Красные нити
Шрифт:
— Вы знаете, Рэчел, — ответил Бард на ее безмолвный вопрос, — вы уже около десяти лет даете мне добрые советы… и не только… Но в этот раз я не последовал вашему совету. Я так и не сказал инспектору, что я видел Гая в имении «Счастливые холмы» на теннисном корте в красной кофте накануне убийства. И знаете почему?..
— Да, действительно?.. Так почему же?..
— А потому, что я подумал… Уж если я потерял одного клиента, будущего компаньона… я имею в виду Вэла… то еще потерять и Гая… О, это было бы уже слишком!
— Ну, что же, это серьезная
На следующий день Кремер приехал в имение «Счастливые холмы», чтобы еще раз внимательно обследовать место преступления.
У гробницы его ждал заранее вызванный индеец Вудро Вильсон.
— Ты хорошо помнишь, — бесцеремонно обратился к нему Кремер, — как нашел труп мистера Вэла Керью? Расскажи мне об этом.
— Я думаю… Мистер Вэл… Он хотел поговорить с женой, — путано начал Вудро, далеко не в совершенстве владеющий английским языком. — Он, наверно, пришел в гробницу, чтобы спросить у жены… Он хотел снова жениться… и он не знал… а что скажет жена… И он смотрел, будет ли солнце на ее лице… И солнце было, значит, жена сказала ему: «Нет… не женись»… Это хорошо, а то было бы плохо… когда он хотел снова жениться… и на белой женщине… Это совсем худо.
— Ну, хватит, — не выдержал Кремер, затянувшись очередной сигарой, и выпустил дым прямо в лицо Вудро, — ближе к делу. Как ты увидел мертвого?
— Я вошел… вижу, мистер Вэл Керью… Он лежит… мертвый… а глаза открыты… это нехорошо… я закрыл ему глаза. — Потом я вышел… хотел позвать… а меня кто-то стукнул… и все… Ничего не видел больше…
— А кто тебя стукнул, ты успел заметить?
— Нет, мистер…
— А когда пришел в себя?
— Меня связали, но я развязался… это долго… Потом побежал… позвал людей…
— Да… Толку от тебя… Катись… — Кремер резко встал и, прогнав Вудро, разозлившего его своим косноязычием, отправился в институт индейского искусства.
Там его уже ожидал предупрежденный заранее директор института Амори Байс.
— Где вы были в день убийства, мистер Байс? — начал свой допрос инспектор Кремер.
— Я ночевал в доме мистера Вэла Керью. В его поместье «Счастливые холмы».
— А вы бывали там раньше?
— Да, я там бывал много раз. Я давно знаю Вэла Керью. Мы неоднократно беседовали с ним.
— О чем?
— Мы были друзьями. Часто говорили о жизни и обычаях индейцев вообще, а особенно о племени чероки, из которого он взял себе жену.
— Что вы заметили в тот день необычного?
— Да ничего, пожалуй… Все было как всегда.
— О чем вы говорили именно в тот день?
— Мистер Вэл Керью сказал мне, что он в растерянности. Он хотел вторично жениться, на Порции Тридт, но не был уверен, правильно ли поступает и понравится ли это его умершей жене.
— А говорили ли вы с Гаем?
— Да. В том числе и на эту тему. Только мистер Гай выразился более определенно. Он сказал, что отец напрасно все это затевает. Такой брак не может быть удачным. Он уверен.
— Что
— Он сказал, что через неделю будут именины Цианины. И если в этот день будет солнце, то оно обязательно осветит лицо Цианины. И тогда отец окончательно откажется от мысли о повторном браке.
— А как вы считаете, как специалист, мог бы не индеец, а белый оскальпировать человека?
— Я полагаю, что это мог бы сделать любой, это совсем не так трудно, как кажется.
Через некоторое время Кремер, развив бурную деятельность, уже допрашивал Гая Керью.
— Мистер Керью, кто сообщил вам об убийстве вашего отца?
— Мой слуга, Вудро Вильсон.
— А кто еще, кроме вас, бывал в этой гробнице?
— Насколько мне известно, там бывали мистер Байс, конечно, Вудро Вильсон, а также торговец тканями Лео Кранц, который был приятелем моего отца…
— Бывала ли там мисс Порция Тридт?
— Точно не могу сказать… Не помню… Возможно, что отец показывал ей гробницу…
— А как вы считаете, мистер Керью, мог ли не индеец оскальпировать человека?
— Я думаю, что нет…
— Тогда почему же мистер Амори Байс утверждает, что любой белый, или по крайней мере многие из них, мог бы оскальпировать человека. И физически это не очень сложно… Так почему?
— Ну, право же, я не знаю… Я высказал только свое мнение.
— А вы могли бы это сделать?
— Нет. Конечно, нет!.. Да еще своего отца? Мистер Кремер, это кощунство! Мне хотелось бы на этом закончить нашу беседу… если вы не очень настаиваете.
В ответ Кремер только злобно пыхнул сигарой…
Следующим собеседником Кремера был адвокат семьи Керью — мистер Орлик.
Он ворвался в кабинет Кремера и начал разговор в весьма агрессивном тоне.
— Мистер Кремер, я одновременно являюсь адвокатом и жертвы, и подозреваемого. Это дает мне право…
— Право врываться ко мне без приглашения? — резко оборвал адвоката Кремер.
— Дает мне право, — продолжал адвокат, нисколько не обескураженный холодным приемом, который оказал ему Кремер, — требовать, чтобы для проведения экспертизы вы дали мне те красные нити, которые были обнаружены в руке убитого.
— Да? — язвительно спросил Кремер, — а больше вам ничего не надо? — Он выпустил облако дыма и, немного успокоившись, добавил, теперь уже более спокойно: — Во-первых, я беседовал с мистером Байсом, и он утверждает, что в руку убитого можно было бы вложить, причем в любое время, любые красные нити, например, из любого среди десяти сделанных из байетты одеял, которые есть у него в музее. А во-вторых, экспертиза уже произведена. Она показала, что эти нити — действительно из ткани байетта…
— Извините, — вновь прервал Кремера адвокат Орлик, — у меня тоже есть образец таких нитей, и я хотел бы их сравнить с вашими. Дайте мне, пожалуйста, хотя бы одну нить вашего образца…