Кощеевы земли
Шрифт:
Возвратились с гребня Вера и мужчины, они оживленно обсуждали какие-то технические параметры установленных приборов, их усталые лица светились радостью, как это бывает у людей, выполнивших трудную работу. Вера достала из рюкзака миниатюрную радиостанцию, еще раз удивив технической оснащенностью казалось бы несложного самодеятельного похода, и вышла на связь с группой Анатолия.
– Толик, – закричала она, щелкая переключателем, – мы готовы... Все установили по схеме... Да... да. Через пять минут... Хорошо, будем на приеме.
Победно посмотрев на остальных, «железная леди» достала из кармана
– С другой стороны тоже готовы. Через пять минут включаем полный контур зоны и будем наблюдать. Может быть, сегодня отследим точки искривлений пространства в этом месте, а может, что-нибудь еще.
Она уставилась на часы. Стало тихо, казалось, окружающая природа тоже замерла в ожидании чуда. Но чуда не произошло. Вера торжественно нажала кнопку, и все посмотрели вслед за ней на каменистый гребень. Тот с иронией скалился камнями, пространство сворачиваться не собиралось. Ни звуковых, ни световых эффектов, торчащие по склону коробочки на тонких телескопических ножках уныло поблескивали в лучах опускающегося к горизонту солнца. Экстремалы с недоумением повернулись к руководительнице, легкое разочарование отразилось на их лицах.
– Чего туда смотреть, – с иронией проговорила «железная леди», – все равно ничего не увидите, большинство аномальных процессов визуально не доступны. Человеческие органы восприятия слишком слабы, чтобы заметить это. Пусть приборы данные снимают, а нам остается только ждать и наблюдать за появлением возможных оптических эффектов, которые могут возникнут в любом месте. Впрочем, мы вряд ли сможем что-то заметить.
Не столь подкованные в научных изысках люди, каковыми являлось большинство участников экспедиции, на всякий случай посмотрели по сторонам, но там ничего не происходило. И тогда Саша предложил перекусить. Его предложение встретили на ура.
Прошло несколько часов со времени установки датчиков, но ничего так и не произошло. Устав ожидать видимых результатов, случайные участники столь непонятной экспедиции стали расслабляться, чувствуя себя как на пикнике. Женя извлек припрятанную бутылку водки, на костре ароматно зашипели, истекая жиром, нанизанные на прутья шпикачки, на расстеленную клеенку приземлились пластиковые стаканчики и вечные спутники пикников – малосольные огурчики Небольшая натянутость, возникшая в начале похода развеялась, и настроение у всех поднялось. Собравшийся вокруг костра разношерстный народ стал походить на самих себя. Весело смеялась над рассказами Саши Валя, похожие на братьев-бурундуков экстремалы-любители затеяли шутливую возню за обладание куском копченого сала. Даже вечно нахмуренная Вера, отложив в сторону приготовленный для ведения записей толстый блокнот, присоединилась к оживленно разговаривающим у огня людям.
Темно-коричневый пес устало повалился грудью на мягкий мох, его бока тяжело вздымались в унисон хриплому дыханию. Розовый длинный язык вывалился из раскрытой пасти. Тень от густого кустарника защищала его уставшее тело от жаркого солнца и посторонних взоров. Рядом журчал ручей, невдалеке от места лежки к нему вела чуть заметная тропинка. Оставалось немного – чуть отдохнуть и ждать. Ждать того мига, ради которого он бежал сюда несколько часов. Боксер с гордым именем Адмирал.
С
Идти за водой не хотелось, но пузатый котелок так и мозолил глаза. Маша, вздохнув, огляделась, к сожалению, никто не высказал желания составить ей компанию или самому принести воду. Пришлось идти одной.
До ручья, что змеился по склону, всего несколько десятков шагов. Густые кусты по берегам встали невысоким забором, из-за которого поблескивала вода, но добраться до нее оказалось нелегко – крепкие упругие ветви расступаться перед человеком не желали, принуждая удаляться все дальше от лагеря. В одном месте ручей резко заворачивал среди камней, образуя проход между подмытых течением кустов. Нагибаясь, чтобы зачерпнуть из ямки, которую вымыл водный поток, Маша чуть не выпустила котелок из рук, когда жесткий неприязненный взгляд уперся ей в спину. Резко обернувшись назад, она увидела быструю тень, скользнувшую за деревья.
В лагере поднялась суета. Вера закричала, забегали мужчины, и все перекрыл вопль Вали:
– Там Маша!
Женя с топором наперевес бросился к ручью и столкнулся с выходящей из кустов бледной Машей.
– Что там случилось? – спросила она, держа в руке наполненный водой котелок.
– Вера зверя какого-то увидела, ну и закричала. А тут ты куда-то пошла, – сбивчиво объяснил экстремал. – Я на всякий случай – сюда, мало ли что случилось.
Вдвоем они возвратились в лагерь, где бестолковая суета и шум стали затихать сами по себе.
– Все. Успокоились, – громко заявил Женя. – Зверь испугался и убежал. Своими воплями вы его в лес загнали, и он больше не придет. Побоится.
– Это хорошо, если не придет. – Вера пришла в себя, и ее натура мелкого, но начальника, сразу выдвинулась на первый план. – Теперь никто по одному никуда не ходит, даже в кустики. Волк не волк, хомяк не хомяк какая разница? Мы в лесу, где диких зверей хватает' И не забывайте, что находимся в треугольнике, где всегда происходит много чего странного и непонятного. Надо быть настороже.
До наступления темноты ничего, что могло вызвать интерес или опасения, не произошло, да и люди не утруждали себя авантюрами вроде походов в лес или за гребень гряды. Все занимались обычными делами, то есть ничем, и изредка поглядывали на опушку, надеясь что-либо увидеть. И никто не обратил внимания на небольшое темное облачко, возникшее над камнями, усеивающими склон. Облачко, чуть колыхаясь в потоках теплого струящегося по нагретым склонам воздуха, долетело до ближайшего дерева и исчезло в лесу.