Король сыщиков

Автор неизвестен

Пинкертон вынул свои отмычки и собрался открыть дверь, как вдруг снизу раздался скрип ступеней, шаги и еле слышный плач младенца.

При слабом свете лампочки Пинкертон увидел длинноволосого, грязного и оборванного парня. В руках у него был небольшой продолговатый сверток, замотанный в толстый платок. Из свертка доносился приглушенный детский плач.

Парень остановился на втором этаже и отпер ключом ту дверь, куда вошли прачка с девчонкой. Затем шаги его затихли, послышался резкий скрип, и все смолкло.

Пинкертон быстро спустился и стал открывать дверь

отмычками. Это ему удалось легко. Он вошел в квартиру и остановился, чтобы не привлекать внимания жильцов. Но в квартире было совершенно тихо. Пинкертон достал электрический фонарь и посветил. Еще одна дверь вела в соседнюю комнату, где тоже царила полная тишина.

Пинкертон поискал хода в следующую комнату, но, к своему изумлению увидел, что дальше дверей не было. Он обследовал стены, простучал их, но безрезультатно.

Тогда Пинкертон обратил внимание на простой деревянный шкаф, стоявший у капитальной стены. Это был очень большой и прочный платяной шкаф из толстых досок, и его задняя часть была вделана в стену. Пинкертон открыл его отмычкой и увидел, что в нем на подвижных вешалках развешана одежда, напоминавшая, скорее, кучу лохмотьев. Когда Пинкертон попытался повернуть одну из вешалок, половинки задней стенки шкафа бесшумно сдвинулись в стороны и раскрылись. Пинкертон очутился в нише, пробитой в толстой стене. Перед ним была деревянная задняя стенка другого шкафа.

Пинкертон нашел два гвоздя, с помощью которых он раздвинул стенку и проник в платяной шкаф, но уже совсем другого рода. Этот шкаф был прекрасно сработан из хорошего дерева, в нем висели дорогие платья из шелка и бархата, с кружевами.

Сыщик пробрался к лицевой дверце шкафа и пригнулся к замочной скважине, через которую проникал свет.

Глава 7

Гнездо мошенников

Глазам его представилась богато, но безвкусно обставленная комната. Перед зеркалом стояла толстая прачка и примеряла шелковое платье. На ее пальцах красовались бриллиантовые перстни, на голове – пышный парик. Грязный же рабочий капот валялся на полу. Рядом с ней стоял долговязый парень, который тоже переодевался. Лохмотья он сбросил и теперь надевал франтовской костюм.

Охорашиваясь перед зеркалом, толстая прачка говорила:

– Питер, ты делаешь большие успехи, и отец, наверное, тебя похвалит. Но ты уверен, что этот грудной щенок – сын миллиардера Силвермана?

– Не сомневайся! – хвастливо сказал долговязый. – Я уже давно за ним охочусь, и несколько раз он от меня ускользал. Но сегодня мне повезло. Я спокойненько подошел к няньке на улице, ошарашил ее сзади по голове, схватил ребенка, завернул в платок и бросился бежать.

– Ты достойный сын своих родителей, – довольно сказала толстая мегера. – За этого щенка мы оторвем крупную сумму!.. А нам, Питер, пришлось иметь дело со шпиком!

– Где? – испуганно вскрикнул Питер. – Здесь?

– Нет, в прачечной. Но теперь уж бедняга сварен живьем в кипятке, как рак.

И тетка злобно расхохоталась. Пинкертон, стоявший в шкафу, почувствовал, как у него по коже пробежал мороз. Неужели

его верный Боб стал жертвой этих негодяев!.. Горе и гнев охватили Пинкертона. Он вынул было уже свой револьвер, но остановился в надежде услышать что-нибудь еще.

– Мэри была так неосторожна, что привела за собой шпика.

– Нет, я была осторожна! – крикнула со слезами девочка.

– Я пошел вниз. Расскажу отцу, что я принес ребенка миллиардера Силвермана, и что нас ждет хорошая пожива.

Пинкертон вышел из шкафа, держа в обеих руках по револьверу, и загремел:

– Каторга вас ждет, а не пожива! Сдавайтесь – вы арестованы!

Побледнев, как смерть, прачка молча смотрела на неожиданно возникшего перед ней человека.

– Протяните руки! – крикнул он. – Сначала…

Он не докончил: мальчишка с диким криком вцепился в его руку, державшую револьвер, и повис на ней всем телом.

– Мать, скорее стреляй! – прохрипел он.

Старуха рванулась, но в следующее мгновение Пинкертон нанес ей сильнейший удар в лоб свободной рукой, вооруженной стальным кастетом. Она тяжело рухнула на пол, не проронив ни звука.

Одновременно Пинкертон отшвырнул мальчишку так, что тот ударился головой в зеркало, которое рассыпалось вдребезги.

– Ну, вперед, – приказал Пинкертон дрожавшей девчонке. – Поведешь меня к Путнею и горе тебе, если вздумаешь сбить меня со следа! Моя пуля тебя найдет!

Глава 8

Спасение Боба и похищенных детей

Когда Нат Пинкертон вошел с девчонкой в прачечную, он внимательно осмотрелся, быстро сообразил, как поступили с Бобом и тихо, но твердо спросил девчонку:

– Где колодец?

Она указала на дверь:

– За этой дверью.

– Где хозяин Путней?

– Из подвала идет лестница в подземелье. Там и находится Путней с детьми, – отвечала девчонка, не осмеливаясь лгать Пинкертону.

– Иди вперед! – приказал тот. – И если ты издашь хоть один звук, – уложу на месте!

Она толкнула дверь и вошла в подвал. Когда она прошла по дощатому настилу, Пинкертон велел остановиться и растащить доски в стороны. Открылось круглое отверстие колодца. С бьющимся сердцем Пинкертон наклонился над отверстием и крикнул:

– Боб, ты здесь?

– Слава Богу, учитель, это вы! В этой дыре страшно неуютно!

– Я уж думал, что ты сварен, как рак, и продырявлен, как решето!

– Вовсе нет: меня защитила деревянная лохань, которая упала вместе со мной. Я держал ее над головой, когда эти любезные господа посылали мне сверху свои подарки.

Пинкертон хотел продолжать путь, но вдруг на дворе раздались быстрые шаги. В прачечную вошел полисмен и с удивлением уставился на обоих сыщиков, направивших на него револьверы.

Пинкертон рассмеялся и дал полисмену необходимые разъяснения.

– Вы можете сейчас же пойти со мной в подземелье, где я хочу арестовать Путнея. Таким образом, я буду избавлен от необходимости вести его в тюрьму.

Оставив Боба с девчонкой в прачечной, Пинкертон с полисменом пошли по галерее до каменной лестницы и бесшумно спустились вниз.