Кот, который выследил вора

Браун Лилиан Джексон

Квиллер сознавал, что Аманда с самого начала невзлюбила Картера Ли.

– К тебе поступили какие-то заказы благодаря его рекомендациям, Аманда?

– Никаких! Два члена нашего муниципалитета живут на Плезант-стрит. Они уже заплатили ему авансом по двадцать тысяч. И почему только мои клиенты никогда не платят мне вперед?

– Он профессиональный обольститель. Тебе бы стоило перенять у него приятные манеры.

– Ар-р-р! Я что-то не припомню, чтобы ваша газета публиковала статьи о реставрации Плезант-стрит. Чем ты это объяснишь?

– Он не хочет никакой рекламы,

пока не сговорится с владельцами всех домов на этой улице. Линетт Дункан займется рекламой, когда они вернутся из свадебного путешествия.

– Бедняжка! Лучше бы она спокойно доживала свой век в одиночестве!

Когда Квиллер подрулил обратно к своему жилищу, из дома три выскочил его сосед, размахивая конвертом. Квиллер опустил окно машины.

– На твой адрес пришло письмо, – крикнул Уэзерби. – Но его по ошибке опустили в мой почтовый ящик. Я только что забрал свою субботнюю почту. К сожалению, оно провалялось там лишний день.

– Спасибо. Ничего страшного. – Письмо в конверте из манильской бумаги было от Хасселрича, Беннетта и Бартера. Зачастую они сообщали плохие новости и всегда – досадные. – Не хочешь заглянуть ко мне, выпить чего-нибудь? Побеседовать спокойно об уровне осадков и тёплых циклонах?

– Я бы с удовольствием выпил немного. Подожди, вот только покормлю кота.

Когда Уэзерби Гуд снимал ботинки в прихожей, Квиллер спросил:

– Что будешь пить, бурбон?

Затем вся компания строем продефилировала на кухню: хозяин, гость, Коко и Юм-Юм – в таком порядке.

– Как тебе нравятся двери этих стенных шкафов? – поинтересовался Уэзерби, указывая на легковесные складные дверцы. За ними скрывались чуланчик для швабры и мусорного ведра, стиральный отсек и кладовка. – Джет-Бой запросто открывает их носом. Он точно знает, куда надо ткнуть, чтобы заставить двери сложиться. Когда я прихожу домой, все двери в доме приоткрыты.

– Я думаю, Дон Эксбридж питает особое пристрастие к такой конструкции, – заметил Квиллер. – Они здесь повсюду, даже в прихожей!

– Всё бы ничего, если бы не пружины, которые хрипят, как полузадушенный цыплёнок, когда Джет-Бой совершает свои ночные прогулки.

– Давай не будем обсуждать эту тему в присутствии сиамцев, – попросил Квиллер. – Они слишком восприимчивы к новым идеям.

Прихватив напитки, мужчины перешли в гостиную, где обсудили последние новости: просовещавшись чуть ли не всю ночь, организаторы Ледового фестиваля вынуждены были отменить праздник. Решение, конечно, далось нелегко, но снег стремительно таял, а лед стал совсем непрочным. Ледяные рыбацкие хижины уходили на дно озера. Отсюда проистекали самые неприятные последствия: всеобщее разочарование, денежные потери для многих и общее замешательство.

– Наше газета стоит за то, чтобы покрыть расходы, – сообщил Квиллер, – но мне очень жаль Хикси Райс. Это было её детище. Впрочем, она никогда не сдаётся без боя. Даже сейчас, скорее всего, придумывает какой-нибудь блестящий ход, который позволит с прибылью распродать пятнадцать тысяч значков с белым медведем.

– А хочешь услышать действительно потрясающую новость? –

с воодушевлением спросил Уэзерби Гуд. – Бридж-клуб выяснил, кто послал анонимный чек для восполнения пропажи двух тысяч долларов.

– И кто же? – спросил Квиллер, ожидая услышать имя Уилларда Кармайкла.

– Одна милая дама, которая живёт в Деревне и даже не играет в бридж. Она из рода здешних старожилов и часто жертвует деньги на благотворительность, Сара Пленсдорф.

– Я отлично знаю её! Но как же вы докопались до истины?

– Это-то как раз самое интересное. Её денежными делами занимается Вэннел Мак-Вэннел, который частенько заглядывает к нам в бридж-клуб. Заполняя её налоговую декларацию, он обнаружил, что две тысячи долларов выплачены бридж-клубу. Мак сказал, что изначально это не облагаемое налогом пожертвование предназначалось Молодежному центру.

– Молодчина Биг Мак! – воскликнул Квиллер. – Налить тебе ещё виски?

Когда он вернулся, Юм-Юм уже устроилась на коленях у гостя и принялась кокетничать: мурлыкала, тёрлась головкой о его свитер, томно заглядывала ему в глаза.

– Очаровательная киска, – восхитился Уэзерби. – А ты всё ещё получаешь открытки с кошачьими кличками? Моя знакомая из Хосрэдиша назвала своих котов Аллегро и Адажио. Первый очень шустрый, а второй – флегматик. Что ты собираешься делать с присланными открытками?

– Разложу большой костер на парковке возле редакции.

– А кстати, ваши новобрачные прислали какую-нибудь весточку?

– Не знаю. Вчера вечером Линетт звонила Полли, ей уже не терпится вернуться домой. Она собирается работать вместе с Картером Ли, рекламируя реставрационные работы в своем районе.

Уэзерби вздохнул:

– Надеюсь, только ради неё, что у его проекта большое будущее.

– А ты сомневаешься?

– Профессия обязываем меня быть скептиком. Множество бездельников в Пикаксе, похоже, готово рискнуть двадцатью тысячами. Я полагаю, это немного, если учесть сегодняшние цены на рынке недвижимости, но что они получат за свои вложения?

– Квалифицированный совет, наблюдение за работами и зачисление в Национальный регистр исторических памятников.

Поскольку Уэзерби был приглашён на званый ужин, он вскоре ушёл, и тогда Квиллер вытащил распечатку, позаимствованную у Митча Огилви. Расстеленная на полу, она действительно протянулась ярдов на шесть в длину. Квиллер прочёл её всю, поглаживая усы и время от времени отгоняя Коко.

Затем, распечатав манильский конверт из офиса поверенных, он просмотрел бумаги, которые требовали его подписи, выразил своё недовольство ворчанием и забросил всё в «долгий ящик». У него не было настроении заниматься скучными делами. Квиллер покормил котов, сделал себе сандвич и вознамерился посвятить воскресный вечер чтению Мелвилла. Может, хоть Мелвилл отвлечёт его от неприятностей, начавшихся с приездом в Пикакс Уилларда Кармайкла? Много странных событий произошло с тех пор. Завтра он заедет повидать Броуди и выложит ему всё как есть: таинственные случаи, догадки и слухи, свои сомнения. Не обойдёт молчанием даже странное поведение Коко. А пока лучше почитает.