Королева пламени

Райан Энтони

«Ни о чем не думай, ничего не чувствуй», — повторила про себя Рива.

Не отводя взгляда от императрицы, Рива опустилась на колено, погрузила пальцы в выступ и ощутила грубую ткань. Пальцы сжались, дернули, песок полетел в стороны, и в руке Ривы оказался лук, а рядом с ним…

…Рядом с ним — всего одна стрела.

Рива закрыла глаза, выдохнула. Всего одна стрела.

Рядом что-то мягко стукнуло о песок.

Рива открыла глаза и уставилась на безжизненное лицо Варулека. Из обрубка шеи еще сочилась кровь. Смотритель

умер считаные мгновения назад.

Ожидая увидеть императрицу заслоненной стеной арисаев, Рива посмотрела на балкон. Но императрица стояла там же, где и прежде, в опасной близости к краю, да еще и раскинув руки.

— Сестричка, ты очень умело укрылась от моей песни. Но смотритель не смог.

Распахиваясь, синхронно лязгнули все двери арены. Оттуда выскочили арисаи, помчались бегом, и целых полсотни мгновенно выстроились кольцом вокруг Ривы, Лиезы и умирающей обезьяны. Лиеза кинулась к Риве, но рабыню схватили трое арисаев. Они рассмеялись, держа ее, плюющуюся и извивающуюся, и поставили на колени.

— Я довольна, что сумела подарить моей сестре что-то, ставшее ценным для нее, — заключила императрица.

Она стояла так близко, беззащитная, открытая мишень.

— Но если уж нам суждено делить власть, то, как я вижу, тебе нужен урок. Власть никогда не дается без крови. Амбиции требуют жертв. Арисаям приказано насиловать Лиезу перед тобой день и ночь напролет, а потом ее предадут казни Трех смертей. Но ты можешь спасти ее от такой участи.

Императрица указала на лук.

— Сестричка, похоже, перед тобой встал выбор.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Френтис

— Порт Волара — самый защищенный в мире, — тыча в карту затянутой в перчатку рукой, говорил владыка флота.

Края старой карты обтрепались, но рисунок на вощеном пергаменте был четким и удобочитаемым.

— По обе стороны от входа в гавань стоят башни, высокие стены защищают мол с обеих сторон. В самом порту шесть фортов, в каждом — батальон варитаев.

Карта затрепетала на ветру, и пришлось придавить ее кинжалом. С рассветом принесло угрожающие тучи, похолодало. Френтис видел страх на лицах мельденейских моряков, работающих на мачтах «Красного сокола». Все опасались новой чародейской бури. Но Элль-Нурин лишь отмахнулся.

— Я ходил через этот пролив сотни раз. Тут летом постоянно налетают шквалы, и в них нет абсолютно ничего колдовского.

— И как, по-вашему, нам атаковать подобное место? — спросил Каравек владыку флота. — Я не хочу посылать своих людей на погибель.

— Само собой, погибать ни к чему, — согласился Элль-Нурин, и его палец уперся в мелкий залив в пяти милях от города. — Это Зазубрина Брокева, любимое место контрабандистов во все имперские времена.

Вперед выступил капитан — судя по одежде, азраэлец — и с сомнением поглядел на карту.

— Тут вход шириной едва в три корабля, — буркнул он.

Элль-Нурин

ничего не ответил, лишь посмотрел на капитана.

Тот скрипнул зубами и добавил: «Милорд».

— Мы будем высаживаться по очереди, сгруппируемся на пляже и пойдем на Волар с востока — самого неожиданного направления, — объявил Элль-Нурин.

— Императрица безумна, но не глупа, — сказал Френтис. — Она могла предвидеть этот ход. Мы можем оказаться перед укреплениями.

— Именно потому треть наших кораблей, не загруженная солдатами, с рассветом встанет у порта, изображая приготовления к нападению. Думаю, скорее всего, императрица сосредоточит войска у порта.

— Но они могут сделать вылазку и попытаться разбить наш флот по частям еще перед высадкой, — заметил азраэльский капитан.

— Благодаря чудесным машинам госпожи Алорнис и нашему значительному численному превосходству я уверен, что мы сможем отбить любую вылазку, — сказал Элль-Нурин. — Брат Френтис, я предоставляю вам определять порядок высадки.

— Хорошо, — согласился тот. — Сперва идут мои люди, затем политаи, последними — люди Каравека.

— Эй, брат, желаешь всю славу себе захапать? — с видимым облегчением высказался Каравек.

Элль-Нурин выпрямился, горделиво задрал подбородок, уставился на восток и произнес речь:

— Милорды, капитаны флота и почтенные союзники, настал час нанести смертельный удар гнуснейшей из империй, ибо мы явились сюда со справедливостью в сердцах и свободой в душах. Пусть знают все пришедшие с нами: впереди — наша судьба, и от нее не уйти!

Владыка флота умолк и застыл в величественной позе — наверное, ожидал бурных аплодисментов. Но все молчали. Когда тишина сделалась невыносимой, он прокашлялся и деловито сказал:

— Господа, приступайте к своим обязанностям.

— Ну и засранец, — пробормотал Дергач, когда они с Френтисом спустились с мостика. — Брат, мы и вправду обязаны слушать его приказы?

— Он засранец, но далеко не дурак. Его план хорош. Пусть наши узнают об этом.

Дергач кивнул и уже хотел уйти, но, похоже, его внезапно посетила идея.

— Брат, я всегда думал: ну, а какой у меня-то чин?

— Чин?

— Ну да. Вы, к примеру, брат, Иллиан — сестра, а засранец — владыка флота. А я что такое?

— Если хотите, можете зваться сержантом.

Дергач шевельнул мохнатой бровью и разочаровано проговорил:

— У меня народу столько, сколько сержантам и не снилось. Почитай, две сотни.

— Ладно, капитаном. Капитан Дергач, Свободные королевские отряды. Как звучит?

— Как хорошее жалованье и солидная пенсия.

— Ну, я думаю, — рассмеялся Френтис.

— Брат, вы уж простите меня за ту взбучку, — улыбнувшись, очень серьезно сказал новоиспеченный капитан. — Как-то не было случая извиниться. Я ж тогда все время был в подпитии. Наверное, трезвым не ходил ни дня до падения Варинсхолда.