Король-Воитель

Банч Кристофер

– Добро пожаловать домой, любовь моя, – тихо произнес я.

– Наконец-то, – шепнула она в ответ. – Я так со скучилась без тебя!

– Я тоже, – сказал я. – Вот только…

– Знаю. От меня воняет.

– Ну…

В конце концов мы разорвали объятия и отошли друг от друга. Ко мне подошел Йонг.

– Ты можешь смело жениться на ней, симабуанец. Она совершенно невосприимчива к бесконечному обаянию и прочим достоинствам хиллменов, а такие женщины бесценны.

Не помню, кто и где приобрел замечательную вещь и подарил ее мне. Это было складывающееся вдвое стальное кольцо

с четырьмя ножками, а к этому кольцу был прикреплен мешок из толстой парусины. Когда кольцо раскладывалось, получалась ванна, в которой я мог сидеть. Одним из самых больших моих удовольствий было наполнить эту ванну и несколько минут поплескаться в ней после дневного перехода.

Я также стал позволять себе немного сибаритства, которое заключалось в том, что я завел себе маленькую легкую палатку и теперь без особой необходимости не спал на земле под открытым небом.

Теперь, когда Симея вернулась домой, я поставил ее поодаль от шатров всего моего штаба. Свальбард по собственной инициативе нагрел воды и наполнил ванну.

Симея взвизгнула, как будто ей сделали самый драгоценный подарок из всех, какие она только могла себе представить. Я отлично понял ее ликование. Нашлось и мыло с лимонным запахом, которое Свальбард купил по дороге у фермера. Я оставил Симею отмокать в ванне и вышел, чтобы распорядиться относительно некоторых деловых вопросов.

Вернувшись, я увидел возле палатки четыре матерчатых ведра, до краев наполненные горячей водой, и внес их внутрь.

– А откуда ты узнал, что вода уже остывает? – спросила Симея.

– С тех пор как я связался со злыми волшебниками, я могу узнать много всякой всячины, – ответил я. – А теперь не соизволишь ли ты на мгновение вылезти отсюда, чтобы я сменил тебе воду?

Стараясь не думать о ее загорелой стройной фигуре, я подтащил бадью к выходу из палатки, опорожнил ее и наполнил снова.

– А теперь, миледи, – сказал я, – если вы уже достаточно насиделись в воде, то не согласитесь ли доставить мне удовольствие потереть вам спину?

– Но я уже вымыла ее, – ответила она.

– И очень плохо справились с этим делом, должен заметить. Я генерал, так что извольте выполнять мои приказания.

– Только если вы снимете ваш генеральский мундир, чтобы на него не попала вода.

– Ваше желание для меня закон.

Пока я раздевался и складывал одежду на стоявший в глубине палатки складной стул, Симея плескалась в воде. Потом она встала, а я взял мыло и принялся водить куском по ее телу.

– Я знаю, чего мне хочется, – сказала она, лениво поворачиваясь, чтобы я мог вымыть ее всю, уделяя особое внимание грудям, животу и бедрам. – Я хочу, чтобы ты вошел в меня и лежал на мне всем своим весом. Прямо здесь, на этой складной кровати, пока я мокрая и намыленная.

Она вышла из ванны, подошла к кровати и легла, согнув ноги в коленях и широко раздвинув их. Я осторожно, чтобы не сломать раскладушку, расположился на той же кровати, одним осторожным движением полностью вошел в Симею и, как она просила, всей тяжестью лег сверху.

– Вот теперь я дома, – выдохнула она, обхватывая ногами мою спину. – А теперь никаких уловок: не вынимай и не

дразни; просто двигайся, спокойно двигайся взад и вперед, пока мы оба не кончим. Вот чего я хочу.

Охотно повинуясь, я медленно и глубоко двигался в ее лоне, а ее руки с силой обнимали меня, еще крепче прижимая к себе, ее губы не отрывались от моих, и я чувствовал, как в ней нарастает возбуждение, а потом она негромко застонала, словно захныкала, стиснув зубы, быстро-быстро задергала бедрами, и в этот момент я кончил, а несколько секунд спустя она сделала то же самое.

Еще несколько долгих секунд она извивалась всем телом, а потом обмякла подо мною.

– Как хорошо быть твоей любовницей, – прошептала она после недолгого молчания.

– А твоим любовником еще лучше.

– Знаешь, что как-то раз случилось со мною? – спросила она. – Там, среди всех этих бесконечных убийств. Я сказала себе, что, когда я вернусь, ты будешь должен взять меня самое меньшее три раза, прежде чем я займусь хоть чем-нибудь другим.

– Просто изумительная идея, – ответил я. – Но у нас запланирован какой-никакой банкет, и тебе придется овладевать новым искусством.

– Каким же?

– Травить воинские байки.

– Ничего слышать не хочу про военные байки, – заявила она. – Я хочу только тебя, тебя и тебя. Это единственное искусство, которым я намереваюсь пользоваться в данный момент. – Она вытянула одну ногу вдоль кровати и начала двигать ею вперед и назад, прижимаясь промежностью к моему члену, и через несколько секунд он вновь воспрянул. Симея просунула между нашими телами руку и принялась ласкать мою мошонку.

– Еще раз точно так же, как мы сделали только что, – прошептала она. – А потом тебе понадобится мыло, потому что я хочу делать это всеми тремя местами.

Моя страсть была не слабее, чем ее, и потому мы почти без перерывов сделали это еще три раза, прежде чем услышали снаружи громкий нарочитый кашель, а потом голос адъютанта, сообщавшего о том, что штаб уже собрался на обед и ждут только нас.

– Во все время похода у нас не было никаких неприятностей, – начала Симея.

Мы поели, убрали тарелки, и теперь желающие потягивали вино. Импровизированная столовая, в которой мы сидели, представляла собой ряд соединенных между собой палаток с закинутыми на крыши боковыми полотнищами. Сооружение получилось довольно шатким и ненадежным, зато его можно было в считанные минуты разобрать и использовать для других целей. Я не спеша пил сдобренный какими-то пряностями апельсиновый сок и слушал.

– Армия Тенедоса находилась приблизительно в десяти лигах от того места, где они удрали от нас. В деревне мы нашли несколько лодок и, оставшись незамеченными, переправились намного выше ее расположения. У реки дежурили патрули, но нам удалось укрыться от них.

– Вы, равнинные кроты, – вставил Йонг, – должны считать за комплимент, когда вас называют слепыми. Мы проскользнули мимо них, как…

– Как бандиты Кейта мимо пограничной стражи? – высказался я, глядя в пространство.

– Унося с собой дочерей стражников и по дюжине кур, – добавил Йонг. – Впрочем, всем этим занималась Симея; ей и говорить.