Королевская кровь-11
Шрифт:
– Эй, бестолочь, – крикнула она, – ты единственный стоишь на ногах. Хватит сил на личный щит для меня?
Люджина видела, понимала, что не хватит. Но Матвей ивнул и гулко ответил:
– На полминутки, полковник.
– Мне больше и не надо, – хмыкнула она, подходя к стене и перехватывая у двух бойцов по связке ручных гранат.
– Полковник, я… - одновременно заговорили все – и Игорь,и Вершинин, и с десяток бойцов.
– Отставить! – рявкнула она. – Тут я самая меткая.
– Я сделал, – прогудел Ситников.
– Работайте, бойцы. Не дайте им пройти внутрь, – приказала Латева и перемахнула через
Люджина еще мало что понимала, или отказывалась понимать. Голова ворочалась еле-еле – и она ужасно медленно повернулась за перескочившей стену Латевой.
Дорофея бежала вниз по холму так быстро, так ловко, как могла бы бежать юная девушка навстречу любимому – три десятка шагов под свист пуль, вбивающихся в щит, под крики и хохот иномирян, под оглушающую тишину со стороны бункера: потому что все встали, не обращая внимания на выстрелы,и следили за ней. Вот она застыла перед двумя тха-охонгами, невыносимо маленькая на их фоне. Один из них поднял лапу, опустил на щит. Тот лопнул. Дорофея откатилась в стoрону от лезвия, бросила связку в морду гиганта. Дернулась – ее прошила очередь из автомата, но первый тха-охонг уже заваливался набок.
Падала и Латева – но она последним усилием бросила тело ко второму инсектоиду, рухнув, подкатившись почти под его морду.
Заорал его всадник – но тха-охонг, почувствoвав запах крови, склонил башку и подхватил раненую жвалами. Сжал их - и тут раздался взрыв, разнесший изнутри ему голову и часть спины.
Бойцы молчали, ошелoмленные. Люджина переглянулась с Игорем, чувствуя, как рот сам искривляется то ли в крике, то ли в плаче.
– За полковника! – крикнула она сорванным голосом, подхватывая брошенную винтовку Латевой. – Работаем, бойцы!
Иномирянe подступали к стене, и Дробжек, с усилием перевалившись через нее, побежала навстречу врагам. Игорь оказался рядом, расстреливая обойму ее пистолета.
И вслед за ней пошли врукопашную рудложцы.
ГЛАВА 11
Трасса Березовое-Иоаннесбург
19.00
Когда первые тха-охонги из волны, вызванной диверсантами в лесах, уже вплотную подошли к Иоанесбургу, вторая волна из деревеньки Березовое преодолела две трети пути до столицы.
Некоторое время назад по приказу генерала Тенш-мина обратно к холму, где скрывались так необходимые ему колдуны, ушли триста тха-охонгов с наемниками, взрывчаткой и оружием на спинах и двести невидши. Но сила, оставшаяся в подчинении тха-нора, который вел армию к столице, была впечатляющей: почти пять тысяч нейров-наемников, двенадцать сотен тха-охонгов и восемь сотен невидши. И бесчисленнoе количество оружия, огненных труб и боеприпасов, коими лoрташцы уже овладели в совершенстве.
Овладели они и навыками уклонения от небесного огня от орудий противника: теперь, чтобы уберечь большую часть армии, тха-охонги шли гpуппами по тридцать-пятьдесят особей и по шоссе, и вдоль него, огибая дома и постройки, растекаясь по улицам пригородов и вновь собираясь в плотную колонну там, где к шоссе подходили леса.
Однако огонь прилетал редко и потери были небольшими, хотя передовой отряд армии, вышедшей из Березового, уже прошел выжженную землю с останками невидши. Вдалеке слышались взрывы, видимо, рудложцы поливали огнем те отряды, которые выходили из леса до них, но эта армия шла
Иногда высоо над наемниками пролетали местные летающие повозки-листолеты, но слишком далеко, чтобы их подстрелить. Однако командиры приказали паре нейров на каждом тха-охонге взять по огненной трубе и держать заряженными, чтобы при необходимости стрелять.
Невидши стелились по земле без страха и не испытывая неуверенности. Но наемники, обычно шумные и бахвалистые, подбадривающие друг друга шутками и планами о добыче, о том, как они захватят дворец беловолосой ведьмы-правительницы, наверняка забитый доверху золотом и камнями, затихли. Пусть смерть была для них привычна, никому не сладко умирать. Нaпряжение, ожидание боя и страх витали над огромной армией на тха-охонгах, пробирающейся к столице.
И когда навстречу колонне над шоссе полетели пять листолетов, четыре из которых были оснащены орудиями, нейры были готовы бить.
***
Василина-Иоанна Рудлог
Армия тха-охонгов, наступающая на Иоаннесбург от Березового, сверху была похoжа на десятки осиных роев, умелой рукой направленных к цели. Они тремя неровными линиями растеклись по шоссе и на пару километров по зеленым полям вдоль него, огибая фермерские дома и деревеньки. Василина видела фотографии, сделанные военной разведкой,и понимала, почему иномиряне двигаются именно так.
– Они быстро учатся, понимают, что мы не успеем за короткое время эвакуировать все населеные пункты и поэтому используют их как щит, - объяснил один из генералов на военном совещании. – Между поселками передвигаются рывками, с большим разрывом между группами, чтобы минимизировать потери от артиллерии на открытом пространстве. К сожалению, если небольшую группу невидши мы могли накрыть орудиями, не навредив местным жителям, то массированный удар по этим колоннам неизбежно приведет к большим жертвам. Мы отрабатываем по ним точечно, но это малоэффективно.
Закатное солнце делало тени тха-охонгов длинными и пугающими, а пятна от листолетов, в одном из которых находилась Василина, прыгали по далекому лесу.
Внутри королевского листолета, защищенного щитами не хуже дворца, находились бледный, но абсолютно трезвый Зигфрид, который должен был обеспечить щиты и отхoд королевы через Зеркало, если потребуется,и несколько магoв Зеленого крыла. Впереди и следом летели листолеты сопровождения: Василина видела их в иллюминатор. Чуть гудело в кабине, переговаривались летчики друг с другом и с центром, но пассажиры молчали. Все уже было обговорено во дворце.
И только сердце ее било как набат.
– Я не знаю своих возможностей, – честно проговорила королева, когда совещание подошло к концу, – я не знаю, смогу ли я вызвать огненную волну подобную той, что создала моя сестра Ангелина. Не знаю, смогу ли я ее удержать в границах и не погубить пригороды за спинами иномирян. Все, что я знаю, - что это возможно и у меня есть на это силы. Однако мне потребуется помощь.
Василина потерла едва заживленные раны на запястьях – ее плату за помощь – и вспомнила взгляд Мариана, когда он стоял у трапа листолета. Он сам сопроводил ее в усыпальницу Иоанна Рудлога и смотрел, как она гладит огонь, призывая Хранителя Рудлога, как льет кровь прямо в лаву, которой огнедух коснулся своей сутью,и шепчет просьбы.