Космострим
Шрифт:
Надежда вздохнула и уселась поудобнее, насколько это было возможно в необычных креслах. Окинула невозмутимым взглядом пульт управления. Рэм одобрительно кивнул и порадовался, что из всех девушек погибшего корабля выжила именно эта.
— Итак, летим к Фомальгауту, — констатировал он. — Карты вроде бы открываются вот тут… Опа! — они с Надеждой слегка отпрянули от огромного количества голографических карт, выскочивших на них отовсюду. Полупрозрачное звездное небо закружилось вокруг кресел. — Шикарно! Теперь надо найти Фомальгаут.
— Тут есть красные
— Вряд ли. Слишком разбросаны по карте. К тому же это у нас на Земле красный цвет — опасность. В остальном космосе опасным цветом считают желтый. Думаю, это места прежних остановок.
— Тогда вот Фомальгаут, — сразу кивнула на подходящую звезду Надежда.
— Уверена?
— Его трудно не узнать.
Рэм согласился. Звездная система Фомальгаута тоже обладала протопланетным диском, который выглядел широкой полосой вокруг главной звезды и давал сильное излучение. Земляне до сих пор раздумывали, зачем вамфимцы устроили свою колонию именно в этом месте. Ведь пылевое облако очень мешает связи и навигации. Рэм склонялся к мысли, что именно поэтому: не смотря на относительную близость к Земле, люди никогда в жизни не рискнут приблизиться к базе инопланетян. А им сейчас придется сделать именно это.
— А вот тут, получается, должна быть Земля. Может, ну его, этот Фомальгаут и рванем все-таки домой? — в последний раз предложил пилот.
— Рэм, вамфимец действительно плох. А если мы доберемся до его колонии, там и Аркадию помогут. Надеюсь. К тому же, Фомальгаут хорошо видно, да и летали сюда часто, судя по всему. А как найти Землю, ты знаешь?
— Ну… Вот тут она где-то, — Рэм ткнул в подходящую область.
— Это на карте маленькое расстояние. А на деле разброс может оказаться в пределах нескольких звездных систем.
— Ну ладно. Фомальгаут, так Фомальгаут, — Рэм в очередной раз задумался о превратностях судьбы, которая не дает ему совершить логичные с его точки зрения действия. Вот и теперь — он бы наплевал на всех и отправил бы корабль к Земле. Если бы точно знал, куда именно лететь.
— Как ввести курс? — прервала его размышления Надежда.
— Комгорс сказал, что просто коснуться и подтвердить. Хочешь попробовать?
— Конечно! — глаза Надежда загорелись, и она тут же ткнула пальцем в Фомальгаут.
Пульт управления издал какой-то звук и выдал несколько слов на незнакомом языке.
— Да подтверждаю, подтверждаю! — ответила ему Надежда, еще раз ткнув в ту же точку. Пульт издал звук еще раз, и карты исчезли. А на экранах пульта стали появляться многочисленные информирующие знаки. Впрочем, информация ушла впустую, ни Рэм, ни Надежда ничего не поняли. Иногда перед ними всплывала голографические спирали, и Рэм осторожно их активировал.
— Надеюсь, это просто подтверждение курса, — бормотал он, а Надежда лишь крепче хваталась за ручки кресла. Наконец перед ними возникла последняя, самая большая спираль, и Рэм активировал ее, проведя по линии до конца.
Корабль
— Может, надо было добавить тяги постепенно? — запоздало воскликнул перепуганный перегрузками стюард, но корабль уже входил в гиперпространство.
— Надеюсь, мы все-таки вынырнем у Фомальгаута, — с едва заметной дрожью в голосе ответила Надежда.
— Что тут у вас происходит? — в кабину ввалилась Альбина, держась за многочисленные поручни — перегрузка откидывала ее назад. Но скоро антигравитаторы выровняли давление, и девушка заползла на кресло с другой стороны Рэма, не отрываясь глядя в иллюминатор.
Посмотреть было на что. Звезды разлетались вокруг с огромной скоростью, оставляя для восприятия лишь длинные светлые росчерки. Посреди этого сверкающего тоннеля темнела точка выхода из гиперпространства. Зрелище завораживало и гипнотизировало, хотелось, чтобы это продолжалось вечность.
— Как же красиво! — простонала Альбина. — Как же офигительно красиво! Это должны видеть все! — она активировала стримки. — Дорогие подписчики! И гости моей страницы! Я говорю с вами из кабины корабля комгорсов. Мы летим к Фомальгауту… Вроде бы… И вот что показывают нам иллюминаторы! О!! Увидев такое, и умереть не жалко, правда? Надеюсь, до этого не дойдет.
Она рассказывала о своих впечатлениях, не останавливаясь ни на секунду. Рэм и Надежда только переглядывались, замечая друг у друга в глазах настоящий восторг и счастье. Говорить об этом не хотелось. Они взялись за руки и снова уставились в иллюминатор. Альбина продолжала болтать обо всем на свете, в том числе и о пилотах.
— О, да! Это все наш пилот устроил! Он оказался гениальным парнем, и смог захватить инопланетный корабль, да еще и управлять им! Рэм, скажи несколько слов моим любимым подписчикам! — Альбина уставилась на смутившегося курсанта через стримки.
— Альбин, отстань, — фыркнул он, не поворачиваясь. — Я не стример.
— О, в этом он весь, наш милый Рэмчик! — снова запела в браслет Альбина. — Он крут и скромен. А вот и остальные члены команды… Которые на ногах, — она обернулась к выходу из кабины, где появились Ян и Полянский. — Они-то уж точно дадут мне интервью! — она бросилась к ним, забрасывая вопросами. И Ян, и Жорик отвечали невпопад, таращась на картину за иллюминатором, как загипнотизированные.
Скоро бег звезд замедлился, а потом и вовсе прекратился.
— Кажется, приехали, — озвучила очевидное Надежда. В иллюминатор было хорошо видно Фомальгаут с хорошо заметным диском из космической пыли. — До звезды всего несколько миллионов километром.
— Ерунда, — кивнул Рэм, — долетим за считанные часы.
— А потом что? — вмешался Полянский сзади. — Снова продираться через облако? Прошлый раз повезло, думаешь, и в этот все нормально будет? Я лично на такое не подписывался!
— Трус ты, падла! — вспылил Рэм.
— Перестань, — перебила его Надежда. — Он прав: в прошлый раз повезло. Может, вамфимцы нас тут сами как-нибудь найдут?