Красавица
Шрифт:
— Уверяю вас, так оно и есть. Можете не сомневаться, этот болван примчится обратно, стоит только его папеньке пронюхать о том, что произошло. Неужели вы и в самом деле мечтаете заполучить в мужья человека, который жаждет не вас, а золото вашего отчима?
Стивен низко опустил голову, почти накрыв своими губами ее рот. Их горячее дыхание смешалось. Глаза Белль стали огромными, как блюдца, в них на мгновение вспыхнул страх, однако она и не пыталась отвести взгляд.
— А мне в первую очередь нужны именно вы, Белль. Я понял это сразу же — как только увидел вас…
— Хм… да, я догадываюсь.
— Но ведь вы согласны, что браки по расчету заключаются каждый день, верно? Так чем хуже наш с вами? По крайней мере он выгоден нам обоим, а это, согласитесь, уже большое преимущество.
Он не сводил жадного взгляда с ее соблазнительных губ, сгорая от желания услышать «да».
— Но…
— Поцелуйте меня, Белль. Пусть этот поцелуй станет началом нашего знакомства.
Не в силах противиться искушению, Стивен осторожно дотронулся кончиком пальца до ее губ.
— Стивен, пожалуйста! — Дрожащей рукой она попыталась оттолкнуть его, но он даже не шелохнулся.
Однако через минуту прикосновение ее рук к его груди превратилось скорее в робкую ласку, и Белль беззвучно выдохнула, не в силах справиться с охватившим ее волнением.
— Не подумайте только, что меня так уж интересует эта… эта сторона жизни. Особенно теперь, когда репутация моя все равно погибла. Но я действительно считаю, что будет лучше, если я прямо сейчас начну готовиться к отъезду. Мне нужно уехать как можно скорее, особенно если вы считаете, что Куинси скоро вернется. Мне что-то не хочется видеться с ним.
— Вы его и не увидите, — пообещал Стивен.
— Тогда вы должны позволить мне уйти, а не просить поцеловать вас. Утром, когда вы придете в себя, станете страшно сожалеть о своей дурацкой выходке.
— Если я о чем и буду сожалеть, так только о том, что выпил столько бренди. Наверняка будет дьявольски трещать голова. Ну обнимите же меня, Белль! Один поцелуй! И тогда, клянусь, все ваши сомнения рассеются.
— Что-то не верится, — пробормотала она. Однако почти сразу же Стивен почувствовал, как ее руки робко скользнули по его спине и пальчики, словно в поисках защиты, вцепились в складки его сюртука. Глаза ее стали совсем огромными. Она внимательно вглядывалась в его лицо. — А я уверен. Один поцелуй, всего один, Белль! — взмолился он. — И я сразу же отпущу вас — если вы по-прежнему будете этого хотеть. Клянусь честью!
Глава 2
Белль молча смотрела, как его лицо, мужественную красоту которого не портил даже шрам, придвинулось ближе. Широкие плечи Стивена закрыли от нее свет, и все, что она сейчас чувствовала, — это тяжесть его горячего тела, когда он опрокинул ее на подушки. Жар, сжигавший Стивена, опалил ее кожу. Зря она пила это проклятое бренди, мелькнуло у нее в голове, наверняка это оно виновато в том, что у нее совершенно не было сил сопротивляться, даже язык отказывался повиноваться ей, и слова, которые нужно было сказать, так и остались несказанными. А ведь порядочные женщины просто не имеют права участвовать в собственном соблазнении, даже если очень привлекательный джентльмен
Правда, будь она и в самом деле порядочной женщиной, вряд ли ей сейчас пришлось бы тратить столько сил, чтобы справиться с собственным желанием. Вместо этого она бы яростно защищалась, и огонь страсти, сверкавший в потемневших глазах Стивена, не имел бы над ней никакой власти. Даже в своем нынешнем жалком состоянии Белль отдавала себе отчет, что борется в первую очередь с собой — только для того, чтобы не сдаться немедленно.
Лицо Стивена придвинулось ближе, и Белль закрыла глаза. Ей показалось, что он колеблется, но в тот момент, когда она почувствовала, что напряжение стало уже невыносимым, губы его мягко и неожиданно нежно прикоснулись к ее обожженному плечу. Побежденная, Белль вздохнула и прекратила борьбу.
Он ласково поцеловал ее чуть выше ключицы, потом губы его неторопливо двинулись дальше, к аппетитной ямочке на шее, где беспорядочно трепетал пульс, спустились вниз. И вот он уже припал лицом к упругим полушариям груди, едва удерживаемой корсажем.
Белль конвульсивно сглотнула, сердце ее молотом стучало в груди. Ей казалось, еще немного, и она просто не выдержит. Она едва сознавала, что происходит, руки и ноги ее стали ватными, и когда рука Стивена пробралась ей под юбки и горячие пальцы стиснули ее бедро, Белль только вздрогнула.
— Неужели ты так и не подаришь мне улыбку, Белль? — спросил он, игриво пощекотав ее под коленкой.
Белль чуть слышно ахнула и судорожно дернулась под ним, изогнувшись дугой.
— Стивен! — вскрикнула она.
Она готова была поклясться, что он улыбался, пока его проворные руки поспешно поднимали ей юбки. Но так и не решилась открыть глаза, чтобы убедиться, что не ошиблась. «Да и зачем?» — подумала она. То, что она испытывала сейчас, было слишком прекрасно чтобы рисковать испортить все в одну минуту.
— Ах, Белль, — пробормотал он, нежно лаская ее кожу. Пальцы его осторожно продвигались вверх по ее ноге. — Сладкая моя, я знал, что смогу тебя убедить. Ну как, я прав — ведь именно этого ты ждала все это время? По крайней мере за себя я могу ручаться — как раз об этом я и мечтал!
«Убедить»?! Она совсем не чувствовала себя убежденной в чем-то. А что до того, чего она будто бы ждала все это время… нет, это невозможно! Не мог же он в самом деле Догадаться о той детской любви, при одном только воспоминании о которой ее сердце сжималось?! Конечно, нет! Наверняка он имеет в виду чисто физическое наслаждение.
И все же этот взрослый, возмужавший Стивен, казалось, обладал способностью читать в ее душе, знал все ее тайные желания, и к тому же… сейчас он возбуждал ее чувства куда сильнее, чем тот неловкий мальчуган много лет назад. Наверняка с того времени ему довелось разбить немало женских сердец! Белль была уверена только в одном: она ни в коем случае не должна признаваться, что он прав.
Из груди ее вырвался вздох. Нет, конечно, у нее язык не повернется сказать ему о горячей волне желания, властно поднимавшейся внутри ее, однако это и не обязательно. Разве она не может как-нибудь по-другому дать понять Стивену, что она чувствует? Забыв обо всем, Белль нежно коснулась ладонью его щеки и сама подставила ему губы для поцелуя.