Козыри Рока
Шрифт:
В здании аэропорта я прошел мимо магазинчика, торгующего индейскими украшениями, мексиканскими горшками и безвкусными сувенирами, разыскал телефон и позвонил в местный «Хилтон» Мне ответили, что Люк уже выехал. Тогда я справился в «Хилтоне» в Санта-Фе; выяснилось, что мистер Люк Рейнард действительно проживает в «Хилтоне», но в данный момент его нет. Я заказал себе номер и повесил трубку. Женщина в справочном бюро заверила меня, что я успею на маршрутку до Санта-Фе через полчаса, и даже махнула рукой в сторону касс, чтобы я купил билет. Не помню, где и когда, но я прочитал,
Когда мы ехали на север по И-25 и длинные тени пика Сандия накрыли нас, Фракир слегка сжала мое запястье, однако тут же затихла. А потом снова. И еще раз. Я окинул внимательным взглядом пассажиров маленького автобуса, пытаясь понять, откуда исходит опасность, о которой меня предупредила Фракир.
Мое место находилось в самом конце. Впереди восседала пара средних лет, обсуждавшая что-то с сильным техасским акцентом; каждого супруга украшало множество бирюзовых и серебряных побрякушек. Ближе к середине расположились три пожилые женщины, они перемывали косточки кому-то из своих знакомых, живущих в Нью-Йорке. Через проход от них устроилась юная парочка, поглощенная друг другом. Двое молодых людей с теннисными ракетками выбрали места немного сзади и по диагонали от влюбленных и разговаривали о колледже. За ними сидела монашка с книгой в руках. Я снова выглянул из окна, но не заметил ничего угрожающего ни на дороге, ни рядом с ней. Мне не хотелось привлекать к себе внимание и искать врага при помощи магии.
Поэтому я произнес одно-единственное слово на тари и потер запястье – пульсация прекратилась.
Хотя поездка прошла без происшествий, беспокойство меня не покидало; впрочем, ложные тревоги хоть редко, но случаются – из-за самой природы нервных систем. Глядя на проносящиеся мимо красно-желтые полосы глинистой земли, мосты, перекинутые через небольшие речушки, далекие горы и склоны холмов, поросшие соснами, я размышлял о «Т». А вдруг он затаился где-то поблизости и лишь поджидает удобного момента, незаметно следя за моими действиями? И если это так, то по какой причине? Может быть, нам с ним следует просто посидеть и поговорить за кружкой пива? И тогда окажется, что это всего лишь самое обычное недоразумение…
У меня было чувство, что дело тут гораздо серьезнее обычного недоразумения. И все же я бы с удовольствием организовал такую встречу, узнать, что происходит – уже стоит того. Даже если ничего не решится, пиво с меня.
Лучи заходящего солнца сверкали на белых полосках снега на Сангре-де-Кристо, когда мы въехали в город, а тени накрыли серо-зеленые склоны. Мне бросилось в глаза, что большинство домов в городе оштукатурено.
Я вышел из автобуса перед «Хилтоном» и сразу замерз – температура была градусов на десять ниже, чем в Альбукерке. Ничего удивительного: мы поднялись на две тысячи футов, да и день уже клонился к вечеру.
Я зарегистрировался и нашел свой номер. Позвонил Люку, но не застал его. Принял душ и переоделся. Снова попытался связаться с ним, но ответа так и не дождался. Мне уже хотелось есть, но я рассчитывал пообедать с Люком.
Поэтому я решил спуститься в бар и пропустить кружечку пива, а потом еще раз позвонить. Оставалось надеяться, что у него нет никаких серьезных планов на вечер.
Мистер Бразда,
– Мерль! Какого дьявола ты здесь делаешь? – раздался знакомый голос.
Я повернулся и увидел Люка, только что вошедшего в холл. Вспотевший и улыбающийся, в запыленной рабочей военной форме, ботинках и пилотке, с грязевыми разводами на лице. Мы пожали друг другу руки, и я сказал:
– Я хотел с тобой поговорить. – А потом, бросив на него еще один быстрый взгляд, спросил: – Ты что, завербовался куда-то?
– Нет, провел весь день в горах у Пекоса, – ответил он. – Я всегда туда отправляюсь, когда попадаю в Санта-Фе. Там великолепные места.
– Нужно будет и мне как-нибудь попробовать, – сказал я. – Кажется, теперь моя очередь угощать тебя обедом.
– Точно, – кивнул он. – Только сначала я приму душ и переоденусь. Встретимся в баре минут через пятнадцать-двадцать. Договорились?
– Ладно. Пока.
Я нашел бар довольно быстро. Он оказался просторным, сумрачным, прохладным и представлял собой две смежные комнаты с удобными креслами и низкими столиками. Народу было много.
Молодая пара как раз освободила столик и с бокалами в руках проследовала в зал ресторана. Я быстро занял их место. Вскоре подошла официантка, и я заказал пиво.
Несколько минут спустя, когда я потягивал пиво и размышлял над невероятными событиями последних дней, я вдруг заметил, как сбоку и чуть позади меня, так что я не мог его толком разглядеть, остановился какой-то мужчина.
– Извините, – тихо проговорил он, – могу ли я задать вам вопрос?
Я повернул голову и увидел похожего на испанца низенького худого человека, с седыми волосами и усами. Он был вполне прилично одет и легко мог сойти за местного бизнесмена. Когда он быстро улыбнулся – человечек явно нервничал, – я обратил внимание на то, что у него отколот кусочек переднего зуба.
– Меня зовут Дан Мартинес, – представился мужчина, но не протянул мне руки. Бросив взгляд на соседнее кресло, он спросил: – Могу я присесть на минутку?
– А в чем, собственно, дело? Если вы что-то продаете, меня это не интересует. Я жду приятеля и…
Он покачал головой:
– Нет, не беспокойтесь. Я знаю, что вы ждете одного человека… мистера Лукаса Рейнарда. На самом деле речь пойдет о нем.
Я указал ему на кресло:
– Хорошо. Присаживайтесь и задавайте свой вопрос.
Он кивнул, устроился напротив меня, переплел пальцы, положил руки на столик и наклонился вперед.
– Я случайно услышал ваш разговор в холле, и у меня сложилось впечатление, что вы его хорошо знаете. Как давно вы знакомы?
– Если это все, что вас интересует… Восемь лет. Мы вместе учились в колледже, а после этого работали на одну и ту же компанию.
– «Большой Проект», – заявил Мартинес, – компьютерная фирма в Сан-Франциско. А до колледжа?
– Похоже, вам и так достаточно известно, – удивился я. – Что вы, собственно, хотите? Вы полицейский или частный детектив?