Красные орлы
Шрифт:
Должны были прийти женщины из трех столовых. Собрались только из одной восемнадцатой. Было человек сорок, не так уж много. Но я волновался. Никогда не выступал перед женщинами.
Сели полукругом в большом обеденном зале. Для меня выдвинули столик на середину. Я не сел за столик, подошел поближе к работницам. Слушали хорошо, внимательно. Но когда кончил — ни одного вопроса. Вызываю на беседу, советую выступить — никто не хочет.
Так я один и стоял минут десять. Женщины смотрят дружелюбно, улыбаются, а слова ни одна ее берет. Говорят: и так все понятно,
Я недоволен митингом — не сумел добиться простоты, откровенности. А еще агитатор. Хорошо хоть вовсе не стушевался.
В Москве недавно открылся I конгресс 3-го Коммунистического Интернационала. Сегодня Питер встречал иностранных товарищей. Мы тоже ходили на площадь Восстания к Николаевскому вокзалу. На митинг собрались тысячи рабочих и работниц. Погода была хорошая — сильный снегопад, но тепло. Когда иностранные товарищи вышли на площадь, все дружно кричали «ура», «Да здравствует мировая революция!»
Товарищи говорили на своих языках. Но такие слова, как «Ленин», «революция», «советы» всем нам понятны и близки. Снова и снова кричали «ура», махали флагами, пели «Интернационал».
Вчера был на торжественном заседании Петроградского Совета, посвященном 3-му Интернационалу. Мы между собой много говорим о Коммунистическом Интернационале, читаем в газетах все, что о нем пишут. Вчера напечатано приветствие Петроградского Комитета РКП (б) делегатам конгресса.
На заседании вместе с депутатами Петросовета сидели представители от профсоюзов, красноармейцы, матросы, курсанты с командирских и наших, военно-агитаторских, курсов. С появлением иностранных гостей все встали, захлопали, запели «Интернационал». Их приветствовал председатель Петросовета. Потом один за другим выступали делегаты от рабочего класса Германии, Франции, Австрии, Венгрии, Сербии, Финляндии и Швейцарии. Выступление каждого сразу же переводили на русский язык.
Уверенно и твердо говорили зарубежные товарищи о грядущей победе пролетарской революции. Из их речей нам стало ясно, что рабочий класс капиталистических держав освобождается от угара шовинизма, который напустили во время войны господа каутские, томы, ланге и другие. Пролетарии всех стран идут по пути русской революции. Классовая борьба кипит, как в котле. Рабочие собирают силы, организовываются. Час пролетарского наступления недалек.
В Германии положение особенно серьезное. Даже желтая пресса господина Шейдемана, как сообщил немецкий товарищ, признает, что спартаковцы оправились после поражения в Берлине. Если так пишут продажные газеты Шейдемана, плохи дела социал-предателей.
Чем-то кончится новое выступление германского пролетариата? Всем сердцем желаем ему победы. Гнусное убийство Карла Либкнехта и Розы Люксембург не обезглавило немецкий рабочий класс.
Проясняется сознание и французских пролетариев. С презрением гонят они своих прежних вождей — социал-демократических лакеев капитала.
Готовится
Никогда прежде я так глубоко не чувствовал слова нашего гимна: «Весь мир насилья мы разрушим». Хоть и сопротивляется проклятый старый мир, дни его сочтены.
После иностранных коммунистов дали слово товарищу Луначарскому. Как зажигательно, умно он говорил, с каким подъемом прочитал резолюцию! Мы долго хлопали товарищу Луначарскому. Своим выступлением он завоевал симпатии всех. Заметно было, с какой теплотой относятся к нему товарищи из президиума и зарубежные гости.
В резолюции Совет благодарил делегатов конгресса за приезд в Петроград, за их горячее сочувствие рабочему классу России. Совет заявил, что он готов отдать все свои силы великому делу Коммунистического Интернационала, что он счастлив чувствовать себя отрядом армии освобожденного труда.
Когда председатель закрыл заседание, весь зал как один человек встал и с большим волнением снова спел международный пролетарский гимн «Интернационал».
Нам будут завидовать потомки: мы были свидетелями и хоть небольшими, а все-таки участниками создания 3-го Интернационала, который обновит земной шар, перестроит мир на принципах коммунизма.
Пусть тернист наш путь, пусть трудна борьба, но мы достигаем своего, добьемся светлой и счастливой жизни для всех тружеников земли!
Если бы отец был на этом заседании Петросовета! Если бы он слышал, как выступали представители зарубежного пролетариата, как мы пели «Интернационал»! Только он мог бы понять, что я переживаю сегодня.
Но отец далеко, в лапах свирепого врага. Мне даже неведомо, жив ли он, знает ли о нашей работе, борьбе.
Все равно палачам не остановить, не запугать нас. Проклятье и смерть врагам революции!
Все мои помыслы об одном: скорее окончить курсы и на фронт.
Прибывшие из Северо-Двинской губернии курсанты — человек сорок — едут домой 15 числа. Их нельзя задержать — начнется распутица. Так же как будто намерены поступить курсанты из Олонецкой губернии. Срок отъезда остальных не установлен. Живем слухами. Кто говорит, что экзамены проведут 25 марта, кто — не раньше 15 апреля. А сегодня я уже слышал, что курсы распустят будто бы 15 марта без всяких экзаменов…
Питер бурлит — в городе Ильич!
Вчера во дворце Урицкого он выступал с большим докладом на заседании Петросовета. Потом отвечал на вопросы, на записки.
Сегодня группа курсантов, среди которых был и я, присутствовала на митинге в Народном доме. Сотни рабочих, красноармейцев, матросов в переполненном зале слушали товарища Ленина.
Вот какое счастье выпало на мою долю — я сам видел и слышал Владимира Ильича! Случилось это первый раз в моей жизни, а кажется, что я уже встречался с ним раньше. Такое же чувство, оказывается, у всех. Настолько прост, близок, понятен Ильич.