Красноглазый вампир
Шрифт:
Они прочли текст.
Хорошо загримированная голова. Голова не Гарри Диксона, а Джима Пайка. Поздравления и удачи! Гудфелъд.
Бог Хануман
Гарри Диксон и Том Уиллс остановились в Гранд-отеле Брюгге. Пару дней они отдыхали, наслаждаясь полным бездействием.
Почему бы не вернуться в Лондон? — предложил Том на третий день после освобождения учителя.
Последний акт пьесы еще не состоялся, —
А! И долго занавес будет ждать финала? — пошутил Том Уиллс.
Не позже сегодняшнего вечера, мой мальчик, — ответил сыщик, не скрывая отличного настроения, — я выбрал идеальные декорации для финала: прекрасный древний Брюгге с его бегинскими монастырями, чудесными памятниками и маленькими таинственными улочками.
Значит, будем ждать, лакомясь этим чудесным палтусом под белым вином, — пошутил молодой человек, разглядывая блюдо, которое метрдотель поставил перед ними.
Когда первые тени легли на уснувший город, гостиничный слуга явился в их номер и объявил Диксону, что прибыл посыльный и принес «вещь, о которой вы хорошо знаете».
Диксон улыбнулся и сердечно поблагодарил слугу.
— Малыш Том, — сказал он, когда они остались одни, — сегодня поздним вечером мы немного нарушим бельгийский закон, но полиция не будет иметь к нам претензий, как я полагаю, поскольку речь идет о ее репутации. Мы сейчас превратимся в обычных взломщиков.
— Отлично, — сказал Том. — Такая экспедиция мне по нраву. Масса непредвиденного и очарования!
— Вот это Том, который из Шерлок Холмса хочет превратиться в Арсена Люпена! — расхохотавшись, заявил Гарри Диксон.
В разгар ночи они покинули гостиницу, обутые в фетровые сапоги и одетые в черные костюмы.
— Револьвер? — спросил Том.
— Если хотите, но этого лассо, которое я спрятал под пальто, мне с лихвой хватит…
— Будете ловить лошадей, как ковбои?
— Лошадей нет, но всё же поганое существо!
Улицы были пусты. Невидимые куранты пропели над спящим городом. Колокол отмерил поздний час.
Они углубились в лабиринт улочек прелестного квартала Миннерватер, где Том услышал журчание воды в древних шлюзах.
— Учитель, — тихо спросил он, — вот уже полчаса за нами следует тележка. Тележка, накрытая черным брезентом.
Сыщик не обернулся.
— Пусть она следует за нами, Том. Я бы расстроился, если бы она не следовала за нами.
Они остановились перед высоким домом, увенчанным коньком. Дом был черным, ни одно окно не светилось.
Гарри Диксон немного повозился с замком, и дверь открылась.
Они оказались в просторном коридоре, который бесшумно прошли. Перед лестницей Гарри Диксон включил миниатюрный фонарик. Узкий луч света осветил ступени лестницы. На втором этаже сыщик и его спутник остановились и перевели дыхание. Дом был безмолвным и словно вымершим.
— Осторожно! —
Лучик света обежал просторную комнату.
Том Уиллс тихо присвистнул.
Один из лучших рабочих кабинетов, которые он когда- либо видел. Стены буквально исчезали под книгами, произведениями искусства явно восточного толка, на мебели стояло множество восточных предметов.
— Где мы? — спросил Том.
— У нашего друга, доктора Луммеля, — тихо ответил Гарри Диксон.
— Несчастный, убитый в Британском музее?
Гарри Диксон не ответил, но, в свою очередь, присвистнул.
— Теперь будем настороже, как никогда! — посоветовал он.
Едва он произнес эти слова, как Том вскрикнул от ужаса. Что-то ужасное, неопределенное, выпрыгнуло из стены, что-то волосатое коснулось его щеки, оцарапав ее до крови. Он тут же услышал свист лассо. Учитель крикнул:
— Том, свет! Выключатель у двери.
Том машинально повиновался.
Яркий свет залил комнату, а Том Уиллс вновь завопил от ужаса. В петле кожаного лассо билась волосатая рука, заканчивающаяся опасным когтем. Она походила на отвратительную змею. Рука выступала прямо из стены.
— Держи револьвер наготове на случай, если тип шелохнется, — приказал Гарри Диксон, — но не слишком его повреди, если придется стрелять. Мне он нужен живым.
С этими словами он начал с силой бить ногой в стену. Это оказалась простая фанерная перегородка, которая быстро поддалась.
— Внимание! — рявкнул сыщик, заметив, что перегородка закачалась, готовая рухнуть на них.
Послышался яростный вопль. Том Уиллс увидел, как в комнату впрыгнула темная фигура. Но Гарри Диксон был проворнее, и через мгновение фигура лежала на полу, спутанная лассо.
Том Уиллс увидел громадную, ужасно гримасничающую обезьяну.
— Том, представляю вам бога Ханумана! — весело воскликнул Гарри Диксон. — Ступайте на улицу и скажите нашему другу ван Бюрену открыть железную клетку, которая стоит в тележке. А я приведу птичку!
Через час Гарри Диксон представлял своего пленника на дворе центрального управления полиции:
— Господа, представляю вам бога Ханумана и одновременно убийцу охранника Дэвида Бенса, Джима Пайка и, несомненно, многих других.
— И доктора Луммеля! — добавил Том Уиллс.
— Нет! — перебил его Гарри Диксон.
— Но, господин Диксон, — пробормотал начальник полиции, — мы не можем предъявить это животное судьям. Единственное, что мы можем сделать, так это отослать его в зоопарк Антверпена.
— Вовсе нет, — усмехнулся сыщик. — Эта обезьяна предстанет перед судом в самое ближайшее время.
— Но со времен Средневековья больше не судят животных, уличенных в убийстве, — иронически хмыкнул полицейский.