Королева

Сэйл Шарон

Лиза Барретт услышала часть их разговора и, нахмурившись, спросила:

— У вас проблемы? Квин кивнула:

— Мистер Брасс расскажет вам все после уроков. Мне пора идти, а вам с Джей-Джеем, видимо, надо возвращаться в класс.

Джей-Джей с неохотой оторвался от Квин.

— Сегодня у нас будет пицца, — кивнула ему Квин, и мальчик улыбнулся ей в ответ.

— Вы прекрасно относитесь к мальчикам, — восхитилась Лиза Барретт.

— Совсем наоборот, — ответила Квин, — это они прекрасно относятся ко мне.

Квин покинула школу с легким сердцем. Такого с ней давно

не бывало: она радовалась, что сделала правильный шаг. Однако у нее еще много дел, и ей надо спешить, чтобы все успеть к приезду Коди. Она бегом направилась к «блейзеру» и вскоре уже ехала в торговую часть города.

Завернув за угол, Квин увидела, как из соседней школы выбежали ребята постарше. Она сразу же заметила долговязую фигуру Донни.

Квин посигналила ему и поехала дальше, с улыбкой отметив его бурную реакцию, выражавшуюся в размахивании руками и залихватском свисте.

— Ну и ну, Боннер, — заметил один из приятелей Донни, тоже послав вдогонку машине Квин свой разбойничий свист. — Что за красотка? Почему я ее не знаю?

— Это не красотка, — ответил Донни. — Это Квин, леди, которая заботится о нас. И если мой отец окажется достаточно ловким, то она в любое время может стать моей мачехой.

Приятель Донни присвистнул:

— Она просто сногсшибательна и выглядит потрясающе! К тому же в ней чувствуется темперамент. Донни кулаком ударил приятеля по руке.

— Много ты знаешь о темпераменте, — усмехнулся он. — Побереги свои слова для какой-нибудь глупой девчонки, Марв!

Окружавшие их подростки рассмеялись и разбежались по классам, оставив Донни размышлять над тем, что у него, возможно, скоро появится мать. И тут он снова вспомнил, что отвечает за братьев. Какой-то парень собирается повторить то, что не удалось сделать Вирджилу Стрэттону, и его обязанность — защитить Квини и малышей.

Донни поспешил в класс, в душе надеясь, что, когда он приедет после школы домой, отец уже будет там. Ему одному очень трудно нести бремя ответственности.

Из-за резкой смены погоды Уолли Морроу сменил свое широкое пальто на спортивную куртку и надел аккуратные солнцезащитные очки, которые полностью скрывали его маленькие, близко посаженные глазки и делали менее заметным крючковатый нос. Свою старую, с мягкими полями шляпу он скорее надел для того, чтобы прикрыть редкие волосы, а не как дань моде.

Такое переодевание спасло его от любопытного взгляда Квин, когда она вышла из аптеки и направилась к машине,

Квин могла и не обратить на него внимания, а вот от внимания Уолли не ускользнула ни одна деталь. Он случайно наткнулся на нее и впервые увидел ту, за которой его наняли вести наблюдение. Описание Леноры Уиттьерс вовсе не отражало ее красоты. Морроу подозревал, что и все другие сведения, которыми она снабдила его, не соответствовали действительности.

Уолли повернулся спиной к машине и, глядя в витрину магазина как в зеркало, стал наблюдать за дальнейшими передвижениями Квин. Бросив на сиденье какой-то пакет, она захлопнула дверцу и направилась к магазину готового платья на противоположной стороне улицы.

— Все ясно, — буркнул

Морроу и, воспользовавшись паузой, стал делать пометки в блокноте: «Была в школе, у врача, в аптеке, делала покупки». Ему нужны были подробности, хотя на большинство из них Леноре Уиттьерс было наплевать.

Он занимался этой работой уже несколько недель и не слышал еще ни одного негативного высказывания о красавице, за которой следил, и не замечал ничего сомнительного в ее поведении. Но он должен продолжать работу до тех пор, пока не «нароет» что-нибудь такое, что миссис Уиттьерс смогла бы использовать против Коди Боннера.

Морроу спрятал блокнот и сунул руки в карманы, затем, пройдя для отвода глаз по улице, свернул за угол и на автобусной остановке смешался с группой бездельников-отдыхающих, которые мечтали о покорении горных вершин.

Внезапно налетевший чинок смел снег с предгорий, и им негде было демонстрировать свою удаль и дорогие костюмы.

Уолли Морроу был пресловутым «чирьем на одном месте» среди этих веселых, жизнерадостных мужчин, но это его мало беспокоило: главное, чтобы никто его не узнал.

Квин давно вынашивала мечту разнообразить свой гардероб, состоявший из тренировочных костюмов, свитеров и джинсов, чем-нибудь изысканным и женственным. Она должна выглядеть привлекательно, когда Коди вернется домой. В витрине выставлено такое платье! Как раз то, что ей нужно, если, конечно, подойдет по размеру.

Несколько минут спустя она уже была в примерочной. Шерстяное платье цвета спелой клюквы, которое она выбрала, должно было хорошо облегать ее тело, расширяясь книзу мягкими фалдами. Сгорая от нетерпения, она расстегнула «молнию» и примерила наряд.

О! Еще лучше, чем она ожидала! Цвет платья не убивал ее, сливаясь с цветом волос, а совсем наоборот — выгодно оттенял ее темно-рыжие волосы. Аккуратный вырез был весьма пикантным, чтобы привлечь взор к ее роскошной груди, и в то же время смотрелся совсем не вызывающе. Покрой подчеркивал ее узкую талию, плавно облегал стройные бедра.

— Заверните, — попросила Квин и расплатилась за покупку.

Через несколько минут она с обновой в руке уже стояла на улице, сияя такой лучезарной улыбкой, что если бы водители обратили на нее внимание, то на дороге наверняка образовалась бы пробка.

Но только один человек — отнюдь не шофер — наблюдал за ней. Морроу смотрел на Квин во все глаза с большим интересом, не замечая, что группа туристов, среди которых он старался затеряться, давно укатила в горы на долгожданном автобусе.

— Надо же, — вожделея, прошептал Уолли и почувствовал шевеление в паху, чего не было уже много месяцев. — Надо же! — повторил он, наблюдая за тем, как у нее под свитером соблазнительно вздымаются груди. А бедра! Как призывно она покачивает бедрами!

Квин рассеянно шла по улице к машине, предвкушая радость встречи с Коди, и чуть было не просмотрела человека, стоявшего на углу. Если бы в это время не загудела проезжавшая мимо машина, она бы не обратила на него внимания, но, к счастью, она заметила его одинокую фигуру, его пристальный и какой-то странный взгляд.