Ковбои ДНК
Шрифт:
Рив, дождавшись, пока прилив поэзии иссякнет, спросил:
– А кто такие рулевые?
Реактивный Вилли был потрясен:
– Ты спрашиваешь, кто такие рулевые? Да ты, видать, и впрямь вылез из ниоткуда! Ты говоришь с рулевым. Мы, рулевые – хозяева мироздания. Мы – парни, которые водят эти машины; мы единственные, у кого кишка не тонка! Мы гоняем их от Кладбища до самой ничейной земли.
– И что вы возите в этих грузовиках?
– Возим? Мы ничего не возим! Здесь сзади ничего нет, кроме старого доброго генератора. А как еще, по-твоему, мы держали бы эту дорогу, чтобы она не превратилась в ничто за какой-нибудь час, если бы не гоняли по ней
Он пошарил в кармане своей кожаной безрукавки, вытащил зеленую пластмассовую коробочку и кинул себе в рот маленькую белую таблетку.
– Так-то вот, парни! Если бы не мы, этой дороги не было бы, и ничего не было бы, доложу я вам!
Он протянул коробочку Риву и Билли.
– Угощайтесь.
Они послушно взяли по таблетке и снова уселись на сиденье. Им больше не хотелось задавать глупых вопросов, рискуя оскорбить хозяина мироздания.
На соседней полосе промелькнул другой грузовик, едущий в противоположном направлении. На те секунды, что он проезжал мимо, он включил все огни, светясь, как рождественская елка. Реактивный Билли хлопнул по нескольким кнопкам на панели, и его огни загорелись в ответ.
– Длинный Сэм. Классный парень!
Реактивный Вилли выключил огни и кивнул на ряд гнезд на приборной доске.
– Если хотите подзарядить свои переноски, можете попробовать подключиться сюда, энергия идет от двигателя.
Рив и Билли отстегнули ПСГ от ремней и последовали его указанию. Вилли, казалось, потерял к ним интерес; он смотрел прямо перед собой, подпевая музыке. Это была все та же песня, она повторялась снова и снова, по кругу.
Таким образом прошел час, судя по часам на приборной доске. Затем Вилли внезапно крутанул колесо, направляя грузовик на боковую дорогу. Практически не снижая скорости, он взметнул его вверх по крутому пандусу и выкатил на обширную площадку с ровным гладким бетонным покрытием. Здесь он выключил двигатель, и дальше грузовик катился по инерции, пока не остановился в конце шеренги таких же огромных причудливых машин. Они все были примерно одинаковой формы и размера, но каждая отличалась детально продуманным дизайном и окраской.
Реактивный Вилли заметил, что они смотрят на огромного золоченого монстра с черной окантовкой и непомерно большими колесами:
– Машина Грязного Марва. Выглядит, конечно, неплохо, да только все это сплошной выпендреж! Я могу сделать его с десятиминутной форой, он даже с места тронуться не успеет!
Они отключили ПСГ, взяли свои сумки и выпрыгнули из кабины. Грузовик по-прежнему продолжал тихо вибрировать, и Рив с любопытством взглянул на него. Реактивный Вилли объяснил:
– Мы никогда не выключаем генераторы. Так оно увереннее.
На первый взгляд Кладбище казалось одной большой парковкой, по краям которой стояли здания, и фактически так оно и было. Далеко в одну сторону уходила шеренга трейлерных прицепов, над трубами которых курились дымки; на веревках между ними сушилось белье. Среди них возвышался один заблудший грузовик. С другой стороны – как раз там, где припарковался Реактивный Вилли – располагалось непомерно длинное одноэтажное здание из хрома и стекла, тянувшееся вдоль всей стороны приблизительно квадратной площадки. На его плоской крыше был смонтирован огромный макет трубочки мороженого, вздымавшийся в воздух на шестьдесят или семьдесят футов. Вишенка на его верхушке была освещена изнутри и мигала как маяк. В одном ритме с вишенкой мигала и красно-желтая неоновая надпись, занимавшая почти все остальное пространство
– Вы там ведите себя поаккуратнее, а то некоторым из ребят может не понравиться, как вы выглядите.
Уютная Забегаловка была отделана черным и оранжевым пластиком; столы и стулья стояли рядами. Горстка людей, все в точно таких же куртках и с такими же короткими стрижками, как у Вилли, выстроились цепочкой у длинной стойки, ожидая, пока их обслужит бригада блондинок с выпирающими грудями и в одинаковых коротких желтых платьях. Вилли указал на стол у дальнего конца стойки.
– Лучше идите сядьте вон там, а я чего-нибудь вам принесу.
Рив и Билли сделали, как им было сказано, а Реактивный Вилли присоединился к остальным, приветствуемый шквалом возгласов, смеха и хлопков по спине. Подобно их машинам, куртки рулевых были в целом одинаковыми, но каждая отличалась по цвету и отделке.
Ожидая, пока Вилли вернется, Билли и Рив осторожно осматривали помещение. В одном конце центральное место занимал огромный музыкальный автомат высотой с человека и футов восьми в поперечнике. Разноцветные огни складывались в разнообразные комбинации на его лощеной хромированной поверхности, а играл он, по всей видимости, то же самое Кольцо Огня, которое Вилли слушал в машине. Вдоль другой стены выстроился ряд пинбольных машин, но и они были значительно большего размера, чем что-либо виденное Билли и Ривом до сих пор. Вместо того, чтобы стоять перед автоматом, играющий должен был сесть в некое подобие пилотского кресла, на подлокотниках которого располагался целый набор разнообразных кнопок и переключателей, управляющих флипперами.
Реактивный Вилли вернулся с подносом, на котором стояли чашки с кофе и тарелки с пончиками. Он со стуком опустил его на оранжевую пластмассовую поверхность стола.
– Ну вот, спустите-ка это себе в брюхо!
Он двинул большим пальцем в сторону девушки, которая только что обслуживала его.
– Горячая штучка! Не отказался бы залезть к ней в джинсы.
Подмигнув, он запустил руку в боковой карман своей куртки.
– А кофе можно малость подогреть!
Он вытащил бутылку, завернутую в коричневую бумагу. Рив с любопытством посмотрел на нее.
– Что это?
Вилли, осклабившись, дотронулся указательным пальцем до носа.
– Старый добрый джин! Чтобы ворс на груди не хирел!
Он долил обе чашки, и Рив с Билли сделали по осторожному глотку. Чистый спирт обжег их глотки, и они закашлялись.
– Крепкая штука!
– Еще бы, – подмигнул Реактивный Вилли.
Он одним глотком выхлебнул свой кофе, откусил кусок пончика, а затем глотнул прямо из бутылки.
– Слушайте, парни, я не могу торчать здесь весь день. Меня ждет моя женщина. – Он встал. – Счастливо!
– Ладно. Спасибо, что подвез!
– На здоровье! Бывайте!
Они смотрели, как он уходит. Чувство какой-то странной печали охватило их: за маниакальной самоуверенностью рулевого, казалось, скрывалась некая обреченность. Билли и Рив обменялись взглядами, и наступило долгое молчание. Затем Рив глубоко вздохнул.
– Ну ладно. И куда мы теперь?
Билли пожал плечами.
– Позависаем на Кладбище, посмотрим, что подвернется. У меня пока нет никаких идей.
Вышло так, что кое-что подвернулось им еще до того, как они допили свой кофе.