Королевский пират
Шрифт:
Николас помотал головой:
— Слишком рискованно.
— Так может, выкинуть девчонок за борт, да и дело с концом? — предложил Маркус.
— Что? — завизжала Ранджана. — Да как это у тебя, негодника, язык повернулся такое сказать?! Я не умею плавать, ясно?!
Николас воздел руки к небу и простонал:
— Не тронь ее! Пускай уж остается! Нам сейчас не до нее! — Повернувшись к первому помощнику, он отрывисто распорядился:
— Пора уносить ноги, мистер Пикенс. Полный вперед!
— Поднять паруса! Полный вперед! — зычно выкрикнул Пикенс, и матросы заторопились
«Орел» начал набирать скорость. Матросы ставили парус за парусом, разворачивая корабль по ветру, и через несколько минут он уже несся вперед, весело, словно дельфин, подпрыгивая на невысоких волнах.
Николас оглянулся на галеру и с тревогой спросил:
— Они ведь еще не настолько близко, чтобы выстрелить в нас из катапульты?
Словно в ответ на его слова над палубой галеры поднялось пыльное облако. Послышался хлопок, и тяжелый булыжник плюхнулся в воду ярдах в десяти от кормы «Орла». Почесывая бороду, Пикенс невозмутимо заметил:
— Что ж, будем надеяться, что попутный ветер не стихнет до тех пор, пока ихние гребцы выбьются из сил.
С борта галеры до слуха Николаса донеслась барабанная дробь. Принц поежился. Барабанщик задавал ритм гребцам. Судя по частоте ударов, те трудились вовсю. Николас повернулся к помощнику и с надеждой спросил:
— Но ведь они не смогут долго идти на такой скорости, верно? Рабы скоро выдохнутся, и никакие плети не заставят их грести, как прежде.
Пикенс пожал плечами:
— Не забывайте, капитан, что у них имеется еще и парус.
Николас снова с опаской оглянулся на вражеский корабль. На высокой мачте реял черный флаг с золотым змеем посередине.
— По ветру им за нами не угнаться.
— Верно, сэр, но ежели ветер стихнет, они смогут подобраться достаточно близко, чтоб попасть в нас из своих проклятых орудий.
— Тогда молитесь, мистер Пикенс, всем богам, каких вы чтите, чтоб ветер не стихал как можно дольше, — вздохнул Николас. — До дома ведь еще так далеко!
— Есть, капитан!
Спустившись на палубу, Николас лицом к лицу столкнулся с Ранджаной.
— Вы не посмеете высадить меня на берег! — гордо подбоченясь, заявила она.
Николас открыл было рот, чтоб выбранить ее за недавний скандал, но внезапно на него навалилась такая страшная усталость, что он лишь махнул рукой, повернулся к трапу и побрел вниз, в свою каюту.
Маркус кончиками пальцев коснулся расцарапанной щеки и сердито бросил принцессе:
— Скажи спасибо, что капитан запретил мне швырнуть тебя за борт. Я бы даже и теперь это сделал с превеликим удовольствием!
Ранджана с кровожадной усмешкой выхватила из складок своей одежды острый и длинный кинжал.
— Это ты скажи ему спасибо, красавчик!
Маркус и глазом не успел моргнуть, как она быстрым и точным движением метнула свое оружие в его сторону. Острие кинжала вонзилось в доску палубы как раз между носками его сапог. Ранджана победоносно усмехнулась и направилась к трапу, ласково поманив служанок за собой.
— Вот так принцесса! — расхохоталась Бриза. — Интересно знать, какие еще сюрпризы она нам готовит?
Гарри
— Боюсь, бедняге Ники суждено очень скоро это выяснить!
Маргарет и Эбигейл обменялись изумленными взглядами.
— Нам все говорили, — вспомнила принцесса, — что Ранджана — девушка с характером. Но мы и помыслить не могли, насколько она опасна!
Эбигейл подбежала к Маркусу и, послюнявив край своего рукава, стала стирать с его лица кровь. При этом она так ласково его уговаривала стоять смирно и не качать головой, точно он был малым дитятей, а она — его заботливой нянюшкой. Маркус морщился от боли, щеки его рдели от смущения, а в глазах, устремленных на Эбигейл, сияли любовь и нежность.
— А что ты имел в виду, Гарри, — рассеянно спросила Эбигейл, когда сказал, что Николасу суждено выяснить, какие сюрпризы готовит нам Ранджана? И почему ты его назвал беднягой?
— Это очень просто, — ответила за оруженосца Бриза. — Мы с Гарри ни капельки не сомневаемся, что эта хитрая лиса так или иначе добьется от Николаса всего, чего только пожелает.
— А бедняга Ники, — подхватил Гарри, — совсем еще желторотый, неопытный юнец. — Он покосился на Эбигейл и поспешно добавил:
— То есть, я имею в виду, по части женщин.
Маргарет звонко расхохоталась:
— А себя-то вы поди считаете о-очень опытным ловеласом! Но не вы ли краснели до корней волос, когда я вас дразнила в Принцессином саду? Не забыли?
— С тех пор много воды утекло, сестрица, и все мы очень переменились, — вздохнул Маркус.
— Золотые слова! А какая наблюдательность! — скорчив забавную гримасу, воскликнул Гарри, и все четверо весело рассмеялись.
События последних нескольких часов так взволновали Николаса, что, несмотря на свое крайнее утомление, он тщетно пытался заснуть, ворочаясь с боку на бок на узкой койке. Более всего остального его беспокоила преследовавшая «Орел» боевая галера, капитан которой, судя по всему, управлял своим кораблем с завидным искусством, умело используя весла и парус. Пикенс был уверен, что они сумеют оставить галеру далеко позади, стоит им только выйти из прибрежных вод и направиться в открытый океан. Николас склонялся к такому же мнению, однако в душу его нет-нет да и закрадывались сомнения в безусловном превосходстве «Орла» с его тремя мачтами над боевым кораблем первоправителя.
Прежде чем вернуться в свою каюту, он некоторое время просидел у постели Амоса, который все еще не очнулся от забытья. Покинув капитана, принц поужинал в угрюмом одиночестве, а после разложил на столе судовой журнал Траска и принялся изучать его записи о минувшем плавании, о попутных и встречных течениях и ветрах. Но разобраться в каракулях бывшего пирата оказалось непросто. Николас был достаточно опытным мореплавателем, чтобы не знать, что вернуться назад по их прежнему курсу без малейших отклонений не смог бы и сам Траск, и потому полагал своей главной задачей добиться, чтобы погрешности возвратного плавания были минимальными и не составили бы сотни морских миль.