Красноглазый вампир
Шрифт:
Герр Саррьен поспешил исполнить просьбу покупателя.
— Вот лунные камни, — сказал он, протягивая открытый футляр герру Топпферу.
На темном бархате футляра поблескивало полдюжины красивых опалов.
— Что скажете, Мариедл?
Мариедл что-то проворчала, по-видимому означавшее одобрение, поскольку Топпфер заявил:
— Думаю, эти камни нравятся моей жене. Из них можно сделать украшение. Полагаю, цена на них не завышена?
Герр Юлиус Саррьен назвал сумму, которая не показалась астрономической супругу Мариедл. Он
Пара медленно удалилась, раздвигая толпу и не обращая внимания на другие аттракционы.
Когда они исчезли за дощатым бараком, герр Саррьен подозвал бродящего поблизости мальчишку.
— Ты принес мне счастье, малыш, — сказал торговец камнями. — Благодаря тебе этот славный человек, герр Топпфер, как ты его называешь, обратил внимание на мои скромные товары и совершил хорошую покупку. Вот тебе комиссионные.
С этими словами он протянул удивленному мальчугану талер.
— Талер?! — воскликнул он. — Да я все праздники буду гулять по-королевски. Шикарно! Надо же, этот поганый скупой медведь Топпфер покупает такие дорогие вещи! Можно сдохнуть от удивления.
— Вы так хорошо его знаете? — спросил еврей.
— Отвратительный тип. — Малыш с презрением сплюнул на землю. — Раньше он держал постоялый двор на дороге в Кобленц. Заработал кучу денег, обворовывая кого ни попадя, и разбогател. Но однажды ему крупно не повезло, и он угодил в тюрьму, как и его поганая жена Мариедл.
Они переехали сюда в свой домик в Мозельском лесу. Они живут в деревне, но здесь их не любят, а их дом настоящая лачуга.
— Жить в одиночестве в лесу! — воскликнул герр Сар- рьен. — Какое проклятие!
— Некоторое время назад они взяли жильца, какого-то их кузена, как они говорят. Старый безумец, который не смотрит ни на кого, а развлекается всякими дурацкими проделками, в которых никто ничего не понимает.
Пока они беседовали, тележку торговца камнями окружили покупатели, и мальчуган расстался с ним, раскрасневшись от удовольствия и клянясь, что пришлет ему новых клиентов.
Когда наступил вечер, резкий свет ацетиленовых ламп залил сверкающие подмостки. Плотная толпа жителей деревни собралась на площади, покоренная феерией красок и огней.
Герр Саррьен с осторожностью упаковал украшения и перевез дорогостоящий товар в свою комнату на постоялом дворе.
Он недолго расхаживал среди возбужденной толпы, заметил мальчишку в военной фуражке, который веселился, кружась на деревянном коне, а также супружескую пару Топпфер, которая решила посетить представление ярмарочного цирка. Давно привыкший к таким празднествам, герр Саррьен, похоже, предпочитал ночную прогулку вдоль рокочущей реки. Он дошел до лужайки коммунального леса, потом решительно углубился под темную и безмолвную сень деревьев.
После четверти часа ходьбы по тропинке меж колючих кустарников он вышел на обширную поляну.
Ощутил
Среди деревьев притаился темный одинокий домик, похожий на хищника, прижавшегося к черной высокой скале.
— А вот и лесная резиденция герра и фрау Топпфер, — усмехнулся еврей.
Шаг его стал удивительно эластичным, сутулые плечи распрямились. Все его внезапно изменившееся тело приобрело невероятную силу.
Ток! Ток! Ток, ток, ток…
Неужели по коре деревьев стучал ночной дятел?
Герр Саррьен, похоже, неплохо знал лесных обитателей. Эта птица не искала себе пропитания в ночные часы.
И шум был скорее металлический и не походил на звуки ночного леса.
Ток! Ток, ток…
Не потревожив ни веточки, ни травинки, странный еврей проскользнул к домику.
В щель ставни пробивался лучик света.
Герр Саррьен прижался глазом к щели.
Он увидел темную комнату. Керосиновая лампа с матовым абажуром бросала жидкий кружок света на стол, заваленный инструментами. Герр Саррьен никого не увидел, а скорее различил часть человека, который работал в полном одиночестве.
Ток! Ток, ток…
Небольшой стальной молоточек был отложен в сторону. В пятне света появилась длинная, тонкая и белая рука.
Герр Саррьен втянул в себя смолистый воздух и вгляделся в руку.
Теперь она схватила два небольших предмета, лежавших в медной мисочке, и прикинула их вес.
Два из шести проданных им лунных камня…
Внутри послышался старческий, пронзительный голос:
— Наградят ли они жизнью теперь?
Герр Саррьен ловким движением поднял дверную задвижку. Дверь неслышно приоткрылась.
Голос зазвучал опять:
— Дадут ли они жизнь?
— Никогда, — громовой голос разорвал тишину.
Два опала выпали из руки человека. Он повернулся и застонал, когда во второй раз прозвучал громкий голос:
— Именем закона, вы арестованы, мистер Спрадл!
Эпилог
В день, когда мистер Спрадл, обвиненный в ужасных преступлениях в Кингстоне, услышал смертный приговор из уст лондонских присяжных, Гарри Диксон, Том Уиллс, мистер Роксниф и Тед Селби сидели на Бейкер-стрит вокруг стола, на котором дымился большой сосуд с пуншем.
— Вы должны дать нам разъяснения, господин Диксон, — сказал главный констебль.
Сыщик не отказался.
— Я вам вкратце расскажу, как разворачивались события, — начал он. — Прежде всего, как случилось, что такой замечательный механик и художник стал отвратительным убийцей?
Безумие? Несомненно, оно присутствует в его деле, хотя это безумие носит особый характер, но оно не спасет его от виселицы.
Этот человек жил только своими механическими работами, создавая автоматы. В конце концов он почти уверовал в то, что его железные куклы являются живыми существами, как и все люди.