Кот, который выследил вора
Шрифт:
Это напомнило Квиллеру, что пора бы взглянуть на фотографии Клейтона, запечатлевшие лозоискателя, его прутья с развилками, Коди и даже Картера Ли, измеряющего рулеткой каминную полку, возле которой стояла Даниэль с блокнотом. В пакете лежала также копия записи, сделанной Клейтоном. Большинство диалогов дублировали запись Квиллера, но в конце подалась одна неожиданная интерлюдия.
Мужской голос: Заново отполировать пол. Почистить и заново отполировать пятифутовую полированную полку над камином. Переклеить в комнате обои, выбрав викторианский рисунок…
Клейтон: Я приехал на каникулы к бабушке. Не возражаете, если я сделаю здесь несколько снимков, чтобы показать маме, когда вернусь домой?
Мужчина: Только быстро! Мы тут работаем… Дэнни, на чем мы остановились?
Женщина (пронзительно): На замене стекол.
Мужчина: Заменить люстру на газовый светильник.
Женщина: Постой-ка, ты заметил те кинжалы в зале?
Мужчина: А что в них особенного?
Женщина: У одного из них на рукоятке лев.
Мужчина: Тебе он понравился?
Женщина: Я по зодиаку Лев,
Мужчина: Ну…
Женщина: Ты думаешь, я могла бы…
Мужчина: Он ни за что с ним не расстанется… Эй, что ты вдруг надумала, детка?
Клейтон: Это ваша собака?
Мужчина: Уведи её отсюда! И сам испарись вместе с ней!
Клейтон: Пойдём, собачка, пойдём.
Квиллер не стал читать дальше. Украденный кинжал не обнаружили в шкафчике Ленни, но Даниэль подарила Линетт нечто похожее на свадьбу. Рукоятку украшал вставший на дыбы лев… «Так-так, – подумал он, – дело начинает проясняться: Даниэль страдает клептоманией, потому и воровала что придётся по всему городу с самого приезда в Пикакс. Знал ли об этом Уиллард? Уж не он ли послал в клуб тот анонимный чек через чикагский банк, чтобы покрыть похищенную сумму? Может, Картер Ли знал слабость Даниэль и даже потакал ей? Кража его дубленки в Новый год могла быть просто розыгрышем, семейной шуткой. Неужели она стянула куклу-талисман и подсунула её в шкафчик Ленни вместе с другими, вещами? Интересно, не женщина ли звонила в полицию? Наконец-то появилась зацепка, которую можно проверить».
ШЕСТНАДЦАТЬ
К субботнему вечеру невинные, весело журчащие ручейки и живописные говорливые потоки Мускаунти превратились в бушующие стремнины, реки вышли из берегов и затопили поля и леса. Земля настолько пропиталась водой, что деревья с неглубокими корнями кренились и падали на шоссе, усугубляя опасность. Потоки воды уносили их вместе с деревянными обломками рухнувших мостов и нагромождали временные запруды, которые ещё больше увеличивали площадь затопления.
Одеваясь для ужина с Полли, Квиллер включил приёмник, чтобы узнать последние новости, и услышал следующее:»Вертолёт шерифа, отправившись на поиски пропавших водителей, отрезанных
Полли позвонила спросить, не слишком ли опасно выезжать из дома. Они заказали столик в ресторане «Старая мельница».
– Сегодня днём мы закрыли библиотеку, – сообщила она, – и вряд ли откроемся в понедельник. Школы будут закрыты.
– Я звонил в ресторан насчёт парковки. Всё в порядке, – успокоил её Квиллер. – А ещё позвонил шерифу насчёт дорог. Пока что подъезд к «Мельнице» открыт.
Ресторан оправдывал своё название, потому что помещался в бывшей мукомольне. С давних времён сохранилось даже водяное колесо диаметром двадцать футов, хотя мельничная протока давно пересохла. Квиллера и Полли проводили за их любимый столик, И обслуживал их, как обычно, Дерек Каттлбринк, высоченный малый, в котором было добрых шесть футов и восемь дюймов росту.
– Салют! Смекаете, к чему идёт дело? – с ходу спросил он, ещё не огласив вечернее меню. – Протока того и гляди наполнится водой. Это же рукав Скалистого ручья, который обмелел в сороковых годах. А сейчас вода в Скалистом ручье поднялась настолько, что она может хлынуть сюда и, как встарь, завертеть наше мельничное колесо)
– А куда ведёт мельничная протока? – осведомился Квиллер.
– Через Безлюдную балку в Иттибиттивасси… Что будем заказывать? Один сухой херес и «Скуунк» с лимоном?
Пока он размашисто вышагивал к стойке бара на своих длинных ногах, Полли прошептала:
– Я рада, что Дерека наконец-то прибило к берегу. Встреча с этой девушкой явно пошла ему на пользу. – Раньше Каттлбринка мотало из стороны в сторону, то он хотел быть полицейским, то мечтал об актерской карьере, то метил в фермеры, а порой и просто бездельничал. Теперь он осваивал премудрости ресторанного дела в Мускаунтском колледже.
Вернувшись с напитками, Дерек объявил:
– Теперь о грустном. Мне не положено говорить об этом, но заправилы Ледового фестиваля срочно собрались на тайное совещание в зале на первом этаже. Похоже, дела обстоят неважнецки.
Между репликами словоохотливого официанта сотрапезники успели обсудить автоматизацию работы библиотеки, газетную передовицу о неграмотности, поведение Брута и одержимость Германа Мелвилла вопросами добра и зла.
Полли промолвила:
– У меня такое чувство, что Линетт снова позвонит сегодня вечером. Она наверняка уже побывала на карнавале. А ты не знаешь, поручат ли Картеру Ли реставрацию отеля и особняка Лимбургера?
– Фонд К. всё ещё пребывает в задумчивости. У них как на небесах: Бог правду видит, да не скоро скажет.
Квиллер чувствовал себя лицемером, ведущим двойную игру. Он мог говорить со своей спутницей о музыке французского композитора Габриэля Форе и новом автомобиле Райкера, но только не о тревожащих его подозрениях. Он избегал всяких упоминаний о Даниэль, шотландском кинжале с серебряной рукояткой, кукле, найденной в шкафчике Ленин, а также нелестном мнении, которое Уэзерби Гуд высказал насчёт Картера Ли, и своём хитроумном плане, придуманном для того, чтобы заглянуть в альбом этого последнего. Зачем понапрасну волновать Полли? Особенно когда все твои заключения строятся на интуитивных догадках, слухах и вздорных сплетнях.