Коуч
Шрифт:
***
Маленькое помещение заполняли приглушенные голоса, нос щекотал запах медицинского спирта. Люди в синих хирургических костюмах быстро ходили туда-сюда. Люминесцентные лампы бросали блики на белые кафельные стены.
– Сейчас вам нужно будет пересесть на операционный стол, – сказала медсестра,
– Не надо, – сказал Гена, с трудом поднимаясь на ноги. Полчаса назад ему сделали болезненный укол, после которого он чувствовал себя как пьяный. Медсестра бережно взяла его под локоть и довела до кушетки.
Гена подумал, что зря согласился на операцию. А что, если случится врачебная ошибка, и он умрет, или еще что похуже? Сумма, которую ему заплатят, не покроет и четверти расходов в случае тяжелых последствий. Как было глупо соглашаться и думать об этом в последний момент!
Когда Гена собрался что-то сказать, ему на лицо надели кислородную маску. Над ним навис хирург в странных горизонтальных очках, напоминающих те, что носил супергерой Циклоп из сериала «Люди Х», который Гена любил смотреть в детстве.
– Сейчас начинайте считать от нуля до десяти, – сказал он, – только медленно, хорошо? Его голос звучал приглушенно.
Гена кивнул. Один… Два… Три… – мысленно проговаривал он, стараясь не спешить.
– Вводим листенон, пропофол, – послышался голос хирурга, – показатели стабильные?
– Давление было под сто сорок на девяносто, полчаса назад ввели реланиум, чтобы успокоился. Сейчас стабильные, – раздался другой голос с противоположной стороны. Кажется, он принадлежал худощавому доктору, который делал ему укол.
Пять… Шесть…
В глаза ударил яркий свет, заставляя зажмуриться.
Семь…
Веки отяжелели,
***
В небольшой палате было не протолкнуться, от количества людей в белых халатах рябило в глазах. Гена лежал на койке, укрывшись одеялом. Первой мыслью было спрятаться от любопытных взглядов, назойливых вопросов, духоты и столпотворения. Но он с досадой понимал, что одеяло, даже если накрыться им с головой, не спасет, как это бывало в детстве, когда мама будила в школу, а он притворялся, что крепко спит.
– Как вы себя чувствуете? – с ним говорил хирург, который делал операцию. Без маски и шапочки его внешность казалась почти детской – пухлые щеки, маленькие глаза, длинные волнистые волосы до плеч. Остальные собравшиеся молчали, пристально глядя на Гену.
– Нормально, – ответил он хриплым голосом, – как всегда.
– Геннадий, здравствуйте, я психофизиолог, – сказала полная девушка в очках, лицо которой было усыпано угрями. Красные точки были разбросаны на щеках по-странному симметрично, казалось, будто это несколько алых кнопок «стоп» на панели управления. – Вы чувствуете какие-то изменения? В себе, в теле?
– Я не знаю, пока все обычно, – сказал Гена, – а что я должен ощущать?
– Все в порядке, не думайте об этом, – раздался голос сзади.
Гена повернулся и увидел высокого и плечистого доктора с волнистыми седыми волосами и нависшими веками, которые наползали на светло-карие глаза. Он был похож на оживший бюст императора Нерона. Доктор улыбался, но в глазах застыло прохладное и почти равнодушное выражение.
Конец ознакомительного фрагмента.