Королевский убийца
Шрифт:
— Нам понадобится кровь. — Кетриккен выслушала меня и начала действовать так спокойно, как будто я попросил у нее чашку вина. Она перевела взгляд с Пейшенс на Лейси в поисках идей.
— Я пойду и принесу курицу, — неохотно сказала Лейси. — Мне потребуется мешок. Я положу ее туда, чтобы она не шумела.
— Тогда иди, — сказала ей Пейшенс. — Поторопись. Принеси ее в мою комнату. Я приготовлю нож и таз. Мы должны принести сюда хотя бы чашку крови. Чем меньше мы будем делать здесь, тем меньше нам придется скрывать.
Первым делом я пошел к Пейшенс
— Я забрызгаю рубашку и простыню кровью и пошлю за Волзедом. Скажу, я подозреваю, что у меня выкидыш из-за падения. Но это все, что я смогу сделать, Фитц. Я не позволю этому человеку прикоснуться ко мне и не буду настолько глупа, чтобы выпить или съесть что-нибудь, приготовленное им. Я делаю это только ради того, чтобы отвлечь их от моего короля. И я не скажу им, что потеряла ребенка. Только, что я боюсь этого, — она говорила свирепо. Меня пробрал озноб от того, что она так легко приняла мой рассказ о действиях Регала и предложение сделать ответный ход. Я отчаянно хотел быть уверенным в том, что не обману ее доверия. Она не говорила о предательстве или зле. Она обсуждала стратегию, холодно и спокойно, как генерал, планирующий битву.
— Этого будет достаточно, — пообещал я ей. — Я знаю Регала. Волзед побежит к нему с этой историей, и принц немедленно примчится к вам. Он не сможет сопротивляться. Он пойдет посмотреть, насколько близок к успеху.
— Я и без того страшно устала, потому что все мои женщины сочувствуют мне из-за смерти Верити. Я не вынесу, если они начнут к тому же говорить о гибели моего ребенка. Но я должна все выдержать, если это необходимо. А что если они оставят с королем стражника? — спросила она.
— Как только Регал пойдет к вам, я постучу в дверь и отвлеку их внимание. Я разделаюсь с любым стражем, какого бы они ни оставили.
— Но если ты будешь отвлекать стража, как ты сможешь чем-то помочь королю?
— Есть… другой человек, который поможет мне. — Я рассчитывал на Чейда и проклинал его за то, что он не дал мне никакой возможности связаться с ним в критических ситуациях. «Доверяй мне, — всегда говорил он в таких случаях. — Я наблюдаю и слушаю там, где это необходимо. Я вызываю тебя, когда это безопасно. Тайна является тайной, пока ее знает только один человек». Я никому бы не признался, что уже поговорил о своих планах с камином в моей комнате, надеясь, что Чейд каким-то образом услышит меня. Я думал, что за то недолгое время, которое я смогу выгадать, Чейд найдет путь к королю, принесет ему лекарство и избавит его от боли, чтобы он мог противостоять дьявольскому плану Регала.
— Это уже пытка, — тихо сказала Кетриккен, как будто читая мои мысли. — Заставить старика мучиться от боли! — она посмотрела мне в глаза. — Ты недостаточно доверяешь своей королеве для
— Это не моя тайна, а тайна моего короля, — тихо сказал я. — Я верю, что скоро она будет открыта вам. А до тех пор…
— Иди, — отпустила она меня. Она поерзала на подушках. — Мне, по крайней мере, не придется изображать страдание, я вся в синяках. Сколько терпимости к человеку, который пытается убить своего будущего племянника и пытает престарелого отца!
— Я иду, — сказал я быстро, чувствуя, что ярость Кетриккен разгорается, и не желая поддерживать ее. Все должно быть убедительно. Она не должна показать, что знает, чем было вызвано ее падение. Я быстро прошел мимо Лейси, которая несла поднос с чайником. Пейшенс шла за ней. В этом чайнике не было чая. Проходя мимо дам, собравшихся в передних покоях королевы, я постарался выглядеть озабоченным. Их реакция на просьбу королевы прислать к ней личного лекаря короля Шрюда будет достаточно убедительной. Я надеялся, что мне удастся отвлечь Регала от его жертвы.
Я проскользнул в комнаты Пейшенс и оставил дверь немного приоткрытой. Я ждал и думал о старом человеке, о том, как он страдает, когда кончается действие трав и боль снова просыпается в нем. Я знал эту боль. Сколько времени я смог бы оставаться молчаливым и уклончивым, испытывая такие страдания, под градом настойчивых вопросов? Казалось, прошла целая вечность. Наконец раздался шорох юбок, послышался топот ног по коридору, и в дверь короля Шрюда яростно застучали. Мне не нужно было разбирать слов, достаточно было тона, испуганной мольбы женщин, обращенной к кому-то у дверей, потом посыпались сердитые вопросы Регала, внезапно превратившиеся в фальшивую озабоченность. Я слышал, как он вызвал Волзеда. Он возбужденным голосом приказывал лекарю немедленно осмотреть королеву, которая опасается выкидыша. Затем леди снова пробежали мимо моей двери. Я стоял неподвижно, затаив дыхание. Неровная рысь и смущенное бормотание — это, очевидно, Волзед, нагруженный лекарствами. Я ждал, стараясь успокоиться и убедить себя в том, что мой план не провалился. Потом послышались неторопливые шаги Регала и топот догонявшего его человека.
— Это хорошее вино, дурак. Не разлей его, — рявкнул Регал, и оба удалились. Я не двигался. Удостоверившись в том, что принца впустили в покои королевы, я заставил себя подождать, пока не сосчитаю до ста. Потом я вышел из дверей и направился к комнатам короля.
Я постучал — негромко, но мой стук был настойчивым. Через мгновение сердитый голос поинтересовался, кто там.
— Фитц Чивэл, — сказал я смело. — Мне необходимо увидеть короля.
Молчание. Потом из-за двери донеслось:
— Никто не будет допущен.
— По чьему приказу?
— Принца Регала.
— Я ношу знак короля, он дал мне слово, что я буду принят в любой момент.
— Принц Регал специально предупредил, чтобы вас не впускали.
— Но это было до… — и, понизив голос, я пробормотал что-то невнятное.
— Что вы сказали?
Я снова забормотал.
— Говорите!
— Это не для ушей всего замка, — возразил я негодующе. — Сейчас не время распространять панику.
Это возымело действие. Дверь слегка приоткрылась.