Краш-тест
Шрифт:
– За что? Я так понял, что тебе не нужен. Но не удержался. Поэтому и «извини». Когда ты на корпоративе так сказала, ну, когда мы с Юриком тебя пригласили, у меня просто внутри все оборвалась. Подумал, что ты мне этого никогда не простишь.
– Послушай… - я одним глотком допила остывший кофе, поставила чашку на блюдце. – Я тогда сказала, уже потом…
– Что все для себя решила, - закончил за меня Максим. – И я понял так, что это ничего для тебя не значило. То ли минутная слабость, то ли случайное развлечение. И сказал себе: все. Раз так, то ни та, ни другая.
– А я имела в виду,
– Наверно, я и правда дурак, но… это было трудно понять.
– Ясно, - вздохнула я. – Наверно, надо было как-то по-другому сказать… Но я тогда плохо соображала, если честно. Выходит, ты решил: ну вас к черту обеих. А духи?
– А что духи? Я их для тебя еще раньше купил. Не буду врать, зашел в магазин Зое подарок купить. Пока выбирал, наткнулся на эти. Показалось, что тебе очень подойдут. Они у меня в кабинете в столе лежали. Подумал, что пусть будет такой… не знаю, прощальный подарок, что ли. Даже в голову не пришло, что Кристина увидит. Я ей звонил сказать, что свадьбы не будет, и она мне выдала…
– Я знаю, - улыбнулась я. – Она мне потом позвонила, рассказала. Да, мы тогда с ней сразу развернули, трудно было не догадаться. Ладно, вроде, все выяснили, что, как, почему. Одну вещь скажи, почему ты мне позвонил вчера?
– А я не собирался. Я же тебе говорил, что хотел сначала тридцатого уехать. Но почему-то остался. Наверно, что-то подсказало. Сверху. Сидел вчера на работе и вдруг решил, что позвоню. Где-то к ночи. Поздравлю. Тем более, у меня для тебя еще подарок был. И есть. Я долго пинал прогеров в задницу, и они все-таки написали для тебя скрипт. Для номерков. После праздников будут тестить. Да, так вот, потом что-то как под руку толкнуло: позвони прямо сейчас. Как почувствовал.
– Может, и правда. Хорошо, что позвонил.
Максим посмотрел на часы, встал, подошел ко мне. Наклонился и прошептал на ухо:
– У нас еще есть немного времени…
= 32.
5 января
По своей вечной привычке я приехала на вокзал на полчаса раньше. Плюс поезд опаздывал минут на сорок. Мало того, что за стоянку теперь надо было заплатить и за второй час, так еще и бродить под табло взад-вперед столько времени. И вспоминать все, что случилось за эти несколько дней.
Мне никак было не избавиться от ощущения нереальности происходящего. Особенно острым это чувство стало, когда, проводив Максима, я вернулась домой. Скучать по нему я начала, наверно, еще до того как он сел в поезд. Но дома, где чуть больше суток назад мы с Германом обсуждали, как пойдем вечером к Антоновым, а второго января поедем в Выборг к его родителям, все последние события показались даже не сном, а какой-то странной фантазией. Впрочем, нос и губа, до которых лучше было не дотрагиваться, и дверной проем без двери намекали, что фантазии иногда материализуются.
Я растянулась на кровати, на которой всего несколько часов назад мы с Максимом занимались любовью перед тем как поехать на вокзал. Так хотелось уловить его запах, но инвалидный нос чувствовал только лавандовый кондиционер. Наверно, будь ситуация капельку иной, я налила бы бокал вина, включила
Черт, как ни пыталась я не думать о белой обезьяне, она все равно скалилась отовсюду. Ну хорошо, раз так, давай подумаем.
По большому счету, вариантов всего два: либо я беременна, либо нет. Второй можно не рассматривать по причине полной неинтересности. Из первого вытекают два вопроса: рожать или нет и говорить ли Максиму. На оба ответ однозначно утвердительный. А вот какой будет его реакция на такую новость – это уже из области предположений.
Тут я могла опираться только на слова Юльки о том, что он не против семьи и детей, но против того, что его берут за горло. С другой стороны, если мужчина любит женщину, но не хочет от нее детей – о чем тут говорить? В итоге Максим на Зое все-таки не женился. А мне повторения истории с Германом ну вот совсем не хотелось.
В итоге я пришла к тому, с чего начала: думать об этом до двенадцатого числа – только нервы себе трепать. Вообще-то эта передышка в четыре дня была очень даже кстати. Мне действительно надо было побыть одной и немного успокоиться. Последние полгода я постоянно была в таком напряжении, что от меня било током. Буквально – когда дотрагивалась до чего-то металлического. Даже до Жорика.
Поздно вечером пришла смска от Кристины: «Ты как?»
Я не сразу сообразила, к чему это, но вспомнила, как мы разговаривали по телефону и я сказала, что собираюсь все выяснить с Германом. А она тогда предложила отложить это на начало нового года.
«Все живы», - ответила я.
Это напоминание о Германе навело на не самые приятные мысли. Как бы он действительно не заявился продолжить выяснение отношений. Второго мы каждый год ездили к его родителям с ночевкой, так что пару дней его можно было не ждать. Хотя… Что, если он поехал к ним еще тридцать первого днем – зализывать душевные раны? Тогда мог вернуться и раньше.
На следующий день мы с Максимом перекидывались время от времени сообщениями в Вайбере, а вечером ко мне приехала Оля. Виделись мы с ней не слишком часто, в основном во время наших с Германов ссор с разбегом по своим норам. У нас с ним были общие знакомые, с которыми мы время от времени встречались, но моих подруг он не любил. Друзья? Все мои знакомые мужского пола за эти годы испарились, хотя раньше их было немало. Встречаться с ними тайно мне не хотелось, а явно – это означало нарываться на очередную сцену.
Выслушав новости, Оля очумело покачала головой и вышла на балкон покурить. По возвращении разрыв с Германом одобрила (их нелюбовь была взаимной), а вот насчет Максима особого энтузиазма не выразила.
– Не знаю, Нинка, - вздохнула она. – Служебный роман, он твой начальник. Вы сейчас на работе как под микроскопом будете. Даже если скрывать, все равно узнают.
– Поговорят и перестанут, - без особой уверенности сказала я. – Привыкнут, найдут тему поинтереснее.
– Ну дай-то бог. Но круглые сутки, без выходных рядом? Я бы не выдержала. От своего успеваю на работе отдохнуть. Иногда за два выходных достанет так, что понедельника ждешь как праздника. Сейчас-то тебе суток мало будет, а потом?