Королева мстить желает
Шрифт:
Вспомнив о нём, невольно нашла его взглядом. Я, конечно, не могла разглядеть его лицо, но чётко видела его самого, его напряжённую позу, прямую спину, отросшие за всё это время волосы, которые он связал в низкий хвост. Рядом, буквально в паре метров, находился герцог Дюранец. Он тоже был напряжён, только я уловила ещё и нервное движение головой. А вот конь Милона переступал ногами. Интересно, конь перенимает чувства седока?
Ифор, будто почувствовав мой взгляд, повернул голову в сторону замка. И я так жалела, что не могу разглядеть лицо. Я просто чувствовала и верила, что он
Несколько минут откровенного затишья закончились. Новые, ещё не пуганные воины неслись вперёд. С криками и гыгыканьем. Они подстёгивали коней, которые не всегда перепрыгивали через лежащих воинов. А все ли они были мертвы?
Здесь руководили командиры, опытные воины. Именно они отдали приказ стрелять. Бомбочки полетели. Некоторые из них попытались перенаправить. Часть маги задержали и не дали взорваться от удара. Но большинство взорвалось. И при этом свист стрел не прекращался.
— Панок, ты можешь мне точно показать на магов?
— Да, — кивнул тот. Я же подозвала Самона.
— Панок показывает, а ты устраняешь. Мне надоели их маги. Их всё равно очень много.
— Мы перебили почти половину армии с минимальными потерями. Вы зря расстраиваетесь.
— Устрани их.
Да, я была категорична. Я их звала к себе? Нет. Я их просила о переговорах? Да. Я их предупреждала? Да. Так что не обессудьте.
Мужик был понимающий, поэтому со своим оружием пристроился у края стены. Панок начал объяснять кто из них маг, а я вдруг оказалась не нужна. Последнее действо за воинами — пешими и конными.
Там внизу стояло не такое уж и большое войско. Моих графских воинов было почти два тысячи. Ещё тысячу должен был привести герцог, но что-то я смотрю и не верю в это. Мне кажется, что там меньше. Хотя пеших же нет. И ещё батальон из пяти сотен воинов под руководством Милона. Вот и вся армия. Даже если учесть, что мы смогли половину войска противника положить, этого очень мало. По сути, получается, что на каждого нашего воина приходится целых два противника.
— Панок, а где наши самонаводящиеся стрелы?
— Так их же очень мало, — обернулся парень.
— Пусть принесут. Всем раздай. Выпускаем стрелы с задержкой в десять секунд, чтобы не попасть в одного и того же.
Мальчишка сорвался с места, даже не дождавшись указания Панока. Зато ко мне подошёл страдающий Низак.
— Миледи, ну можно я присоединюсь к нашим воинам? Я ведь тоже воин, а отсиживаюсь тут.
— Мы с тобой сейчас отправимся к ним. Только ты не вступаешь в бой, а отслеживаешь раненых, латаешь самые серьёзные раны и идёшь дальше.
— Миледи! — прозвучало возмущённое сразу от Панока, Самона, Низака и Татика, который принёс самонаводящиеся стрелы.
— И никаких возражений. У меня есть родовой клинок, который не предаст и не оплошает.
— Ифор меня убьёт, — простонал Самон. Только я уже не обращала на него внимания. Татик раздавал стрелы, я ещё раз обратила внимание на разницу во времени между выстрелами и побежала вниз. Меня прямо тянуло на поле боя. Почему? Я же не воин, но внутреннее чутьё просто выло о том, что я непременно обязана быть там.
22
Оседлать
Я не обращала внимания на тех, кто был рядом: открывал ворота, провожал недоумёнными взглядами. Со мной рядом, след в след, шли Низак и Панок. Зачем он-то пошёл?
— Ты что творишь? — прошипел Ифор, выскочивший нам навстречу. А глупой мне было всё равно, что он рычит. Я была просто безумно рада его видеть вот так, рядом.
— Я королева и буду драться со всеми, — набралась я бравады. Только реакция Ифора была далека от одобряющей. Он дёрнул мышцами лица так, будто его ударили. И вот уже каменное лицо командующего смотрит на меня, совсем как когда-то в самом начале. Я прямо услышала, как выстроилась стена между нами. Что я делала не так?
А тем временем уже начался бой на мечах. Ифор развернулся, больше ничего не сказав. Только проехал чуть вперед, что-то шепнул солдатам, ещё не успевшим вступить в бой, а сам принял первый удар. Противники постепенно проходили дальше. Всё ближе ко мне. Это просто сюрреализм какой-то. Я была тут, совсем рядом, но смотрела на всё происходящее, как на фильм. Я просто не могла оторвать взгляд от Ифора, от его чётких движений, от игры мышц под рубашкой. Рядом дрался герцог, чуть дальше был Милон. И надо сказать, что конные пока оттеснили пеших. А вокруг меня стояла тишь, в смысле пустое пространство. Защищают…
Но вот и до меня тоже добрался противник. Только меня прикрыли. Короткий бой закончила не я. И второй тоже.
— Миледи, не стоит, — покачал головой солдат под моим возмущённым взглядом.
— Да, миледи, не стоит, — поддержал его Низак, который так и не отъехал от меня никуда.
— Раненых подбирайте и тащите сюда, если можете, но не рискуйте зря, — отдала я приказ пешим, отступая. Да, я приняла волю мужчин не пускать меня в бой. Низак со мной.
К нам успели подтащить лишь двоих, когда случилось страшное. Моё сердце чуть не разорвалось. Руки затряслись, а сделать вдох оказалось невозможным. Зато ноги действовали отдельно от сознания. Я не помню, как спрыгнула с лошади и зачем это сделала тем более. Только я бежала вперёд, не смотря по сторонам. Мне было всё равно. Впереди был только он и фонтан из его шеи, как мне казалось. Ему повезло упасть с лошади на пустое пространство и не быть затоптанным, но этого я в тот момент тоже не осознавала.
Вокруг шла битва. Каждую секунду кто-то падал с лошади или замертво, или раненым. Мужчины кричали, хрипели, ругались. Все и всюду. В этом месиве сложно было разобрать, кто свой, а кто чужой.
Я спотыкалась, уворачивалась от коней, копыт, ног, мечей. Как? Не спрашивайте. Не знаю. Удача или благословение Богини, но я добралась до него в самой гуще событий. Упала рядом с ним на колени и попыталась зажать рану. И оказалось, что рана была не одна. Сквозная рана чуть ниже рёбер, и правая щека располосована от подбородка до уха. Какой-то жалкий сантиметр, и его могло не стать мгновенно. Но и сейчас было не легче.