Королевский крест
Шрифт:
Чернышев не боялся, что выстрел привлечет чье-либо внимание: карманная «беретта» звучала довольно приглушенно, к тому же дом Мамоцких располагался далеко от соседских построек. Демонстрируя семейству свою уверенность, Роберто медленно прошелся по гостиной, постоял, задумчиво почесывая стволом пистолета затылок, после чего продолжил интересную беседу:
— Значит, так, друзья. Вашу ценную информацию я оцениваю в полсотни. Это большие деньги, и они вам пригодятся. Согласны?
Спорить с графом Чернышевым никто не стал. Роберто
Едва он захлопнул дверцу «Ягуара», бронированную, с наглухо тонированными стеклами, непрозрачная перегородка, делящая салон на две части, бесшумно опустилась, и Клаудия небрежно произнесла:
— У тебя недовольный вид. — И пригубила шампанское из хрустального бокала.
Огромные глаза с красными зрачками неподвижно смотрели на чела. Затягивающие глаза. Роберто знал, что специфическая магия масанов позволяет управлять разумными, брать под гипнотический контроль и челов, и более древних существ. Знал, но искренне надеялся, что кровавая ведьма Бруджа не оттачивает на нем свое мастерство. Только эта надежда помогала Чернышеву выдерживать взгляды Клаудии.
— Ты какой-то взъерошенный, — прошелестел Александр.
Черные губы девушки чуть изогнулись. Тень улыбки? Призрак презрительной гримасы? Сегодня Клаудия отдала предпочтение черному: черные тени на глазах и помада, черный лак на длинных ногтях. Короткое черное платье, оставляющее открытыми стройные ноги в черных чулках, блестящие туфли.
— Он боится сказать нам правду.
Роберто прочитал насмешку в ее огромных глазах, разозлился:
— Вы не даете мне и слова сказать.
— Зато мы видим твои пустые руки.
А вот в глазах барона насмешки не наблюдалось. Чернышев почувствовал, что Бруджа еле сдерживается.
— Мы заключили пари, — объяснила Клаудия. — Я сказала отцу, что ты придешь без шкатулки. Он не поверил и теперь должен мне одно желание.
Алые зрачки на мгновение расширились, а крылья тонкого носа раздулись — что же за желание загадала дочка барона?
— Хватит болтать, — буркнул Бруджа. На этот раз его голос напоминал шелест железных листьев. — Почему ты не принес шкатулку?
— К сожалению, все пошло не совсем так, как планировалось, — вздохнул Чернышев. — У челов ее нет.
— Ты проиграл, Александр, — рассмеялась Клаудия.
— Даже в шутку не смей так говорить!
— Я не шучу. Я имею в виду наше пари.
Барон жестко посмотрел на Роберто.
— Ты хочешь сказать, что ошибся и вышел не на тех челов?
— Я…
— Он хочет сказать, что планы нарушены самым непредвиденным образом, — перебила Чернышева девушка. — Разве не понятно?
Бруджа скрипнул зубами. «Хороший признак, — меланхолично подумал Роберто. — Если бы у него росли иглы, он бы не смог издать подобный звук…»
— Куда она подевалась? — после небольшой
— Челы отдали шкатулку за долги.
— Надеюсь, не продешевили? — усмехнулась Клаудия.
— Двадцать тысяч.
— А ты предложил им пятьдесят?
— Да.
— Представляю, как эти ублюдки убивались.
— Клаудия, прошу тебя не острить, — скривился барон.
— Успокойся, Александр, — перебила отца девушка. — Разве я не обещала тебе трудности и нарушение всех возможных планов? Разве я не говорила, чтобы ты готовился к сложному испытанию, а не к туристической поездке?
— Обещала.
— Все так и получилось.
К своему удивлению, Чернышев увидел, что Бруджа действительно успокоился. Неужели был готов к неудаче? Барон открыл бутылку, наполнив салон упоительным ароматом игристого вина провинции Шампань, и повелительно кивнул Роберто:
— Поехали.
Жилой комплекс «Воробьевы горы».
Москва, улица Мосфильмовская,
4 ноября, четверг, 22.22
Любой игрок суеверен. Самый современный, образованный, верящий в существование космоса и в то, что Земля круглая, самый циничный и скептически настроенный игрок суеверен, и, глядя на бегущий по кругу шарик, на мчащихся лошадей, на приходящие карты, он всегда призывает на помощь высшую силу. Или сжимает в руке счастливый талисман. Или, открывая двери казино, переступает порог с правой ноги. Или…
Любой игрок суеверен — такова логика Игры. И тот, кто пропитался ее духом, спокойно отнесется к проявлению непознанного — он готов к этому.
Эльдару она сказала, что не сможет с ним встретиться. В этом не было ничего необычного: они виделись не каждый день, так что Анна не опасалась подозрений. Ахметов — звонок застал его на работе — пробубнил что-то неразборчивое и попросил обязательно появиться завтра. Анна обещала.
К Крылову девушка приехала на такси. Подкатила к самому подъезду, спокойно прошла через холл, вызвала лифт. И все эти действия — благодаря наведенному мороку — были не замечены охранниками, ведь среди них могли оказаться осведомители Ахметова.
— Кит, привет! — Анна сбросила плащ на руки слегка удивленного Крылова — почему охрана не предупредила о приезде гостьи? — и прошла в гостиную. — Есть серьезное дело.
— Дело?
В голосе Крылова послышалось разочарование.
— Но от вина не откажусь.
В углу, на барной стойке, девушка заметила бутылку испанского, два бокала, блюдо с фруктами. Про себя улыбнулась: «Господи, как предсказуемы мужики!»
— Никто не знает, что я у тебя, даже охрана здания.
Открывающий бутылку Никита замер.