Коварный заговор
Шрифт:
— Ох, только не это, Вильям.
— Ты уверена?
— Послушай, Вильям, ты заходишь слишком далеко. Я тоже не слишком одобряю действия Элинор, но какой-то здравый смысл в этом есть. Ее старший вассал — Джон из Мерси, но ему едва стукнуло два десятка лет от роду. У нее действительно нет надежного человека, способного контролировать ее людей. Ты знаешь, как это бывает. То, что предлагает один, другому кажется слишком опасным или глупым. Каждый хочет быть главным, и в результате ничего хорошего не выходит. А дело не терпит отлагательств. Я уверена, что Элинор
Гнев угас на лице Солсбери, сменившись состраданием и заботливостью.
— Да, это правда, а Пемброк, к которому ей лучше всего было бы обратиться, в Ирландии. Но почему она не обратилась ко мне? — вдруг воскликнул он.
— Потому что она не хочет доставлять тебе неприятности, Вильям. Ты же знаешь, как Джон не любит Иэна и леди Элинор. Она бы ни за что не попросила тебя сделать нечто такое, что не понравилось бы королю.
Солсбери постоял с минуту, глядя в пространство мимо жены и Постукивая кулаком в ладонь. Наконец он повернул взгляд на Элу.
— Он спас мне жизнь, Эла, и… у меня большой долг к нему… за многое другое.
Лицо Солсбери вдруг побелело. Эла не успела обидеться на косвенный намек, что Иэн взял Джеффри после того, как она отказалась от него. В это же мгновение ее осенила мысль, которая до сих пор не приходила ей в голову. Джеффри был с Иэном и, без сомнения, испытывает или испытал ту же судьбу, что и его хозяин. Она медленно поднялась на ноги, держась за стул.
— Джеффри с ним, — прошептала она. — Езжай! Ты должен ехать немедленно, Вильям. О Боже, если с мальчиком что-то случится, я никогда себе этого не прощу! Ты не сможешь проклясть меня хуже, чем я прокляну сама себя!
Солсбери в два прыжка оказался возле жены и крепко обнял ее.
— Не говори глупостей, Эла. Джеффри так или иначе должен был сейчас служить, даже если… если бы все было по-другому с самого начала. Что бы ни случилось, это не твоя вина. Я никогда не прокляну тебя ни по какой причине. Не забивай себе этим голову.
— Спасибо тебе, любимый, — прошептала Эла. — Но теперь езжай. Езжай. И пришли мне письмо — как только ты узнаешь какие-нибудь новости о ком-нибудь из них, — дай мне знать.
К счастью, король был в Оксфорде, а не в Лондоне, и Солсбери через час после вечерней службы стоял в спальне Джона, который только что прилег.
— Где Иэн де Випон? — спросил Солсбери у брата без приветствий и вступлений.
— В аду, я надеюсь, — злобно ответил Джон, а затем, увидев, как побледнел его брат, нахмурился. — Но если он там, то без моей помощи. Что заставило тебя, Вильям, ворваться ко мне и кричать о де Випоне, не поздоровавшись и ничего не объясняя? Я же не сторож Иэну.
— Мой сын с Иэном! Где он, Джон?! Где?
— Откуда я знаю? Клянусь тебе, Вильям, последнее, что я слышал, это то, что де Випон осаждал кастеляна в Кемпе. Если он ушел оттуда… Но я знаю, что оборона там ведется основательно. Я слышал… Ты хочешь сказать, что он исчез из лагеря? Когда?
— Я ничего толком не знаю, кроме того, что он был не в Сассексе. Он исчез между
Джон пронзил взглядом своего брата и медленно покачал головой.
— Ни слова о де Випоне. Правда, я давно не получал новостей из Уэльса. Там все спокойно. Я готов поклясться, чем хочешь, Вильям, что не имею никакого отношения к проблемам де Випона в Уэльсе, что бы там ни произошло — я готов даже пойти на то, чтобы поклясться нерожденным плодом в утробе моей жены, если это удовлетворит тебя.
Солсбери неуверенно почесал голову.
— Значит, то, во что верит леди Элинор, должно быть правдой. Это кастелян в Клиро-Хилле захватил Иэна по каким-то личным мотивам. Джон, она собирает людей, чтобы штурмом взять замок. Я собираюсь повести их вместо нее.
— Вильям…
— Не запрещай мне, брат. Мой сын там. Если Иэн умрет, то умрет и Джеффри.
— Я и не собирался запрещать тебе, — фальшиво-заботливо произнес Джон.
Он вовремя понял, что запрещать Вильяму идти спасать сына было бы бесполезно — он просто не подчинится. А с этим Джон ничего бы не смог поделать, потому что он действительно любил своего брата. Вильям Солсбери был единственным в мире человеком, в котором Джон не сомневался, которого не боялся и не мог обидеть. Это несколько усложняло ту чистую и красивую идею, которая витала в голове Джона. Ему нужно время немножко побыть одному, обмозговать…
— Я собирался только сказать, — продолжал Джон, — что тебе пора спать. Ты ел что-нибудь сегодня? Нет? Я не подумал. Нет! Я запрещаю тебе выезжать сегодня. Ты поедешь напрямик в Уэльс и прибудешь раньше леди и ее отрядов. Если ты дашь мне немного времени подумать, может быть, я смогу чем-нибудь помочь тебе — и не нужно так на меня смотреть. Я и пальцем бы не шевельнул, чтобы помочь Иэну-де Випону. Я тебе честно скажу, что ничто не доставило бы мне больше удовольствия, чем весть о его смерти. Однако Джеффри — совсем другое дело!
— Я поем, если хочешь, но спать я не могу, — возразил Вильям.
— Сможешь, — настаивал Джон. Он дал знак одному из телохранителей. — Иди с ним, Вильям, и не дури. Поешь, поспи, а завтра я предложу тебе что-нибудь дельное. Я не могу послать с тобой войска — королевские воины в Уэльсе вызовут еще большие проблемы. Но что-нибудь придумаю.
Едва только его брат покинул комнату, как другой оруженосец помчался с приказом королевскому курьеру быть готовым к отъезду. Джон сел на кровати и начал кусать ногти. Если кастелян захватил своего сеньора в плен, значит, он хочет забрать себе поместье. Другой причины для такого поступка быть не могло. Если де Випон переночевал в Пови-се и собирался провести следующую ночь в Клиро, поместье должно граничить с землей Гвенвинвина. Вероятно, кастелян и Гвенвинвин — достаточно большие друзья, но если и нет, это не имеет значения. Раз у обоих общий враг — де Випон, это обеспечит их долгое сотрудничество в интересах Джона.