Коснуться души
Шрифт:
Ладно. Осталось только одно место. В конце концов, самое важное.
Двери в стиле салуна открылись с характерным низким скрипом, когда она вошла в одну из многих таверн в Аванпосте Кольта. Она часто посещала эту таверну, так как именно сюда приходило большинство солдат и наемников, чтобы утопить свои печали в горьком, но крепком алкоголе.
Атмосфера была мрачной до такой степени, что казалась почти физически осязаемой, давящей на всех. Ей казалось, что освещение было тусклым специально,
Многие покосились на неё, когда она подошла к одинокому краю барной стойки, но никто не проявил большего интереса.
Помимо бара, большинство посетителей сидели за разномастными круглыми или квадратными столами, а посередине стоял один большой прямоугольный, позволявший общаться большему числу людей.
Декора было мало, и часто пахло маслом для чистки доспехов, металлом и кожей, сеном и потом.
Маюми устроила свои сумки между ног и вокруг них, садясь на свободный табурет.
Служащая таверны встала перед ней, перекинула тряпку через плечо и оперлась локтем о стол.
Когда Маюми поймала её голубой взгляд, та вскинула светлую бровь.
Марианна носила две косы, спускавшиеся по бокам головы ниже её груди среднего размера. Лицо у неё было веснушчатым, хоть и загорелым от солнца, с тонкими губами. Под простым коричневым платьем угадывалась худощавая фигура — в этом городе трудно было быть полным, если ты не богат, — но она абсолютно не терпела дерьма ни от одного пьянчуги в своем заведении. Два её брата тоже работали в бизнесе, в основном как вышибалы и официанты.
— Одну кружку «Медового Варева» и три бутылки «Снотворного Марианны», — потребовала Маюми. — И еще сегодняшнее рагу.
— Дешево, и всё еще плохо спишь, а? — фыркнула Марианна, тут же потянувшись под прилавок за деревянной кружкой.
Затем она отвернулась, чтобы взять «Медовое Варево» в зеленой стеклянной бутылке с полки позади себя.
— Я сплю нормально, — проворчала Маюми, наблюдая, как та наполняет кружку, прежде чем поставить её на липкую стойку, куда Маюми положила предплечья. — Проблема только в том, чтобы заснуть.
— Демоны есть в каждом из нас. — Марианна поставила на стол три высокие круглые стеклянные бутылки, чтобы Маюми убрала их в одну из своих сумок. — Вот почему я специально сделала это.
Маюми бросила на прилавок одну бронзовую монету, за ней три серебряных, затем кивнула головой вверх, давая понять Марианне, чтобы та оставила её в покое, пока еда не будет готова.
Ей не нужен был ни психотерапевт, ни чье-то сочувствие; она пришла сюда только за сытным обедом, чтобы набить живот, и за жидким теплом, прежде чем снова отправиться в лютый холод.
Глава 6
Продираясь через снег почти по колено, Маюми остановилась, чтобы потянуть шею в одну сторону, затем в другую, поморщившись, когда случайно хрустнула
Она продолжила свой изнурительный путь домой.
Она не так давно пересекла луг, простиравшийся перед Аванпостом Кольта (город давно намеренно вырубил окружающие деревья), прежде чем углубиться в лес. Через несколько минут она услышала звуки. Глубокий вздох там, шиканье и хруст снега здесь.
Проклятье. Она подняла голову к небу, безмолвно проклиная какое-то неизвестное, немилосердное божество. Я устала и просто хотела домой.
Маюми наклонила голову вбок, чтобы снять ремень одной сумки с шеи и осторожно положить её на землю, прежде чем наклониться в другую сторону и снять вторую. Рюкзак был тяжелым, но его она пока могла оставить на себе. Лук она положила поверх сумок.
— Нет смысла прятаться, — сказала она со вздохом в голосе. — Я вас уже услышала.
Двое мужчин, один с кинжалом, другой с длинным мечом, подняли головы из-за сугроба, прежде чем встать в полный рост. Третий, размахивающий топором, вышел из-за дерева.
Первое, что она заметила: меч был тупым и частично ржавым от бездействия. Топор тоже был не чем иным, как маленьким, грубым колуном для рубки веток. Владельцы топора и меча были постарше, оба с неряшливыми, неопрятными бородами, в то время как третий был молод. Парень с кинжалом сжимал его обеими руками так крепко, что лезвие слегка дрожало, словно было слишком тяжелым для его рук-веточек.
Вся их одежда была тонкой, грязной, дырявой и, скорее всего, вонючей. У мечника не хватало одного ботинка. Левый ботинок, который был на нем, имел дыру на большом пальце, и тот торчал наружу, словно обувь была ему мала.
— Если вам нужны деньги, — начала Маюми, отстегивая кошель с монетами. — У меня осталось немного. Может, серебряный и пара бронзовых монет.
— Отдай нам сумки, — потребовал мужик с топором. На голове у него была вязаная шапка в отчаянной попытке согреться. Затем, подумав, добавил: — И монеты тоже.
Маюми вскинула бровь.
— Возьмите монеты, которые я предлагаю, и уходите, — предупредила она, наконец снимая рюкзак. — Будьте благодарны, что я вообще их предлагаю, так как вижу, что вы бедны и в отчаянии. Я не хочу причинять вам боль.
— Слушай сюда, девка, — предупредил Мистер Топор. Она пока назвала его так, поскольку он казался самым разговорчивым. — Мне плевать, что ты какая-то глупая бывшая Убийца Демонов. Нас трое, а ты одна.
— П-пожалуйста, просто отдайте нам сумки, госпожа Маюми, — взмолился дрожащий парень с кинжалом. Она не была уверена, трясся ли он от холода или от страха. Его глаза были распахнуты так широко, что она подумала, они могут выпасть из орбит. — У нас семьи, которые нужно кормить.