Красная нить
Шрифт:
– Да - прошипел Бейлер вложив в голос столько яда, что им можно было отравить целого слона - может вы меня выпустите из машины? Я очнулся, переломов нет, всё путём, так что давайте разойдёмся миром. Ну так как?
– Нет - не согласился Ахмед - мы всё-таки доставим тебя в больницу.
Кира едва сдержала смех искусно спрятав его за кашель. Поворачиваться к новому пассажиру их "Лады", девушка не хотела. Ещё чего! Не хватало, чтобы Томас её узнал, поэтому всё внимание она переключила на дорогу. Тем временем обстановка в машине стала накаляться.
– А зачем ты держишь дверь?
– поинтересовался Бейлер красноречиво смотря
– А чтобы не открылась - простодушно отозвался парень не ведая приближения беды.
У Ольшовой проснулось нехорошее предчувствие.
– Мммм, ясно - как-то слишком заинтересованно отозвался Томас.
В следующую секунду он со всей силы пнул дверь машины. Ахмед взвыл и отдёрнул руку. Дверь машины медленно начала открываться. А вот этого не надо, подумала Ольшова и резко свернула влево, так что все накренились в ту же сторону.
– Держи его!
– взвизгнула Кира - уйдёт!
Но Тарантул это и так уже понял. Он свободной рукой схватил мужчину за шиворот дорогого пиджака и потянул на себя. Томас ясно и с чувством выругался, причём так, что даже у Ольшовой, которая сама свободно могла составить словарь "исконно русского", запылали уши. Слава и Ахмед тоже впечатлились. Видя, что один Тарантул с изворотливым "пострадавшим" не справится, Ахмед крикнул:
– Держись,брат!
И перегнувшись через спинку пассажирского сиденья попытался помочь утихомирить Томаса. Марина, которая в общем бедламе получила временную свободу, выплюнула кляп и закричала чистым и нежным сопрано, который невероятно напомнил Кире вой пожарной сирены:
– Помогите!!!
– " Дурдом!" - закричал мозг девушки и Ольшова была с ним полностью согласна.
Проезжающие мимо машины даже притормаживали чтобы понять что происходит в жёлтой "Ладе". Когда машина остановилась на светофоре ( после трёх или четырёх светофоров, которые Кира пропустила из-за того, что не смогла затормозить девушке всё же удалось не нарушить одно из главных правил ПДД), то даже пешеходы не спешили переходить дорогу, увлечённо смотря на весёлую и дружескую потасовку. Томас яростно отбивался от пытающегося его скрутить Ахмеда и пинал Славу, который всё время старался оглушить непокорного пассажира, дабы тот затих. Пассажир затихать даже не думал,поэтому матерился громко, с чувством, как на русском, так и на немецком и английском языках, активно стараясь отбиться. Марина орала фальцетом, Кира же в ужасе соображала как ей теперь выкрутиться из этой абсурдной ситуации. В общем, всем было весело и все были при деле. Пользуясь тем, что машина стоит на месте, Ольшова быстро натянула на голову кепку и капюшон серой безрукавки, стараясь сделать так, чтобы её лица никто не увидел. Нервно постукивая пальцами по рулю, девушка нетерпеливо ждала когда загорится зелёный свет. Чтобы хоть как-то заглушить вопли Марины и маты парней, девушка нажала на кнопку проигрывателя. Внезапно " Лада" содрогнулась от диких басов, ненадолго оглушив всех, кто сидел как в самой машине, так и в трёх метрах от неё.
– Твою мать!
– выразил общую мысль Томас зажимая уши - выруби эту дрянь к чертям собачьим!
– Это к каким ещё чертям?
– недовольно протянул Ахмед пытаясь переорать солиста группы - это Рамштайн! Это классика!
– А не пойти бы тебе со своей классикой....
Зелёный наконец-то загорелся и Ольшова нажав на газ со всей силы заставила "Ладу" кометой, которая рассекает небеса,
– Атас!
– всполошился Ахмед - не гони ты так!
– Почему?
– У меня тормоза через раз работают - сознался парень.
Бейлер расхохотался. Вот чего веселится, в негодовании подумала Ольшова.
– Ты чего ржёшь?
– удивился Слава.
– Вы не смогли меня сбить, но ваша машина сделает это за вас, при чём к праотцам отправимся всей компанией - ответил мужчина и расслабленно откинулся на спинку сиденья. Белые волосы но солнце отливали серебром, а чёрные глаза смотрелись как-то неправильно на фоне общей бледности. Сразу видно, что почти чистокровный скандинав, подметила Кира, они все блондины с бледной кожей и голубыми глазами. Хоть дядя Адама и не имел голубых глаз, остальное полностью совпадало.
– Кстати, - подал голос Бейлер - а почему это наш водитель молчит на протяжении всей поездки,м? Нехорошо быть отдельно от коллектива.
– У меня нет стадного инстинкта - не смогла смолчать Ольшова стараясь немного снизить скорость, что ей не очень хорошо удавалось.
– Как грубо - деланно обиделся Томас - считаешь, что мы - стадо?
– Нет, я это знаю - огрызнулась Кира. И чего он к ней привязался, зло думала девушка, хоть бы его снова вырубили! Тогда сразу все проблемы решатся!
Повернув в последний раз, Ольшова с диким визгом шин остановилась у больницы.
– Приехали!
– объявила она.
– Куда?
– поинтересовался Томас осматриваясь по сторонам, но не спеша выходить. Какой странный человек! То потасовку устраивает лишь бы на ходу выпрыгнуть, а когда его отпускают даже уходить не хочет,удивилась Кира.
– В больницу - ответил Ахмед и открыл дверь мужчине,словно работал лакеем.
Бейлер раздражённо фыркнул и вылез на свет Божий. Посмотрев на свой помятый и местами порванный пиджак, мужчина снял его с плеч, оставшись только в тёмном свитере и выкинул в первую попавшуюся помойку. В машине потрясённо молчали. Повернувшись к ребятам, Томас внимательно посмотрел в лицо каждого, словно запоминая его. Ольшова на мужчину не смотрела, поэтому он сам перегнулся через Ахмеда и схватив её за подбородок заставил повернуться к себе лицом. Синие глаза встретились с чёрными и Томас ахнул:
– Ты!
– Я - подтвердила Кира и нагло улыбнувшись нажала на газ.
"Лада" рванула вперёд и Томас едва успел убрать руку. Чувствуя, что ей хочется без причинно смеяться вспоминая удивлённые глаза Бейлера, Ольшова закусила губу и следуя указаниям Тарантула поехала к небольшому ресторану.
Глава 22.
– И что потом?
– спросила я у подруги прижимая горячий телефон к уху - как ты смогла смотаться?
– А пока они эту Марину из машины с Ахмедом в ресторан тащили - ответила Кира и рассмеялась - она так кричала, что я подумала, что оглохну! Ну пока то да это, я и смоталась. Они даже не заметили.
– А что с дядей Адама?
– А ничего. Увы, но дорога в клуб мне теперь заказана - вздохнула Кира - придётся снова в старые ходить и завистливо поглядывать в сторону тех, кто скачет в "Чистилище".
Я сочувствующе улыбнулась. Но то, что Ольшова рассказала мне про Адама не нравилось совершенно. Это так спускать нельзя, поэтому распрощавшись с подругой, которая топала раздобыть себе еды, я набрала другой номер.