Козлы и орлы
Шрифт:
– Эльвирочка, скажите, пожалуйста, представителю продавца, что мы дадим ответ завтра после обеда, но что квартиру скорее всего покупаем и оформим сделку в ближайшие дни, – принял соломоново решение Джон.
Эльвира отошла потолковать с риэлтером хозяина жилья, а мы с Джончиком без сил плюхнулись в машину. В течение дня я то и дело поглядывала, не пришло ли мне сообщение с данными на Крохина Сергея Юсуповича, и, наконец, дождалась. За смущенно краснеющим смайликом с букетом в тонких лапках шел текст: «Крохин Сергей Юсупович 1978 года рождения, москвич, прописан по адресу: ул. Средняя Масловка, 19–89,
Эльвирка закончила разговор с коллегой и села за руль.
– Договорилась! До обеда они подождут. А мы оставшиеся три квартиры можем утром посмотреть.
– Замечательно, Эльвирочка, спасибо! – обрадовался Джон. – Я именно это и хотел предложить. А сейчас не добросите меня до ближайшего метро?
– Что вы! Я до гостиницы вас довезу! А Наталью до дома, – не допускающим возражений тоном сказала Ветрова.
Со мной-то все понятно – нам по-любо-му было по пути. А широкий жест с доставкой Джона в час пик на другой конец города объяснялся элементарной перестраховкой – Ветрова боялась, как бы Джона в метро не перехватили коварные конкуренты. Зная Эльвиру, иной причины я найти не могла.
– Ну что ж, если вас не затруднит… Только я не в гостинице остановился, а у друга – он в пяти минутах от метро «Варшавская» живет, – в недобрый час согласился Джон.
Эльвира хоть и предложила подвезти, но явно куда-то очень торопилась. Она то и дело поглядывала на часы и безуспешно дозванивалась кому-то по сотовому. В очередной раз прижав к уху сотовый, Ветрова не включила поворотник, пересекла сплошную и ДВАЖДЫ подрезала машину ППС, а именно – патрульно-постовой службы милиции. Не стоит говорить о том, что остановили нас немедленно. Два хмурых пузатых милиционера с автоматами Калашникова наперевес и с блеском классовой ненависти в заплывших глазах смерили нас недобрыми взглядами.
– Документы, – строго велел один и требовательно протянул руку.
Эльвирка моментально сунула ему права и техпаспорт.
– Мы не ГАИ, касается всех. Документы! – повторил мент.
Я достала из сумочки паспорт и послушно отдала представителю власти, Джон последовал моему примеру.
Один из пэпээсэвцев начал прессовать Эльвирку за нарушения, а второй приступил к неспешному изучению документов. Мой паспорт он рассмотрел вдоль и поперек, несколько раз пытливо сравнил фото с оригиналом и, поняв, что здесь ничего не выкрутишь, вернул мне. Но вот Джонов паспорт произвел на него совершенно другое впечатление.
– Встать! Выйти из машины! – приказал он несчастному профессору.
Офигевший Джон немедленно повиновался. Понимая, что ситуация становится внештатной, я кинулась ему на выручку.
– Что такое? Ну, нарушили мы, виноваты! Искупим!
– Лицом к машине! Ноги расставить! Руки на капот! – разошелся пэпээсовец.
– Да что вы вообще?! – возмутилась
– Англичанин, значит? – недобро усмехнулся мент.
– Да, я англичанин, подданный Королевы, – дрожащим голосом, пытаясь сохранить остатки достоинства, ответил до смерти напуганный Джон.
– А что так на чеченца похож? И по-русски так чисто говорите? – ласково спросил садист.
– Я – англичанин! Профессор по русской славистике!
– Да, это друг моего отца, профессор, изучает наших классиков – Тургенева, Достоевского, – подтвердила я.
– А на хрен там Тургенев сдался? – искренне удивился мент.
К этому времени освободился его боевой товарищ. Он явно остался не без добычи, поскольку вид у него был сытый и слегка игривый, как у сожравшего мышь кота.
– Слышь, Федь, тут у нас профессор, типа англичанин, очень похожий на фоторобот одного чеха в розыске, нарисовался, – обратился к нему наш собеседник.
– А чего, и паспорт англицкий у него имеется? – уточнил Федя.
– Имеется, да сам знаешь, паспорта эти нашлепать, нечего делать. И кстати, регистрации-то в паспорте нет!
– Я только вчера приехал, не мог физически успеть… А сегодня – суббота! – попытался объясниться Джон.
– Тогда предъявите билет!
– Но билет в квартире у моего друга, рядом с метро «Варшавская», а Славы сейчас дома нет, он не сможет вам билет привезти. Извините, я не знал, что нужно билеты с собой носить… – растерялся Джон.
– Это у дяди Славы, да? – уточнила я. Джон кивнул.
– Если нужен билет, дайте ключи и скажите, где он лежит. Я мигом обернусь! – предложила я.
– Все-таки как чисто по-русски ваш англичанин чешет, заслушаисси… – протянул Федя. – В обезьянник профессора, до выяснения! А с утра билетик подвозите.
Джон стал белее снега, и мне показалось, что он сейчас рухнет в обморок. Нужно было срочно предпринимать решительные шаги. Взяв Федора под локоток, я отвела его в сторону.
– Привезу я вам билет утром, и вы его отпустите. Интерес-то какой?
Федя промолчал, опровергать утверждение не стал и выжидательно посмотрел на меня.
– Давайте я вам за хлопоты и беспокойства, в благодарность за то, что охраняете наш покой, чего-нибудь в магазине куплю? – предложила я.
– Ну, разве что в благодарность, – великодушно согласился Федор.
Как назло, ближайшим магазином оказался дорогущий супермаркет «Букварь вкуса», и размеры благодарности в виде пары бутылок хорошей водки оказались необидными для сотрудников ППС.
Когда мучители уехали, Джон категорически отказался продолжать дальнейший путь на машине и неожиданно предложил:
– Наташенька, хочешь, я тебе подарок продемонстрирую, как обещал?
Я решила, что у Джона реакция на стресс, и с готовностью согласилась.
– Ну, в коробочке сама посмотришь, там украшения… А это…
Достав из пакетика огромный красный помидор, Джон широко размахнулся и швырнул его в огромный плакат с изображением милиционера в фуражке и безграмотной надписью: «УЧАСТКОВЫЙ – ОТ СЛОВА «УЧАСТИЕ»!» Помидор угодил в нос улыбчивого участкового, но не разлетелся вдребезги, а «стек», упал перед плакатом и вновь обрел первоначальную форму!!!