Кошки-мышки

Флёри Юлия

– Вы рехнулись, Даниил Алексеевич? – Совсем не томным, но неприлично глубоким голосом зарокотала она, а внутри кипело и булькало нарастающее возмущение, которое с самого начала встречи так и не спало. Руку его, двинув тем же бедром, стряхнула и спустилась ещё ниже, стоя теперь наравне, на одной ступени. – Или так на вас замкнутое пространство действует? Так, вы не стесняйтесь, узкие специалисты воздействуют на любые фобии. С вашими-то возможностями отбоя в желающих помочь не будет. Лифт, кстати, включили.

– Слава Богу! – Донеслось

со стороны, но возглас остался без внимания, или замечен всё же был, но слился с выдержанным после молчанием.

– Спасибо за нужную и, главное, своевременную информацию. Что же заставило нимфу лично бегать меж этажами, сбивать каблучки?

– Да, я вижу, вы здесь давно бродите… – Понимающе закивала. – У вас бред! – Заявила чуть громче, точно желая добраться до сознания, или хотя бы нащупать нить здравого смысла.

– Занятия спортом ещё никого не сводили с ума.

– Весьма спорное заявление. Уверена, что в истории найдётся пара-тройка случаев. – Констатировала с сожалением. – А я, как вы выразились, бегаю, потому как страждущие добрались до кабины блаженства и чувство такое, что пытаются возместить время без лифта, навёрстывая упущенное в настоящем. Но вам, скорее всего, повезёт.

– Так уж и повезёт…

– А как же! Да и мне полезно. Похудею. – Дементьев окинул критичным взглядом худощавое тело и вздохнул.

– Зачем же портить красоту? Хорошего человека должно быть много.

– Всё хорошее у меня в рост ушло. А вы бы, всё же выбирались отсюда. Что вам спорт, то другу вашему смерть. Смотрите, через пролёт-другой, можно будет службу заказывать.

– Какую ещё службу? – Оживился вышеупомянутый Самсонов. Женщина, роль которой он до сих пор так и не понял, глянула без интереса.

– Поминальную.

– Какая добрая женщина. Извините, не знаю, как вас по отчеству.

– Какая я вам женщина? В вашем-то возрасте ещё лет десять буду в девушках числиться.

Взаимно ответила на хамство и вернула внимание Дементьеву, по-видимому, продолжая упираться в его руку, а тот, будто забавлялся, и, казалось, не прикладывает и малейшего усилия, чтобы её задержать.

– Доброе утро, Даниил Алексеевич, чик-чирик. Замечание ваше усвоила, теперь буду смотреть только под ноги, потому что они у меня длинные, а каблуки ещё длиннее. А ещё лучше, буду ездить на лифте, благо пользуемся мы с вами разными кабинами, уровни, так сказать, не те, чтобы встречаться. Позвольте пройти. – Выпалила, едва ли находясь на грани срыва, но старательно желала его изобразить.

Старательность Дементьев оценил и руку убрал, правда, тут же перегородил дорогу всем телом, по-прежнему, не желая отпускать.

– Наоборот всё, Нин. Каблуки длинные, а ноги ещё длиннее.

– Очень веское замечание, Даниил Алексеевич. – Понимающе закивала головой. – Ценю и век не забуду, а теперь, если не возражаете, всё же пройду. На совещание, знаете ли, опаздываю. Ещё не дошла до того ранга, когда можно вот так же спокойно, не торопясь, друзей

по лестнице выгуливать.

– Так, всё впереди, Ниночка. Дорогу осилит идущий.

– Не думаю, что, пни я вас сейчас ногой, успею осилить хоть какую-то дорогу, кроме той, которая ведёт в последний путь. А пнуть хочется очень. Честно. – Доверительно проговорила, приложив развёрнутую ладошку с одной стороны губ.

– А что, нимфы нынче ещё и совещаться успевают? Я думал только жалить своим ядом.

На Самсонова устремились как минимум две огненные стрелы её взгляда.

– Даниил Алексеевич, если продержите меня в таком положении ещё несколько секунд, уже не придётся удивляться тому, что вас может связывать с этим убогим. – Улыбнулась, вроде и игнорируя предыдущую реплику, а вроде и отвечая именно на неё.

Не веря своему счастью, всё же протиснулась между горячим мужским телом и охлаждающими пыл перилами и поскакала вниз по лестнице.

– Идём. – Недовольно пробурчал Самсонов, а Дементьев без доли шутки приложил палец к губам и несдержанно цыкнул, предлагая заткнуться. Внимательно вслушивался в теперь уже приглушённое цоканье тонких каблучков.

– Три этажа вниз? – Опустил голову, высовываясь над перилами, и уточнил, будто ничего важнее сейчас не существует.

Самсонов тоже посмотрел туда, между тем пару раз скосил глаза на взвинченного друга и только после этого глянул открыто, хоть и недоумевающе.

– Да вроде три.

Дементьев перевёл взгляд на табличку с цифрой двадцать один в конце пролёта, кивнул собственным мыслям.

– Значит, восемнадцатый этаж.

– Надеюсь, ты хочешь это знать для того, чтобы её пристрелить.

– Да ладно! Когда ты стал таким кровожадным? – Смахнув напряжение, точно по мановению волшебной палочки, посвистывая, Дементьев со странной улыбкой прошагал мимо и остановился, ожидая друга на лестничной площадке.

– Что? Нет? – Самсонов так и не сдвинулся с места, застыв с открытым от удивления ртом. – Зачем ты, вообще, к ней пристал? Шла бы себе и шла. Ты у нас, конечно, тот ещё флорист, но этот цветочек больно уж экзотический. Знаешь, есть такие, вроде как плотоядные, которые мухами там всякими питаются, комарами и другими насекомыми. Точно про неё. Чем я ей не угодил?! Сама-то… кто она там? Креативный редактор модного женского журнала? Или у них сходняк тёток, которые на мётлах летают? А что? Я верю в нечистую силу. Ты что молчишь?

– Да как-то и слова некуда вставить, Валер, что-то ты разошёлся.

– Ты что, ты серьёзно думаешь с ней связаться? Если шутишь, то юмор у тебя чёрный.

– Идём, теоретик. – Дементьев махнул рукой, устав ждать друга у раскрытой двери и вышел на этаж. Самсонов нагнал его уже у лифта.

– Я тут подумал, а ты прав. Она бы тебе подошла. А что? Одни плюсы: кормить не нужно, она наверняка собственным ядом питается, чтобы навыки не растерять. Сгибаться в три погибели, когда целуешь тоже не нужно.