Красноглазый вампир
Шрифт:
Мистер Уиллис бросился бежать к коллеге, когда произошло то, что, по-видимому, спасло ему жизнь: он поскользнулся.
Он растянулся на полу во весь рост, вывихнув лодыжку.
Он застонал от боли, потом ощутил острую боль в колене и в голове.
Но попытался подняться.
И смог увидеть, что творилось в зале Карнавона.
Дэвид Бенс добежал до выключателя, и на потолке вспыхнула яркая дуговая лампа, осветившая весь зал.
Мистер Уиллис едва сдержал вопль ужаса.
Между выставленными
Мистеру Уиллису показалось, что оно походило на черную и волосатую обезьяну или на одну из отвратительных мумий, с которой содрали все бинты. Быстрее молнии чудовище вскочило на плечи Дэвида Бенса. Тот завопил. Но в это мгновение боль затмила зрение мистера Уиллиса, а может быть, и страх лишил его сознания.
— Доктор, мы можем его допросить?
— Думаю, да, мистер Диксон, хотя я опасаюсь, что у него перелом основания черепа.
— Ему нанесли удар, как и второму охраннику?
— Нет! Парень очень неудачно упал. Заскользил по плитам пола, повредил колено, а головой врезался в мраморный цоколь. Нет, бедняга потерял сознание от сильнейшей боли, а вот второй…
— Убит? — коротко спросил сыщик.
— Ужасным образом! Мой коллега, медсудэксперт Мар- ден расскажет вам подробнее.
Обеспокоенный директор музея, до сих пор хранивший молчание, заговорил.
А теперь «они» убили! — пробормотал он.
Гарри Диксон удивленно глянул на чиновника.
Они стояли в кабинете директора Британского музея. Первые лучи зари постепенно затмевали люстру на потолке кабинета.
Охранник Уиллис лежал на шезлонге. Ему только что наложили повязки на голову и левую ногу. Он тяжело дышал и стонал, оставаясь в забытьи.
Посреди ночи внезапный телефонный звонок поднял сыщика с постели. Звонили из Министерства изящных искусств и умоляли тут же приехать к директору Британского музея.
Так он оказался перед удрученным чиновником, трупом и раненым охранником.
Господин директор, — сказал Гарри Диксон, — я только что услышал таинственное слово «они». Не могли бы вы дать разъяснения?
Охотно, господин Диксон, я получил разрешение министерства. С некоторых пор нас обкрадывают, несмотря на запертые двери, замки и регулярные обходы, которые я провожу лично. Ничего не помогает: нас продолжают обкрадывать! В основном кражи происходят в этом злополучном зале, где хранятся чудесные вещи, которые лорд Карнавон привез из Долины царей. Исчезли великолепные золотые украшения. И невероятной ценности папирусы.
Министерство решило не поднимать тревоги. Мы удвоили наблюдение, но решили не предупреждать охранников. Сегодня мы обратились к вам за помощью, поскольку министерство сняло запрет. Поэтому я могу с вами разговаривать.
Хм! Вечная официальная трусость, — пробормотал сыщик. — Тем
Директор вскинул голову.
Вовсе нет, господин Диксон. Следы были зафиксированы, но они совершенно фантастические, нереальные! Что и вынудило начальников хранить молчание.
— Что за следы? — лаконично спросил сыщик.
Чиновник тряхнул головой и, похоже, искал слова, чтобы дать ответ.
— Так вот! — наконец заговорил он глухим голосом. — Свежие отпечатки на взломанных саркофагах, на разбитых витринах: это… Нет, такое невозможно!
— Выкладывайте! — нетерпеливо потребовал сыщик.
— Это отпечатки обезьяны, господин Диксон! Длинные обезьяньи стопы. Вот фотографии…
Он открыл ящик стола и выложил перед Диксоном несколько фотографий, какие обычно представляют службы судебной идентификации. Гарри Диксон вооружился сильной лупой, принялся их тщательно изучать, потом положил на стол и мрачно кивнул.
— Действительно, очень похоже на обезьяньи следы, — сказал он, — хотя я не знаю ни одного четверорукого, способного оставить такие следы.
Директор кивнул в знак согласия.
— То же самое сказали наши биологи. Профессор Лей- дон, наш известный анатом, пошел даже дальше, сказав, что подобный след могла оставить кисть скелета и даже больше, кисть мумии! — испуганным тоном закончил он.
— Стоп! — сказал Диксон. — Дайте мне эти фотографии…
Он вновь взялся за их изучение. После долгих минут молчания он отбросил фотографии и удивленно воскликнул:
— Слово даю, это так!
Доктор, который до сих пор молчал, не вмешиваясь в их беседу, положил ладонь на руку сыщика.
— Господин Диксон, наш раненый пришел в себя.
Гарри Диксон живо обернулся.
— Здравствуйте, господин Уиллис, — заговорил он с сердечной улыбкой, которая тут же завоевывала ему симпатию самых скромных людей. — Наконец вы вернулись в круг живых. У вас было весьма неудачное падение? Мрамор, это вам не подушка, черт подери!
— Ужасно! — пробормотал Уиллис.
Он зажмурился, и его сотрясла неукротимая дрожь.
— Дэвид Бенс умер? — с тоской спросил он.
Ему не ответили, но охранник прочел правду на лицах собравшихся вокруг него.
Ужасно! — повторил он.
Да, — ответил Гарри Диксон. — Теперь вы, мистер Уиллис, можете помочь нам отомстить за вашего несчастного коллегу.
Его убила обезьяна… быть может, мумия! — воскликнул Уиллис. — Я ее видел!
Директор вскрикнул от ужаса. Даже Гарри Диксон не смог сдержать дрожи.
Слабым голосом раненый пересказал события ночи, встречу с Дэвидом Бенсом в большой галерее, шум, поднявшийся в зале Карнавона, свое неудачное падение у дверей этого помещения и невероятное нападение, жертвой которого стал Дэвид Бенс.