Королевский пират

Фейст Рэймонд Элиас

— Ше-ча! Я-нист соук, Сваджийан!

Маргарет в ужасе отпрянула от иллюминатора и опустилась на койку. Ее всю трясло, в лице не было ни кровинки. Испуг принцессы тотчас же передался и Эбигейл.

— Что случилось? — побледнев, спросила она.

Маргарет схватила ее за руку и прошептала:

— Эбби, я сейчас видела того, кто там живет. Нашего с тобой соседа! Он… оно вытянуло руку, и я заметила… заметила… — она шумно вздохнула и передернула плечами, — зеленую чешую на запястье и на тыльной стороне ладони! — Глаза

Эбигейл наполнились слезами. — Не вздумай только разреветься! — бросила ей принцесса. — Я устала от твоих слез, Эбби. Прошу тебя, держи себя в руках! Ведь мне тоже страшно, но я стараюсь превозмочь свой страх.

Эбигейл кивнула и, шмыгнув носом, пробормотала:

— Но я теперь стану бояться еще и его.

— Мне тоже как-то не по себе. — Принцесса брезгливо поморщилась. — Вот так сосед! Какая-то чешуйчатая тварь. Но мы не должны показывать вида, что о нем узнали. Поняла?

Эбигейл вздохнула:

— Я постараюсь.

— И вот еще что, Эбби.

— Что?! — с ужасом спросила Эбигейл.

— За нами погоня.

В глазах Эбигейл засветилась надежда.

— Откуда ты знаешь? И кто может за нами гнаться?

Маргарет пожала плечами:

— Эта тварь в соседней каюте, по-моему, почувствовала то же, что и я. Мне долго было невдомек, что означало это ощущение, а это чешуйчатое чудовище сразу во всем разобралось. Оно высунулось в иллюминатор и крикнуло, что наш корабль преследуют.

— Ты сама это слышала? Оно говорило по-кешиански, да?

— Нет, язык этот мне незнаком, но я по его тону догадалась о смысле слов. А кроме того, знаешь, мне наконец-то удалось понять, чем вызвано то странное чувство, которое все последние дни меня преследует.

— И что же?

— Я знаю, кто гонится за этим кораблем.

— Кто?

— Энтони.

Эбигейл разочарованно вздохнула:

— Энтони? Ты уверена?

— Но он не один, — улыбнулась Маргарет. — Это его волшебные чары вызывали во мне все те удивительные ощущения. Но мне невдомек, почему их испытывала только я одна. Скажи, ты и в самом деле ничего не чувствовала?

Эбигейл помотала головой:

— Наверное, магия не на всех действует одинаково.

Маргарет покосилась на иллюминатор:

— Эбби, ты смогла бы сквозь него пролезть?

Эбигейл проследила за ее взглядом и кивнула.

— Смогла бы, если б на мне не было этого платья и рубахи.

— Что ж, придется нам раздеться донага, — заключила Маргарет.

— О чем это ты?

— Как только позади нас покажется корабль, мы с тобой отсюда выпрыгнем. Ты плавать-то умеешь? — Вместо ответа Эбигейл смущенно покачала головой. — Быть того не может! — с досадой и изумлением воскликнула принцесса.

— Я немного держусь на воде, — пробормотала Эбигейл, отводя глаза, — если, конечно, течение не очень сильное.

Маргарет всплеснула руками:

— «Немного держусь на воде»! И это говорит девица,

которая родилась, и выросла, и всю свою жизнь провела у моря! Ладно уж!
– Голос ее смягчился. — Продержишься, сколько сможешь, а там я тебе помогу. Ведь нам не придется долго оставаться в воде. С корабля спустят ялик и подберут нас.

— А что если они нас не увидят и не услышат и пройдут мимо?

Маргарет погрозила ей пальцем:

— Смотри, еще накличешь беду! Давай уж лучше не загадывать наперед, ладно? Будь что будет.

Внезапно тело принцессы напряглось, и ей стало трудно дышать. Теперь она отчетливо ощущала, как чей-то настойчивый, страстный и пристальный духовный взор пытается разглядеть из необозримого далека ее и Эбигейл, их каюту и весь огромный корабль.

— Они все ближе! — с улыбкой сказала она. — Они нас спасут!

***

Энтони указал, в каком направлении им надлежит двигаться, и Амос, взглянув на волны из-под приставленной к глазам ладони, скомандовал:

— Два румба по левому борту, мистер Родес.

Николас, Гарри и Маркус с минуту молча наблюдали за придворным чародеем, затем Гарри удивленно проговорил:

— Просто не понимаю, как он может с такой уверенностью определять курс. Ведь в Крайди все говорили, что как чародей он гроша ломаного не стоит.

Николас похлопал его по плечу:

— Все это не так-то просто, друг Гарри. В своем ремесле он, может, разбирается не слишком хорошо, но куда «Стервятнику» идти, знает точно. Так говорит Накор. Энтони чувствует, где находится… — принц хотел было сказать: «Маргарет», но вспомнив, что Гарри к ней неравнодушен, и не желая возбудить в нем ревность к Энтони, поспешил поправиться:

— где находятся пленники. А коли уж Накор в нем уверен, то нам тем более не следует сомневаться. Ведь сам Паг велел нам во всем полагаться на Накора.

Амос прибегал к помощи Энтони трижды в день: на рассвете, в полдень и в час заката, всякий раз выправляя курс по его указаниям.

Накор и Калис стояли у кормы, тихо о чем-то беседуя, Гуда дремал, растянувшись на нагретых солнцем досках палубы немного поодаль от них.

Гарри огляделся по сторонам:

— И все же я отказываюсь понять, как можно определить направление, когда кругом до самого горизонта только вода, вода и вода.

Николас молча с ним согласился. Небо было ясным, и лишь далеко на севере виднелось несколько маленьких белых облачков. Вокруг же насколько хватало глаз простиралась ровная гладь океана. В первые три недели плавания им то и дело встречались небольшие островки, теперь же «Стервятник» оказался один на один с величественным, бескрайним водным простором. Нигде не мелькали больше ни гребень утеса на коралловом островке, ни парус встречной шхуны, ни крыло чайки. Это повергало жизнерадостного Гарри в уныние.