Корсаков
Шрифт:
Когда я только начал осознавать себя в качестве мага, я начинал с того, что разбирался в собственном теле. Глупо ведь уметь вытаскивать людей с того света и при этом самому умереть от какой-нибудь заразы, или, например, получить травму и остаться калекой.
Так что лучше всего я изучил именно своё тело. И сейчас оно, практически без моего участия, восстанавливалось.
— Ваня!
Схватив меня за руки, Смирнов втащил меня внутрь здания. И тем самым спровоцировал снайпера на новый выстрел. Но пуля попала в спину Олега, который
— Внутрь! Быстро! — приказал мой телохранитель, мгновенно подхватывая мои ноги. — Бегом!
Бледный Андрей, на глазах которого, как он думал, умирает человек, которому он сегодня обещал долг жизни, резко потянул меня в полумрак кафе. Тем временем охрана Смирновых, вынырнув откуда-то из подсобных помещений в полной боевой экипировке, активировала защиту.
Окна и дверь закрыли упавшие сверху бронированные плиты.
— Наследник в порядке, — доложил один из них, бросив на нас короткий взгляд. — Снайпера засекли, группа «Два» выдвигается.
— Как же так, Ваня, — причитал тем временем Смирнов, не зная, что делать. — Это я виноват…
Я вздохнул — лёгкое восстановилось, можно было гонять воздух по дыхательной системе, не боясь захлебнуться кровью.
— Успокойся, Андрей, — ответил я. — Олег, вызывай подкрепление. Я хочу знать, что это за мразь и почему она не боится стрелять в целителя.
Трогать нас в высшем обществе — это табу. Нерушимое вот уже пару веков. Никогда не знаешь, когда тебе понадобится наша помощь. А подняв руку на одного целителя, очень высока вероятность, что ты получишь бойкот со стороны всего цеха.
— Уже едут, — отчитался телохранитель. — Говорил я вам, Иван Владимирович, носите бронежилет!
— Под гимназической парадной формой? — хмыкнул в ответ я и сел. — Андрей, приди в себя.
Смирнов смотрел на меня в полном недоумении. Его взгляд скользил по дырявой и грязной сорочке. Потом перешёл на собственные руки, заляпанные моей кровью.
— Ты что, бессмертный? — выдохнул он и осел на пол прямо там, где стоял.
Хорошо хоть сознание не потерял.
— Ага, и зовут меня Кощей, — с усмешкой кивнул я. — Не будь глупцом, Андрей, самый первый пациент любого целителя — он сам. Так что мне подобные раны не страшны.
Уточнять, что ровно до тех пор, пока жив мозг, я не стал. Зачем вдаваться в такие подробности? Достаточно того факта, что не прошло и недели, как я рассказывал Родионову о том, каким образом нужно убивать мага, и вот нате, кушайте, не обляпайтесь — в меня же по моему методу и стреляют!
Олег стряхнул с себя пиджак и протянул его мне. Теперь стал заметен бронежилет, поверх которого надета чёрная классическая жилетка. Я же снял с себя окровавленные тряпки и сорвал сорочку. Облачившись в пиджак на голое тело, я поднялся на ноги и остатками собственной одежды попытался оттереть пятна с брюк.
— Хороший
Но у моего стриптиза оказался весьма недурственный терапевтический эффект. Перестала всхлипывать официантка, увидев то, что, в общем-то, ей не положено было видеть. Да и Андрей Васильевич, убедившись, что ни следа от раны на мне не осталось, взял себя в руки.
Смирнов встряхнулся.
— Ваня, это я виноват, — произнёс он, прежде чем подняться на ноги. — Это ведь я тебя пригласил…
Пришлось махнуть рукой.
— Брось, Андрей, второй выстрел был предназначен тебе, — заявил я, переведя взгляд на своего телохранителя.
Олег кивнул в сторону входа.
— Если бы я вас не прикрыл, вторая пуля размозжила бы вам голову, Андрей Васильевич, — озвучил он. — Можете мне не верить, просто спросите свою охрану.
Новость ничуть не порадовала моего бывшего одноклассника, но он действительно вспомнил, что на самом деле в кафе сейчас самый главный, и отправился разбираться. Я же сел на ближайший диванчик и взглядом указал Олегу встать рядом со мной.
— Забери пулю, которая в меня попала, — отдал распоряжение я. — Только аккуратно. Я хочу, если там найдётся хоть какой-то след, чтобы он сохранился. Не мне тебя учить.
— Наши точно опоздают, но думаете, люди Смирновых упустят снайпера?
Я опустил веки, демонстрируя согласие, и телохранитель тут же отправился выполнять задачу, а я поспешил достать телефон из кармана. Требовалось успокоить матушку, а то глава рода Корсаковых может вспылить, и тогда мало никому не покажется.
Она ведь сомневалась, отпускать ли меня на эту встречу или нет.
— Ваня?! — выкрикнул голос матушки из трубки. — Как ты, что с тобой?
— Всё в порядке, — поспешил заверить я. — И прошу, говори тише, а то ты как будто на громкой связи — тебя все слышат. Я сейчас сам всё расскажу.
Повествование не заняло много времени. Пока я докладывал взволнованной матери, вокруг продолжалась деловитая суета. Бойцы Смирновых заняли позиции, как оказалось, специально приготовленные для того, чтобы отбиваться от осаждающих. Сам Андрей Васильевич ходил из угла в угол, не прекращая тихо совещаться по телефону.
— Они его упустили, — опустив аппарат, разочарованно выдохнул Смирнов, боясь посмотреть на меня. — Ушёл…
— Всё, мам, опасность позади, — сообщил и я. — Стрелок ускользнул.
— Немедленно пусть открывают это чёртово кафе, и ты едешь к нам, — не терпящим возражений голосом отчеканила Анастасия Александровна.
В том, что она намерена даже в такой ситуации явиться в Кремль на большой приём, я и не сомневался. Во-первых, нужно показать всем, что я в полном порядке. А во-вторых, там она сможет задать императрице прямой вопрос, почему за её сыном охотятся посреди города, который должен быть самым защищённым в Российской империи.