Король ведьм

Уэллс Марта

Дверь не поддавалась. Нарейн достал что-то металлическое из-под плаща, какой-то инструмент Благословенных Бессмертных и шагнул вперед, чтобы открыть замок.

Единственное, что Каи мог сделать, чтобы они не убили Даина, – отвлечь Арнстерат. Он зашевелился, что заставило ее повернуть к нему голову.

– Где ты была? Все это время? – спросил Каи.

Выражение ее лица стало задумчивым, словно она пыталась вспомнить.

– Я ушла вместе с остальными и не знаю, что они стали делать. Мне все равно. Я возвращалась домой.

Прошло

столько лет, но ее слова взбесили Каи:

– Чтобы бессмысленно погибнуть в луговых равнинах.

– Да, – ответила она. – Но там были легионеры, их созвали на встречу. Я не могла пройти мимо, пришлось идти туда, куда вела дорога. Я взяла тело толкователя, как сделал ты, и использовала Колодец Иерархов, чтобы сражаться. Как делал ты.

Даин повернул голову, его лицо исказил ужас, он отчаянно пытался перехватить взгляд Каи.

– Я не использовал Колодец, – сказал Каи. – Никогда. – Он умудрился не сказать вслух: «В таком случае я действительно стал бы чудовищем».

Она знала, что он сейчас испытывал.

Между тем Нарейн отступил назад и жестом приказал стражам и Рамаду подойти к воротам и попытаться их открыть. Они неохотно пошли вперед.

Каи должен был заставить Арнстерат продолжать разговор.

– Почему ты заодно с заговорщиками из Найент-арайка?

– Они меня освободили. Я находилась в плену. – Она нахмурилась, вспоминая. – Я попыталась отправиться на юг, но меня нашли Нахары. Я сражалась за них, пока… они не захотели от меня избавиться.

Каи далеко не сразу сумел вспомнить имя. Нахары являлись семьей, которая вступила в сговор с Иерархами для того, чтобы передать им Найент-арайк без сопротивления. Теперь по прошествии стольких лет Каи понимал, что это был лучший способ пережить жуткую ситуацию. Но в те времена, особенно с точки зрения остальных арайков и коалиции, такой поступок считался ужасным вероломством.

Позднее Нахаров победили другие наследники Найента, ветвь той же семьи, Рехараны. Это произошло более шестидесяти лет назад во время войны и сразу после нее.

Каи не знал, верит ли он Арнстерат. Даже если бы хотел ее понять.

– После войны Нахаров не стало, – тем не менее продолжал он. – Как долго ты находилась в плену?

Арнстерат тряхнула головой, словно время очень трудно оценивать. Или ее отвлекало общение с Виаром. Дверь не поддавалась, и Нарейн использовал инструмент Благословенных Бессмертных, пытаясь что-то сделать с замком. Каи все еще не чувствовал Зиде.

– До тех пор, пока Найент-арайки не освободили меня, – сказала Арнстерат.

Ее ответ потряс Каи, и он знал, что выражение его лица выдавало слишком многое.

– Но ты же не хочешь сказать… – начал он.

Арнстерат снова улыбнулась. Она наслаждалась его ужасом.

– Они меня выпустили семь Холодных Ветров назад. Я не помню, как они называют зиму здесь.

Значит, она

провела в заточении более пятидесяти лет по счету арайков.

Со стороны дверей донесся крик, и встревоженный Даин резко повернулся. Между створками появился просвет, однако недостаточный для стража. Каи посмотрел на Рамада, который стоял сбоку от группы смертных и не мог скрыть тревоги.

Нарейн прислушивался к словам, доносившимся из конюшен.

Потом он повернулся и позвал Ширен:

– Будь начеку. Сюда идет смертный слуга с посланием.

Каи не представлял, что задумали Зиде и Тенес, но им явно требовалось время.

– Она всего лишь смертный ребенок, – сказал он.

– Мы не убиваем детей, – с важным видом заявила Ширен.

Губы Арнстерат дрогнули – ее забавляла ситуация – болезненно знакомое Каи выражение лица.

– Меньшая Благословенная, только не делай вида, что тебе не все равно.

– Ты слишком привыкла жить среди диких смертных, – ответила Ширен.

– Да, – процедил Даин, – дикие Бессмертные намного лучше.

Ширен заскрипела зубами:

– Демон, тебе лучше сказать изменнику…

Каи уже тошнило от Благословенных Бессмертных.

– Это вы сделали его таким, а не мы, – спокойно сказал он.

Ширен бросила на него злобный взгляд, именно в этот момент из дверей выскользнула Санья.

Она оглядывалась по сторонам с невероятным страхом. Каи уже видел раньше девочку напуганной, но тогда она выглядела иначе.

Каи не заметил, чтобы она пострадала; туника и штаны были испачканы, но после путешествия на лодке, а также по грязной гавани и конюшням.

Она заговорила слишком тихо, чтобы на плоту могли услышать.

Нарейн выслушал ее, а потом повернулся к плоту.

– Приведите сюда демона и предателя, – сказал он.

– А как насчет Саадрин? – поинтересовался Каи.

Последний шанс получить какую-то помощь или хотя бы отвлечь врагов.

Ширен оглянулась на каюту, где оставалась скованная и яростная Саадрин. Ей не понравилось, что Каи напомнил о другой пленнице.

– Она остается на месте. – И Ширен сделала угрожающий жест оружием Колодца.

Арнстерат не стала даже пожимать плечами, но кивнула, показывая, что Каи следует покинуть плот. Он встал, взял за руку Даина и потянул за собой. Они сошли с плота и зашагали к дверям конюшни.

Когда они оказались на расстоянии слышимости, Ширен приказала:

– Остановитесь.

Санья не поднимала глаз, показывая, что она боится всех.

– Давай, дитя, говори, – приказал Нарейн.

– Моя повелительница Ведьма, – сказала Санья, глядя на мостовую, – готова обменять поисковый камень на жизни ее спутников, если вы позволите использовать его для того, чтобы отыскать и освободить Тарен Старгард. – Затем она добавила: – Она просит Каистерона сотрудничать и вспомнить о том, как мы вместе покидали Летние залы.