Кортес
Шрифт:
В 1530 году дон Эрнандо вновь добился назначения в Мексику, но уже только в качестве капитан-генерала. Наместничество, как он ни добивался, ему не доверили. Там ему тоже не повезло - каждое затеянное им предприятие заканчивалось крахом. Он порядком издержался и в 1540 году вернулся в Испанию, чтобы попросить у короля денежное вспомоществование, в чем ему было решительно отказано. В те же годы сорвалась женитьба его дочери с сыном маркиза д'Асторга. Отказ был сделан в несколько неучтивой манере, и Кортес, обидевшись, удалился в маленький городишко Кастильехо де ла Куста. Здесь и доживал последние годы...
Старик Берналь взял чистый, с неровными краями лист бумаги, переведя дух, принялся переписывать набело последнюю страницу. Не смог, рука дрогнула.
"Но что стало с теми, кто совершил эти великие деяния? От 550 человек, отправившихся с Кортесом из Сантяго-де-Куба ныне, в 1568 году в Новой Испании осталось не более ПЯТИ! Все остальные погибли: на полях сражений, на жертвенных камнях, на собственной постели от болезней. Где памятник их славы? Золотыми буквами должны быть вписаны их имена, ибо они приняли смерть за великое дело. Но нет! Мы пятеро согбенны годами, измучены ранами, хворями, и влачим остаток жизни в скромных, если не сказать, убогих обстоятельствах. Несметные богатства доставили мы Испании, но сами остались бедны. Нас не представляли королю, не украшали титулами, не отягощали замками и землями. Нас, настоящих конкистадоров, людей "первого призыва", просто забыли. Писатель Гомара много и красиво говорит о Кортесе. О нас же не упоминает.
Довольно!
в 119 битвах и сражениях я участвовал. Я участвовал в приобретении Новой Испании - в этом мои сила и слава!"
Он отложил перо, потом долго сидел не двигаясь, не шевелясь. Ему вдруг открылось, что теперь, когда он написал последнюю фразу, недолго ему осталось жить на белом свете. Годы, освоенные им в этом лучшем из миров, внезапно обрели смысл, наполнились дыханием, и все равно ощущалась некоторая недоговоренность, источником которой, он ясно чувствовал это, являлись эти записки - вернее, какая-то мелкая недосказанность, допущенная им. Он вздохнул, осенил себя знамением, прочитал "Отче наш" и вернулся к предыдущим страницам. Отыскал пробел в описании гондурасского похода и переписал лист ещё раз. Особенно сильно нажимал на перо, когда писал следующие, запомнившиеся на всю жизнь, строки:
"Я знал, что нельзя полагаться на твои лживые обещания, Малинцин. Знал и то, что ты давно задумал погубить меня, с тех пор, как я не пал от своей собственной руки, когда ты вступил в мой город Теночтитлан. Почему же ты убиваешь меня так бесчестно? Бог спросит с тебя за это!"
Это были последние слова Куаутемока, молодого человека - в момент казни ему было всего двадцать четыре года от роду - воина, тлакатекутли, защитника отчества.
Эпилог
В родном городе Кортеса Медельине, в Эстремадуре, возвышается памятник прославленному завоевателю, чье имя навсегда останется в памяти человечества. Не стоит судить о нем, исходя из веяний века - такие люди суть украшение нашего рода, теперь заглядывающегося на звезды. Их нельзя ни сдержать, ни направить. Буйная, стихийная, земная сила властно владеет их душами - они идут вперед не только по велению разума и сердца, но и по тому, что иначе жить не могут. Стоит времени объявить призыв и рано или поздно появляется человек, над головой которого незримо реет птица-удача. Какой смысл укорять его в том, что он сокрушает все на своем пути?
Он всю жизнь считал, что человек - есть мера всех вещей. Только перед смертью ему открылось, что эта истина относится к земным деяниям и не имеет отношения к таким спорным, невесомым понятиям как милосердие и справедливость. Он вызволил из рабства необходимости миллионы человеческих существ, но скольких погубил? Он, первым сокрушивший великую, затерявшуюся во времени империю, открыл путь безжалостным, не обладающим и каплей величия грабителям.
Долго небеса решали его посмертную судьбу. Непростую задачку задал
Маркиз дель Валле де Оахака, дон Эрнандо Кортес умер 2 декабря 1547 года и был захоронен в семейном склепе герцогов Медина Сидонья, в монастыре Сан Исидор в Севилье. В 1562 году его прах, согласно последней воле покойного, был перевезен в Мексику и предан земле в монастыре Святого Франсиска в Тескоко. Прошло более шестидесяти лет и вновь останки конкистадора оказались потревоженными - их перенесли в собор Святого Франсиска, расположенный в Мехико.
В 1794 его опять перезахоронили на территории столичного госпиталя Иисуса Назаретянина. Здесь было устроено великолепное надгробие и знаменитый скульптор Тольса создал его бронзовый бюст. В 1823 году сразу после мексиканской революции и освобождения от испанского владычества, группа молодых патриотов решает разрушить склеп завоевателя Мексики, а прах его развеять по ветру. В последний момент гроб с кучкой полу истлевших костей удается спасти. По слухам его тайно отправляют в Италию, на остров Сицилию, где находились владения одного из потомков Кортеса герцога Монтелеоне.
Трудно отделаться от ощущения, что четыре века понадобилось небесным инстанциям, чтобы суд над доном Эрнандо наконец подошел к финалу. Рассуждать об его исходе не дано никому из смертных, но изучая эти факты, невольно приходишь к выводу, что земля Мексики в конце концов приняла в свое лоно прах великого завоевателя. В 1946 году его останки были обнаружены в одной из церквушек госпиталя - там он и нашел он вечный покой.
Иное дело посмертная судьба Куаутемока, память о котором колонизаторы хотели стереть из памяти народа.
Сразу после страшной смерти тридцать ацтекских воинов обложив тело вождя "душистыми листьями", запеленали его в материю и доставили в Ичкатеопан, родной город последнего правителя Теночтитлана. Труп, согласно обычаю, сожгли, а останки захоронили в родовой усыпальнице правителей города.
Через четыре года в Ичкатеопан прибыл известный нам Мотолиниа, монах-францисканец по имени Торибио де Бенавенте. Случайно узнав о месте погребения Куаутемока, он убедил жителей города перенести урну в другое место, иначе её не скрыть от внимания королевских властей. Во дворе своего бывшего храма индейцы выкопали новую гробницу и ради сокрытия тайны захоронения построили над ней христианскую часовню. Позднее, по совету того же Мотолиниа, на этом месте был возведен собор, причем ацтекские мастера таким образом спроектировали алтарь, что он оказался точно над самой усыпальницей последнего правителя.
Уходя из города де Бенавенте просил местных жителей сохранить все в глубокой тайне. От отца к сыну, от поколения к поколению передавалась тайна могилы императора. Только в1949 году её последний хранитель поведал о ней на исповеди местному священнику. Тот сообщил властям...
Из столицы Мексики тотчас прибыла специальная комиссия. 26 сентября 1949 года начались раскопки под алтарем собора Ичкатеопана. На глубине двух метров исследователи наткнулись на узкую щель, оказавшуюся входом в крохотную гробницу. Она была высечена прямо в скалистом грунте. Внутри находились человеческие кости, пепел, медные бусы, кольца, подвески, два украшения из голубого нефрита и медный наконечник копья. Немного поодаль лежала сильно окислившаяся медная пластинка, на лицевой поверхности был выбит крест и короткая надпись старинной испанской вязью. Надпись гласила:
1501 - 1525
Государь и повелитель Куаутемок
После долгих проверок комиссия пришла к выводу, что обнаруженные останки действительно принадлежат последнему правителю Теночтитлана.
Памятник ему воздвигли на центральной площади Мехико. По морям ныне ходит парусник "Куаутемок", на котором проходят обучения будущие моряки мексиканского флота. Родина не побоялась доверить этому имени воспитание своего подрастающего поколения.