Ковбой с Манхеттена (сборник)
Шрифт:
— А умела ли она плавать? — осведомился я.
— Она была чемпионкой своего колледжа, мистер Бойд. — Он все время слегка покачивал головой. — Судьба иногда проявляет иронию, как вы находите? Все остальные пассажиры спаслись. Нужно же было случиться, чтобы та, которая плавала лучше всех, стала жертвой акулы!
Я согласно киваю головой.
— Ну что ж, хорошо. И, видимо, дело уже сдано в архив, мистер Барт?
— Минуточку, — говорит он, — согласно инструкциям в этом документе, если смерть мисс Жильберт последует не от преступной руки, я должен вас поблагодарить
— Но ничего более…
— …и компенсировать вам расследование, которое не придется вести, — продолжил он. — Да, извините.
Он вытащил из ящика бюро чековую книжку и твердой рукой вписал туда цифру. Потом осторожно оторвал чек и вручил его мне. Я три раза прочел, чтобы убедиться, что зрение меня не обманывает.
Но, нет, действительно, три нуля и перед ними цифра пять. Пять тысяч долларов!
— Можно сказать, что мисс Жильберт была эксцентрична, — пробормотал Барт. — Можно сказать также, что сегодня для вас хороший день, мистер Бойд.
Я покинул его бюро и зашел в первый же встречный бар, чтобы выпить за великолепную, страстную и филантропическую мисс Жильберт, затем поспешил отнести чек в свой банк.
Был уже полдень, когда я возвращаюсь в свою контору. Зеленые глаза Фрэн испытующе смотрят на меня, когда я подхожу к ней.
— Судя по вашему блаженному виду, в воздухе пахнет деньгами. Новый клиент?
— Была клиентка, — радостно говорю я. — И она уже уплатила. По этому случаю необходимо устроить празднование Рождества и все перевернуть вверх дном.
— Замечательно, — недоверчиво говорит она. — И кого вы пригласите?
— Вас, конечно!
— И кого еще?
— Голубка моя, — говорю я вкрадчиво, — вы же знаете, что, когда на вечере присутствуют трое, они наступают друг другу на ноги. Приходите и…
— И вы мне покажете свою коллекцию марок? Нет, благодарю вас, мистер Бойд!
— Досадно, что у вас потрясающе отсутствует оригинальность. Нет романтики даже на два цента. Неужели у вас нет ни малейшего стремления к обжигающему приключению, желания взорвать трепещущие границы женственной тайны и… что это там такое?
Вид тщательно запакованного пакета на моем бюро заставило меня потерять нить высокой лирики.
— Это прислано четверть часа тому назад со специальным курьером. Адресовано вам с указанием «Лично». Так как я хороший секретарь, я его не вскрыла. Впрочем, с вами никогда нельзя быть уверенной: там может быть бомба замедленного действия или отравленная карамель.
— Вы думаете?
Я приближаюсь к пакету с большой осторожностью.
— Тиканья не слышно, — говорит Фрэн, чтобы подбодрить меня. — Я внимательно прослушала.
— Не встряхнули ли вы его два-три раза? Могло бы засвистеть или заворчать, — я осторожно касаюсь пакета указательным пальцем. — А если там скорпион?
Фрэн вспылила:
— Как он смел, этот великий частный детектив! Не опустить ли вам его на две недели в ведро с водой?
Я принимаю вид оскорбленного достоинства, беру ножницы, вскрываю таинственный пакет и вытаскиваю
— Магнитофон! — говорит она с веселым возбуждением.
— Без сомнения, Шерлок Холмс.
— Самое вероятное, мой дорогой Ватсон!
— Забавно, ведь я всегда думал, что вы носите накладные, — говорю я и тихонько прижимаю локоть к упругому и нежному полушарию.
Условный рефлекс заставляет ее отскочить и бросить на меня зловещий взгляд.
— Если вам это прислали, то, конечно, для того, чтобы пустить в ход. Чего же вы ждете?
Сколько ни ломаю голову, не вижу ничего другого, что бы я мог сделать. Некоторое время вожусь с аппаратом. Две-три секунды в комнате слышен глухой шум. Затем вдруг с удивительной четкостью слышны слова.
Волосы становятся дыбом у меня на голове, когда я слышу этот хрипловатый голос с его страстными интонациями.
— Когда вы услышите это, мистер Бойд, — произносит голос, — я буду мертва и вы будете знать, что меня зовут, или вернее звали, мисс Лейла Жильберт. А так как я уже мертва, не позволите ли мне называть вас просто по имени?
Глаза Фрэн расширяются уже до величины блюдечек.
— Это… это шутка? — заикаясь, спрашивает она.
— У меня возникло много затруднений, чтобы привести все в порядок, Денни, — продолжает голос Лейлы Жильберт, — но с большими деньгами все возможно, и когда вы получите эту бандероль, вы, без сомнения, уже повидали моего доброго друга Джемса Барта. Держу пари, он вам сказал, что вам нечего беспокоиться, и выдал вам в вознаграждение чек на пять тысяч долларов. Правильно ли я угадала?
Как я умру, Денни? Вероятно, это будет иметь вид несчастного случая. И все же не забывайте, что я буду убита. Эти пять тысяч долларов нужно заработать, как я уже сказала вам тогда у реки, найдя моего убийцу.
Может быть, я могла бы немного помочь вам. Мой отец умер не вследствие несчастного случая. Он убит одним из хищников, которые вертелись вокруг него в течение нескольких лет. Они хотели выманить у него кое-что, и так как не могли добиться этого, один из них подумал, что было бы легче добиться чего-то от дочери. Вот почему умер Дэймон Жильберт. Однако они ошиблись, так как не замедлили заметить, что дочь так же тверда, как и отец. Вот почему я умерла, Денни.
Посмотрите на этих хищников: они образуют тесную, связанную между собой группу. Среди них вы найдете того, кто в течение года убил двух Жильбертов. Возьмите карандаш, я продиктую вам имена.
— Амброз Норман — гениальный автор драматических произведений, Ларри Чамплин — коммерческий директор моего отца, Феликс Паркер, — его старый слуга, человек двуличный и лживый, Бетти Адамс — его секретарь и любовница, настоящий Иуда женского пола. И, наконец, его поверенный, которого вы уже знаете, старый мошенник Джемс Барт.