Королева пламени
Шрифт:
Императрица отступила на шаг, тепло улыбнулась и погладила Риву по щеке, стерла единственную слезинку.
— Разве не этого ты всегда хотела?
Рива посмотрела на арену. Дрессировщики окружили Щита с Аллерном, потихоньку подводили зверей все ближе.
— У тебя есть Дар, песнь, позволяющая читать чувства других, — сказала Рива.
— Да, она открывает мне многое.
— А что она открыла тебе сейчас? — спросила Рива и посмотрела императрице в глаза.
В них мелькнула тревога, радость и толика разочарования, императрица отшатнулась — но
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Ваэлин
Дарена вернулась в свое тело с криком. Ее трясло. Ваэлин обнял ее, прижал к себе и держал, пока она не успокоилась. Она выходила из тела лишь на короткое время и по своему желанию, поскольку горцы пока не появились. Потому вряд ли Дарена так измучилась из-за злоупотребления Даром.
— Они теперь в горах и убивают всех, кого находят, — выговорила побелевшая девушка. — Ваэлин, он знал, что я его видела, и смеялся.
Ваэлин собрал старейшин Волчьего народа послушать рассказ Дарены. Те совсем приуныли. Воистину на их народ легла Тень Ворона, и давно предсказанный ужас пришел к порогу дома.
— Среди них много варитаев и куритаев, — сообщила Дарена. — Вольных мечников гораздо меньше, в основном кавалерия. Их души растревожены, полыхают красным цветом подозрения и страха. Армия вошла в горы два дня назад. Я видела признаки битвы и остатки поселения. Там перебили всех: и молодых, и старых. Пленников не брали. Воларцы пришли не за рабами.
Дарена умолкла, закрыла глаза — заставила себя вспоминать.
— С теми, кого они взяли живьем, сделали очень плохое. Их по-разному и долго мучили, — сказала она и посмотрела Ваэлину в глаза. — Он хотел, чтобы я видела.
— Где они сейчас?
— Идут на северо-восток. Держатся плотной группой, высылают разведчиков, но немного и недалеко. Я видела тех, кто собирается противостоять им, но их слишком мало, они не смогут задержать армию.
— То есть горцам нужна наша помощь, — заключил Ваэлин.
— Нет, — сказал единственный сидевший, человек в капюшоне.
Он примостился у костра и тыкал своей палкой в угли.
— Мастер Эрлин, быть может, вы посоветуете нам?
— Мне кажется, это очевидно, — ответил Эрлин, откинул капюшон и тепло улыбнулся Дарене. — Миледи, разве воларцы не превышают нас числом вдвое?
Она искоса глянула на Ваэлина и кивнула.
— Чтобы иметь хоть какой-то шанс выстоять, горцы должны объединиться. А они не объединятся. Я пытался предупредить вождей, они не стали слушать. Для них привычны экспедиции воларцев за рабами. Каждые несколько лет сюда приходят войска. Как правило, от них можно откупиться рудой и пленниками, взятыми у других племен. Иногда горцы дерутся, чтобы молодые воины заработали шрамы. Такое продолжается уже два века и сделалось обычаем. Горцы не понимают, с чем столкнулись. К тому времени, как ты придешь на помощь,
Эрлин снова принялся тыкать палкой в огонь. Ваэлин заметил, как побелели костяшки пальцев у вечного странника. А ведь он боится. И что же может напугать человека, неподвластного смерти?
— Племена знают тебя. Ты можешь провести нас к ним? Говорить за нас? — спросил Ваэлин.
— Они не выступают вместе. Когда они не воюют друг с другом, дерутся кланы внутри племени. Пока мы переговорим со всеми, уже будет слишком поздно. В любом случае, горцы увидят в вас лишь нового врага.
— То есть вы хотите, чтобы мы сидели здесь и не обращали внимания на убийства?
— Я думаю, вы понимаете, что слуга Союзника хочет спровоцировать вас. А вы пришли сюда не для войны, а в поисках знания, которым я, по-вашему, должен обладать. В поисках ключа к победе над Союзником.
Ваэлин нахмурился. В голосе Эрлина слишком уж явно слышалась ирония.
— Подобное уже случалось раньше? — спросил Ваэлин.
— Несколько раз. Ученые, короли и, — он печально улыбнулся, — воины. Все они видели мощь Союзника, и все приходили ко мне за древними знаниями и могущественными дарами. Хотя времена были не такие страшные, как сейчас.
— Да, времена сейчас другие, — согласился Ваэлин. — Союзник хочет покончить с нами раз и навсегда.
Эрлин вздохнул и встал.
— Брат, тогда лучше я покажу вам то же самое, что показал им. — Он ткнул палкой на восток, где над пиками низко висели черные облака. — Хотя, сдается мне, вашему народу не понравится климат тех мест.
Они никого не встретили в горных долинах по пути на восток. Заметили лишь нескольких лосей, стремительно удиравших, когда ветер доносил человеческий запах.
— Здешний горный народ — шахтеры, — пояснил Эрлин. — Они добывают олово и медь и продают воларцам, несмотря на постоянные трения и войны. Так далеко на севере, как мы зашли, мало рудных жил. А разведчики племен сейчас заняты воларским нашествием.
— Вы долго прожили здесь? — спросил Ваэлин.
— На этот раз шесть лет, хотя однажды я задержался здесь на три десятилетия. Двести лет тому назад здешний народ еще не был настолько свирепым.
— И что же вас задержало?
— Вдова с детьми, со злым языком, но добрым сердцем. Она не возражала, чтобы я остался и изображал ее мужа. Когда она умерла, дети уже выросли, а воларцы отправили первые экспедиции за рабами. Я подумал, что лучше уйти. Но меня всегда тянуло в здешние места.
— Отчего же?
Эрлин помрачнел, посмотрел на горы, озаренные сполохами огня. Теперь они казались ярче, а небо над ними — еще чернее.
— Брат, я расскажу, но сейчас не время.
Вечером Кара, Лоркан и Маркен подошли к Эрлину. Они хотели послушать истории об удивительной жизни бессмертного. Кара почти не помнила его, но все же в памяти остались детские рассказы о нем во время путешествия к разрушенному городу.
— Вы вернулись на дальний восток, к храму за облаками? — спросила она.