Королевский крест
Шрифт:
— По нашим оценкам, контроль над Европой будет установлен в течение девяти-двенадцати месяцев.
— Наши планы укладываются в стратегию Великих Домов, не так ли?
Последний вопрос задал Сила Треми, епископ одного из самых непредсказуемых кланов Масан. Осторожный Сила долго молчал, наблюдал за Сантьягой, пытаясь понять, для чего навы потребовали созыва этого совещания. Не понял — Сантьяга умел быть бесстрастным — и принялся задавать уточняющие вопросы:
— Мы знаем, какая работа ведется с человскими колдунами,
Комиссар помолчал, словно надеясь, что вопрос затеряется в шуме многоголосого совещания, но дождался лишь того, что все кардиналы и епископы замолчали и повернули головы в его сторону. Тем, кто не услышал Треми, вопрос шепотом пересказали помощники. Уклониться от ответа было невозможно, и все понимали, что именно сейчас боевой лидер самого старого Великого Дома выскажет подлинное мнение Тайного Города в отношении действий масанов.
— Разве наше участие вам не на руку?
— Не сейчас, — дипломатично ответил Сантьяга. Вампиры разочарованно выдохнули.
— В чем дело?
— Мы специально рассказали вам, как именно строим работу против челов, — громко произнес комиссар. Он поднялся на ноги и теперь, с высоты своего роста, мог видеть всех собравшихся в зале масанов. — Предсказатели видят в будущем что-то очень странное. Такое, с чем нам еще не доводилось сталкиваться. Они не могут ничего объяснить, поэтому мы приняли решение придерживаться осторожной тактики. Идем за спинами ренегатов. Пусть челы втянутся в гражданскую войну, пусть пойдут друг на друга, пусть ослабнут — тогда мы нанесем удар. Поверьте, время горячего конфликта еще не подошло.
— И сколько Великие Дома намерены ждать? — язвительно осведомился кто-то из Носферату.
— Не меньше года.
— Это невозможно!
— Смешно!
— Для чего мы шли из Африки? Чтобы ждать еще год?
— Может, вернемся в Африку и сначала подчиним себе ее?
Предложение было встречено одобрительным смехом. Вожди хлопали друг друга по плечам и повторяли понравившуюся шутку. «Подчиним себе Африку!» Это казалось реальным. Очень реальным. И Сантьяга это понимал, хотя оставался спокойным и бесстрастным.
Вампиры осознали свою силу.
Взгляд комиссара нашел скромно стоящего у стены Лазаря Гангрела, затем переместился на второго масана, не поддавшегося всеобщему веселью, — Силу Треми. Двое. Всего два рассудительных вампира на всю семью. Причем второй лишь епископ, а первый — никто. Пока никто. И крайне мало времени. А потом Сантьяга увидел холодные глаза Александра Бруджа:
— Год — это слишком!
— Хорошо, пусть не год! — Мощный голос комиссара перекрыл поднявшийся в зале шум. — Но посудите сами: сейчас весна. Ночи, единственное доступное вам время для серьезных боев, очень коротки. В этих условиях вторжение превратится в фарс. О каком эффекте внезапности можно говорить, если не будет темпа? Если вы будете продвигаться на пару миль за ночь? Слухи
— Они не устоят против нас! — рявкнул Бруджа. И висящий на его груди огромный рубин тускло сверкнул, осветив кровавой вспышкой лица ближайших масанов.
Малкавианы только фыркнули в ответ на слова Сантьяги. Гангрелы и Треми закачали головами, начали что-то обсуждать, Носферату промолчали.
— Надо подождать хотя бы до сентября и сполна использовать удлинившиеся ночи! К этому времени мы прогнозируем серьезные беспорядки у челов и, вполне возможно, отправим в Европу свои войска.
— А если не отправите?
— Если вы решите, что справитесь сами, — позволил себе улыбку комиссар, — мы не будем возражать. Воюйте на здоровье.
— Пойдете по протоптанной нами дорожке?
— Только если вы откажетесь идти вместе.
— Как он повернул, а? — Носферату рассмеялся. — Хитер!
Ги Луминар и Мануэль Робене недовольно переглянулись. Им не понравилось, что лидеры семьи прислушиваются к словам нава.
— Вижу, тебя расстроили слова Сантьяги, — усмехнулся Александр, подойдя к Силе Треми.
Молодого собеседника Силы, Лазаря Гангрела, Бруджа не удостоил даже кивком, просто не заметил. Александр слышал, что Лазарь пользуется авторитетом в своем клане, но ведь не будешь здороваться с каждым известным драчуном?
— Я разочарован, — коротко ответил Треми.
— Мы никогда не подчинялись Великим Домам, — намеренно громко бросил Александр. — Мы не зависим от их Источников и не живем в Тайном Городе. Мы вольны делать все, что сочтем нужным.
— Это так, — согласился Сила.
— И я скажу, — еще более повысил голос Бруджа, — мне не понравилось, что белый франт стал указывать нам, когда воевать! Можно подумать, от его слова зависит, быть или не быть войне! Мы сами определяем время, когда идти за добычей!
— В словах комиссара есть резон, — подал голос Лазарь. — Логично объединять усилия, а не действовать поодиночке.
Александр высокомерно посмотрел на молодого воина.
— Сантьяга не указывал нам, а просил. — Бруджа вперил пристальный взгляд в Треми. — Ведь так, Сила?
— Так, — тут же ответил Треми.
— Так, — поддакнул Лазарь.
Но когда Александр оставил Силу и Гангрела, присоединившись к Робене и Луминару, Лазарь, угрюмо глядя на троицу кардиналов, очень-очень тихо, только для Треми, пробурчал:
— Они считают себя главными.
— Только они сумели сохранить Амулеты Крови своих кланов, — одними губами прошептал Треми. — Это поднимает их выше нас.