другой город.

– Матушка спит спокойно, да позаботится о ней великий Морсон, а отец твой доит тебя, как корову. Ни стыда, ни совести. Прости за такие слова.

– А я унаследовала титул мужа? – на слове муж у меня в голове прострелила боль.

Воспоминания и до тошноты отвратительные. Старик с трясущимися руками прикасался к ней по первости, а она молилась, чтобы он не умер на ней. От него пахло старостью, а изо рта пахло ещё и гнилью. Эвалину выворачивало после каждой

близости, но теперь через это прошла и я. Момент его смерти тоже увидела, я убила его своими руками и с улыбкой, точнее это сделала Эвалина. На этом воспоминания не закончились, я увидела тот её взгляд в зеркале и ощущения внутри, её душа сгорела. Она решила стать бездушной и безжалостной сукой.

Хоть всё это и было на уровне ощущений, но это было тяжело и морально, и физически. Только сейчас я поняла одну фразу: «Не суди человека, не пройдя его путь». Моего помутнения Нина не заметила, слава богу.

– Да, конечно, брак ведь был официальным, спасибо хоть за это твоему отцу, он настоял. Ведь лорд хотел тебя к себе в любовницы, но ты из благородной семьи, так что мало ли, что он хотел.

Хоть что-то, значит, у меня было неплохое положение в обществе и без мужа. А многое ли мне даёт его титул?

– Мамушка, а почему на меня все смотрят со страхом, а то и с ужасом? – ответ на этот вопрос я знать не хотела.

В общем один кошмар, сменил другой. Как я понимаю, моему телу сейчас около двадцати восьми лет, замуж ведь я вышла в восемнадцать.

– Девочка моя, нельзя себя винить за то, какой ты стала, тем более это было неизбежно в той ситуации.

Я-то всё понимаю, вот только как теперь мне выбраться из всей этой жопы вокруг, а своей же я чувствовала, что что-то здесь не так.

Мои виски снова пробило током, но это были не воспоминания, а ощущения, и, черт побери, это было очень-очень больно. Дикое одиночество, страх, который загонял внутрь себя, мерзость и грязь вокруг, и в один момент отключение эмоций. Самое страшное, что может произойти с человеком, полное отрешение – это не жизнь, а существование. Мне захотелось помочь самой себе, пожалеть и обнять. Даже не сразу поняла, что переняла на себя состояние Эвалины незадолго до того, как ею стала я.

– Мамушка, я не знаю, что мне делать с… с… – решила немного сменить тему я.

– С Сальфией.

– Да.

– Вызови Джина, как всегда, он всё сделает.

– Охранника?

Это тот громила, которого я видела, когда выходила из комнаты? Мне страшно даже мимо него проходить, не то, что его о чем-то просить.

– Да, он из банды и за небольшую копейку всё приберёт.

– Как это приберёт? Её нужно похоронить по-человечески.

– Это уже как вы решите и на какой сумме сойдётесь. А вот мальчика в приют!

Всё моё нутро воспротивилось. Нет!

– Нет, мамушка. Я его оставлю, возьму на себя заботу о нём.

– Ты ненавидишь детей, маленькая госпожа.

– Возможно, потеря памяти пошла мне на пользу.

– Та Эвалина смогла

выжить, а сможет ли это сделать юная девушка, что только окончила обучение в пансионе?

– Посмотрим, – просто и ясно.

Я понимала, что сейчас все люди в этом здании зависят от меня, и неизвестно, что случиться, если я всё брошу и сбегу.

Я попросила Нину позвать Джина, нужно приниматься за дело, всё выяснить и ответить на свои вопросы.

Глава № 3

«Самый дорогой товар – это информация»

Я решила дальше действовать по обстоятельствам. Главное не упустить ни одной души, иначе эта распределительница, или кто она там, устроит мне весёлую жизнь. А если я здесь, значит есть и души по мою душу, их нужно найти всех и помочь. Это теперь моя жизнь здесь, ещё бы знать, где это здесь, и я приму эту жизнь, какой бы она ни была. Я справлюсь, ведь это не в моих привычках сдаваться или бросать всё на полпути.

В дверь постучали и вошёл тот самый злобный амбал, я, кажется, никогда не привыкну к нему, тем более к мысли, что он меня охраняет.

– Госпожа, – он склонил голову.

– Да, ммм… Джин, ты уже знаешь о девушке, что умерла?

Он немного сморщился, словно от лимона.

– Да. Что прикажете? Сжечь? В реку?

– Похоронить по-человечески, как положено, с достоинством.

Было видно, что Джин обалдел от моих слов, видимо до этого были кардинально другие порядки.

– Что-то не так? – решила я первой идти в атаку.

– Нет, всё будет сделано, – снова склонил он голову

– Да, и я её потом навещу.

Так новая проблема – деньги. И это очень серьёзная проблема. Да, деньги – не смысл жизни, а, как говорила моя подруга, кровь жизни. Моя рука автоматически открыла самый верхний ящик теперь уже моего рабочего стола, и я удивилась. Ящик был полон разноцветных бумажек с цифрами разной величины, похоже, это и есть местные деньги.

– Сколько тебе нужно на расходы? И за твою работу? – решила уточнить я.

– Три тысячи ренг.

Я достала из пачки три бумажки по тысячи (цифры были такими же как у нас) и положила на стол. Синие бумажки, очень странные, но достаточно изящные, на них был изображён сказочный замок, похожий на диснеевский. На деньгах язык был мне понятен, и я хоть что-то смогла узнать – деньги сделаны в королевстве Новерес и сейчас XVII век, купюра новая, а год на ней 1644.

– Госпожа, кто для вас эта девушка? Почему такие почести? Она ж безродная.

Я подняла на него хмурый взгляд.

– Она человек, обычная девушка.

– Раньше вы и ренга на девушку не выделяли.

И что делать в таких ситуациях? А про типа «амнезию» нужно вообще молчать, мне нужно стать жёстче, как Эвалина. Ещё нужно привыкать к тому, что Эвалина это я.

– Объясни мне, пожалуйста, Джин, каким образом мои дела должны тебя касаться? Я заплатила за работу и жду её выполнения.