Ковчег огня
Шрифт:
Схватив за руку, Эди усадила его обратно на скамью.
— Я знаю, что ты беспокоишься за меня. А теперь уясни вот что: охота за Ковчегом — занятие не для одиночки. Для победы над Макфарлейном и его воинами Господа тебе понадобится вся помощь, какую ты только сможешь…
— Я не могу взять тебя с собой.
— Почему?
— Потому что у меня нет времени приучать тебя к горшку.
— Ах ты, самоуверенный ублюдок! — вскочила на ноги Эди. — Я не девица Джеймса Бонда, от которой можно избавиться в любой момент! Я твой
Кэдмон посмотрел на нее, не в силах оторвать взгляд от длинных кудрявых локонов, обрамляющих раскрасневшееся лицо. Не в силах прогнать воспоминания о том, как Эди стояла под занесенным заступом.
— «В мире будете иметь скорбь», — продолжала Эди. — Евангелие от Иоанна, глава шестнадцатая. Несомненно, этот библейский стих очень близок и дорог Стэнфорду Макфарлейну.
— Пугающая перспектива.
— Да, пугающая. Вот почему я отправляюсь с тобой на Мальту. В отличие от тебя, я прекрасно понимаю Макфарлейна и его радикальные убеждения. На протяжении пяти лет меня ежедневно кормили Иезекиилем и пророчествами о Конце света.
— После сегодняшнего введения в курс Апокалипсиса я сам как-нибудь справлюсь.
— То, что ты слышал, — это лишь верхушка айсберга. Считай меня своим единственным экспертом по христианскому фундаментализму. Кроме того, мы с тобой одна команда. Мы вместе с самого начала. Так что, если только не оглушишь меня, трахнув по голове, ты меня никак не остановишь.
— Ну, хорошо, — пробормотал Кэдмон.
Если Эди и удивилась той готовности, с какой он согласился, она это никак не показала.
— Отлично, теперь, когда этот вопрос улажен, каков план дальнейшей игры?
— Ну, если вкратце, схватить Макфарлейна за Ветхий Завет — и стиснуть что есть силы.
Глава 76
Кэдмон вдохнул полной грудью бодрящий морской воздух. Держась за деревянные поручни, он смотрел на синие волны Средиземного моря, танцующие в золотисто-лимонном свете раннего утра. Это же море переплывал Одиссей, направляясь на войну с троянцами.
Стоявшая рядом с ним Эди, с раскрасневшимся от ветра лицом, тоже сделала глубокий вдох.
— Если не считать воскресных прогулок по реке Потомак, я впервые на борту корабля. — У нее на губах заиграла хитрая улыбка, и она подмигнула Кэдмону: — Быть может, в прошлой жизни я была женщиной-пиратом, ты что по этому поводу думаешь?
— Думаю, что я предпочел бы лететь на самолете высоко над водой, — проворчал Кэдмон. — В последние годы слишком много этих проклятых паромов отправилось на дно. Не говоря уже о том, что путешествовать морем — это чертовски медленный способ добраться из точки А в точку Б.
Точкой А был Неаполь, а точкой Б — пункт назначения: Мальта.
— Да, но поскольку сейчас в самом разгаре зима, самолеты летают на Мальту редко и нерегулярно. На пароме мы доберемся
— Ворчу я слишком много, правда?
— Это объяснимо. У тебя стресс.
На самом деле это было сказано слишком мягко. Былая мания преследования уже снова расцвела вовсю. Гложущий страх того, что в тени притаился невидимый враг. До опасности и измены всего один шаг. Если дать страху волю, он быстро становится худшим врагом. Более опасным, чем громила с пистолетом.
Пройдя подготовку в разведке, Кэдмон знал, что нужно делать: всегда расплачиваться только наличными, избегать пользоваться настоящим именем и никогда, ни в коем случае не спать две ночи подряд в одной постели. Достаточно простые правила усложнялись том, что рядом была Эди. Своей дорафаэлевской красотой она привлекала внимание повсюду, где бы ни появлялась.
«Если только не оглушишь меня, трахнув по голове, ты меня никак не остановишь».
Ультиматум, который Кэдмону совсем не хотелось обдумывать.
— У тебя на лбу две большие морщины. Не хочешь поделиться своими заботами?
— Я думал о Ковчеге Завета и беднягах из Вифсемеса, — солгал он, не желая сознаваться в своих истинных мыслях.
— И ты боишься, что, когда мы отберем Ковчег у Макфарлейна, он врежет нам по полной.
— Издевайся, сколько хочешь, но Ковчег в свое время действительноиспользовался как мощнейшее оружие массового поражения, — сказал Кэдмон, все еще не теряя надежду, что Эди передумает и вернется на материк.
— Это было целую вечность назад. Сейчас никто не знает, как привести в действие древние электромагнитные технологии, которые когда-то питали Ковчег энергией. Для того чтобы управлять какой-либо машиной, нужна инструкция. А в данном случае инструкция, независимо от того, была ли она когда-либо записана или передавалась устно от отца к сыну, давным-давно утеряна. Другими словами, Ковчег потерял свою «ум-па-па». То есть можно не опасаться, что он взорвется у нас в руках и все такое.
— На самом деле меня тревожит не это. Как орудие пропаганды, Ковчег может быть использован, чтобы убедить миллионы верующих в том, что Конец света совсем близок.
Устремив взор на далекие волны, Эди жалобно вздохнула.
— Да, меня это также беспокоит, — согласилась она. — Хотя лживая набожность Макфарлейна, будем надеяться, и не введет Господа в заблуждение, множество хороших, благожелательных людей купится на его пророческие бредни. Но довольно об этом, хорошо?
Откинувшись на перила и скрестив руки на груди, Эди пристально посмотрела на Кэдмона. Без тени смущения. Хотя кроме них на пароме было множество пассажиров, что-то интимное ощущалось в ветре, в воде, в том тепле, которое излучали их тела, словно борясь с прохладным атласным ознобом зимнего дня.