Ковбой с Манхеттена (сборник)
Шрифт:
— Но недостаточно добрые, чтобы отказаться от сотрудничества с Масоном и Пемброком и заставить ее сотрудничать в строительстве клуба.
— Это совсем другое, — живо возразила она. — Дело есть дело, и его не следует смешивать с дружбой.
— Вы были добрыми друзьями в тот момент, — упорно настаивал я, — когда было совершено преступление. Вы, Луиза, Пемброк и Масон…
— Естественно! Но я не вижу никакой связи!..
— А кто первый подал мысль о клубе?
— Забавно! Грег Стоунли. Я полагаю, что это единственная хорошая
— Тогда почему же он не в деле?
— Идея широко распространяется по всему свету, если ее излагают кому попало, — ответила она. — К тому же Грегу нечего было внести.
— У Луизы есть дом, у Пемброка — земля. А вы с Масоном?
— Способности тоже имеют значение. Мы можем интриговать, комбинировать и практически получить все, что хотим, в этом городе. А это нелегко, Бойд. Иногда действия нуждаются в особой деликатности. Существуют влиятельные граждане, и, чтобы уговорить их, нужно иметь определенную репутацию и умение убеждать.
— Как, например, три пули в голову, прежде чем столкнуть машину в овраг? — предположил я.
— Вы просто невозможный подонок! — Она делала видимые усилия, чтобы подавить свою злость. — Все это не приведет нас ни к чему, Бойд. Если я предложила вам повидаться со мной, то это только потому, что я думала, что мы сможем договориться вместе искать Луизу.
— Хорошо, — сказал я. — Кто-то, возможно, похитил ее, чтобы помешать подписать соглашение в вашей конторе сегодня утром.
— Я не представляю себе, кто бы это мог быть. Это был наш секрет, нас троих, и мы действительно хотим завершить это дело. Луиза ведь не сама себя похитила, не правда ли?
— Конечно, — живо ответил я. — А что, если мой клиент прав? Если она почти выяснила, кто и почему убил ее мужа. Или, возможно, уже обнаружила убийцу.
— Вы хотите сказать, что этот кто-то хотел помешать ей передать его полиции?
— Нужно признать, что у вас острый ум, Карол.
— Перестаньте оскорблять меня, самодовольный дурак! — Она тяжело дышала. — Ладно, прошу прощения. Но единственной возможностью заставить ее молчать было бы…
— Убить ее, — закончил я.
Она невольно вздрогнула.
— Я даже не хочу и думать об этом. Это слишком ужасно!
— Будем надеяться, что мой клиент ошибается. Как я уже сказал, я вижу лишь один вариант, но вы не можете мне помочь ни с одной, ни с другой стороны. Итак, сотрудничество было отличным, пока оно продолжалось, но продолжалось оно недолго, не так ли?
— Может быть, все было бы гораздо легче, если бы вы мне сказали, кто ваш клиент, — сказала она самым что ни на есть убедительным тоном. — Потому что я, вероятно, знаю его, и это бы прояснило ситуацию и представило дело в другом аспекте.
Я грустно покачал головой.
— Это принцип Бойда. Я никогда не выдавал имени своего клиента без его разрешения. А клиент мне его не дал.
— Вы перестанете, наконец, издеваться надо мной? —
— Кто вам это сказал? — спокойно спросил я.
— Нелсон Пемброк сегодня утром. — Теперь она начала насмехаться. — Он нам также рассказал, как вы испугались, когда его шофер слегка ударил вас по голове.
— Его шофер? В этом и состоит работа Карла?
— Я напрасно потеряла время, — сказала она. — Я надеялась узнать от вас что-нибудь, что помогло бы отыскать Луизу, но совершенно очевидно, что вы совсем не продвинулись.
— Но я познакомился с очаровательными людьми. Все самобичующиеся!
— Допивайте свой стакан и освободите место, — недружелюбно проговорила она. — Если у вас есть хоть на грош соображения, вы все бросите и вернетесь в Нью-Йорк, причем очень быстро. Нелсон Пемброк совершенно не тот тип, который забывает или прощает.
— А что это такое? — спросил я. — Нечто вроде клуба? Вы каждую пятницу вечером бываете в подвальном этаже дома, и мисс Апплеби занимается с каждым по очереди?
— Вы отвратительный, мерзкий подонок!
Черты ее лица исказились от ярости, когда она соскочила с дивана, чтобы броситься на меня и впиться ногтями правой руки в мое лицо. Было не время для джентльменства. Я схватил ее за запястье и сильно дернул, что заставило ее потерять равновесие. Секундой позже она уже лежала поперек моих колен вне себя от злости.
Я уже был готов отпустить ее, но она вонзила зубы в мою ладонь, и это причинило мне адскую боль. Я зажал ей ноздри, что вынудило ее дышать через рот, и когда она открыла его, я освободил руку. Ее зубы оставили на моей руке глубокие следы, которые начали кровоточить.
Я схватил ее за обе руки и крепко сжал их одной рукой, стараясь, чтобы на этот раз моя рука была подальше от ее зубов, потом я рванул ее пояс, пряжка отстегнулась, и я стал стягивать с нее юбку, в то время как она поливала меня отборной бранью. Так как она не носила трусиков, я внезапно увидел крупным планом ее пылающее лоно, но оно совсем меня не привлекло, потому что в данный момент я думал только о хорошей порке. Я сбросил ее со своих колен на пол, потом потащил к дивану, куда и бросил ее плашмя на живот.
На ее круглых ягодицах еще были ясно видны следы плетки. Я воспользовался моим ремнем, подумав о том, что мисс Апплеби, конечно, действовала бы той стороной, где была пряжка, но я не был садистом, как она. Я ударил шесть раз по ее бело-розовому заду, и при каждом ударе она испускала вопль, стараясь кричать все громче. Под конец я сбросил ее на пол, вернулся к своему креслу и взял свой стакан, стоящий рядом на маленьком столике. Карол Даркас рыдала, но больше от злости, чем от боли, как мне тогда казалось.