Краски лета
Шрифт:
Росс взъерошил волосы на голове.
— Не знаю, как ты, но я сейчас не отказался бы чего-нибудь выпить.
Николь согласно кивнула.
— Я тоже. Может быть, шоколаду?
— Я вообще-то имел в виду что-нибудь покрепче.
Николь чуть нахмурилась.
— Это не поможет уснуть. Но даже если заснешь, отдохнуть не получится.
— А ты случайно не доктор? — с легкой улыбкой поинтересовался он. — Но ты права, шоколад, так шоколад.
Они пошли на кухню. Николь плеснула молока в ковшик и поставила его в микроволновку. Потом начала размешивать
— Николь, ты счастлива? — неожиданно спросил он.
— Почему ты спрашиваешь? — спросила она с запинкой.
— А что, я уже не могу поинтересоваться, как тебе живется в моем доме? Ведь ты же не думаешь, что мой мир ограничен интересами одного только Аарона.
— У меня нет претензий, — осторожно заметила Николь. — В конце концов мы переехали не на край земли, всего полчаса до города. При желании, когда у меня будет свободное время, я смогу навестить своих друзей. И в любом случае я получаю за свою работу деньги, так что все нормально, — добавила она.
— И это все, что тебя волнует? — Голос Росса зазвучал требовательно и агрессивно.
Николь спокойно пожала плечами.
— Что поделаешь, деньги играют для меня не последнюю роль. Я одинокая женщина и вынуждена сама зарабатывать себе на жизнь. — Она сделал небольшую паузу. — Но ты прав, меня волнуют не только деньги. Мне не безразличен Аарон, мне тяжело было пережить все, что случилось с ним, случилось из-за меня. А сегодняшний ночной кошмар явное следствие того случая.
Звякнула микроволновка, и Николь повернулась, чтобы достать молоко. Воспользовавшись моментом, Росс обхватил ее, и его губы оказались возле ее уха.
— В том, что случилось, нет твоей вины. Знаю, я обвинил тебя и вообще вел себя отвратительно... просто не мог справиться с эмоциями... а к появлению Мэтта я был абсолютно не готов.
Его извинение удивило Николь.
— Все хорошо, что хорошо кончается.
— Только ты меня не простила. — Он повернул ее лицом к себе. — Ты меня когда-нибудь простишь?
У Николь слезы навернулись на глаза.
— Простить тебя? Да наоборот, это я должна просить прощения.
— Тысячу раз нет, — твердо проговорил Росс. — Ты смотришь за ребенком, будто он твой собственный, и всегда все делаешь правильно. Это я виноват.
Николь попыталась удержать улыбку. Кающийся Росс Дюфрэ — это надо видеть.
— Я знаю, как много значит для тебя Аарон, и все понимаю.
— Я на это надеюсь. — Он сказал это скорее для себя, чем для нее. Ее губы были так близки, и вся она, теплая, нежная, красивая, была рядом. Росс смотрел на нее таким голодным взглядом, что Николь не выдержала и отвела глаза.
Росс наклонил голову.
— Николь, ты хочешь меня? — спросил он, погружаясь языком в медовую влажность ее рта.
— Да, — прошептала она, воспользовавшись паузой в этом бесконечном поцелуе, который, казалось, будет длиться вечно.
— Боже, я не могу, — пробормотал Росс зарываясь лицом
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Он совсем не собирался влюбляться в Николь, она вызывала в нем вполне определенное желание, и только. Да и было бы интересно посмотреть на мужчину, который остался бы равнодушным к ее чарам. Бесспорно, привлекательная женщина, но это ничего не значит.
Правда, он уже так привык к ней, что не может себе представить жизни без нее. И если бы она его полюбила и осталась с ним навсегда...
Если бы это случилось — произошло бы чудо, поскольку он почти уверен, что для Николь их брак существует только на бумаге, и, когда все условия будут выполнены, она уйдет от него. И будет права.
Вот только если она сейчас поцелует его в ответ, значит, она испытывает к нему такие же чувства... может быть.
— Оставь шоколад, — прошептал он, — пойдем лучше в постель.
Но Николь отрицательно замотала головой, упираясь обеими руками ему в грудь.
— Не думаю, что это хорошая идея.
— Почему? — Глупый вопрос, будто он не знает ответа.
— У меня есть свои причины.
— И ты не собираешься обсуждать их со мной?
— Нет. — Она продолжала сопротивляться.
Но Росс не отступал. Николь на секунду прикрыла глаза, и в это мгновение он уперся руками в стенку с обеих сторон от нее. Росс легко коснулся ее губ.
Николь широко распахнула глаза и протестующе вскрикнула, но он не обратил на это никакого внимания.
— Не знаю, почему ты не хочешь идти в постель, — пробормотал он, отрываясь от ее губ и с наслаждением вдыхая аромат духов, — но я точно знаю, что ты хочешь меня так же сильно, как я тебя.
Он впился ей в губы долгим поцелуем и крепко обнял, прижимаясь к ней всем телом.
— О, Николь, — переводя дыхание, прошептал он, — что ты со мной делаешь?
— А ты со мной?
Ему показалось или она действительно это сказала?
— Ты снова вернула меня к жизни, ты знаешь об этом? Ты заставила меня почувствовать себя совершенно другим человеком. — Он целовал ее не переставая, страстно и требовательно, пытаясь сломить остатки ее сопротивления. Она никогда не отказывала раньше, так неужели откажет сейчас?
А вдруг она только и ждет, чтобы он позвал ее? Сердце у Росса забилось быстрее. Может, она все-таки хоть чуточку его любит? Она ни разу его не оттолкнула, значит, у него есть шанс?
Поцелуи Росса стали нежнее, его руки пробежали по спине Николь, лаская и поглаживая бедра и ягодицы. И каждое его движение, каждый жест были наполнены нежностью, которая переполняла его душу.
Росс почувствовал, а потом и услышал, как из горла Николь рвется крик наслаждения и счастья. Внезапно она сама перешла в наступление, ее поцелуи, страстные и голодные, обрушились на него как водопад. Теперь их ничто не могло остановить. Росс подхватил Николь на руки и понес в спальню.