Король медвежатников
Шрифт:
— Если вы кого-то подозреваете, так почему бы вам не арестовать этих людей?
— Это не так просто, чаще всего они действуют под псевдонимами.
Государь остановился.
— И что вы предлагаете сделать?
Святополк-Мирский открыл папку:
— Здесь подробнейшая записка… Нужно создать «Антимасонскую лигу» по типу той, какая сейчас существует во Франции. Мы очень плотно сотрудничаем с полицией Франции по этому вопросу и находим полнейшее понимание… Нужно провести тщательнейшее расследование на предмет выявления масонских лож в России. Следует искоренить всякий масонский дух. Действовать нужно очень жестко. И, конечно же, финансовая сторона дела. Широкое наступление на масонство потребует
Государь надолго задумался.
— Очень неожиданный разговор. Никак не думал, что поимка Янычара выльется в столь серьезное дело. И все-таки, почему он называет себя Янычаром?
— Я могу только предполагать… Очень надеюсь, что скоро задам этот вопрос ему лично. Русское масонство ХVIII века являлось преемником Великой английской ложи. Современное же масонство идет от ложи «Великого Востока Франции», которая с точки зрения Английской ложи является порочной, за что и была отлучена в свое время. Символом французской ложи признан зеленый цвет, а, как мы знаем, это цвет мусульманства. Под зеленым знаменем янычары завоевали половину Европы.
— Хм… Занятно… Вы, я вижу, вопрос знаете глубоко, — сдержанно заметил государь. — Давайте мне вашу папку, я ознакомлюсь с ней поподробнее. В общем, считайте, что санкцию вы получили. Можете действовать сообразно ситуации, — слегка наклонил голову Николай, давая понять, что аудиенция закончена.
Покидая Царское Село, Святополк-Мирский увидел экипаж великого князя Кирилла Владимировича. А вот и он сам в беседке, сидит в полнейшем одиночестве. Женившись на Даки, опальный князь прибыл из-за границы, чтобы объясниться с государем, но царь его не принял.
Святополк-Мирский знал о том, что Николай Александрович уже подписал приказ о лишении Кирилла Владимировича звания флигель-адъютанта (звание члена императорской свиты), и уже завтра ему передадут приказ государя немедленно покинуть Россию. А кроме того, Николай всерьез обсуждал вопрос о лишении двоюродного брата великокняжеского достоинства.
Министр внутренних дел должен быть в курсе даже семейных государевых тайн.
— Вы не представляете, господин Родионов, как я рад вас видеть… живым! — широко улыбался Лазар. — Преступники такого масштаба, как вы, к нам попадают крайне редко. — Губы комиссара довольно разомкнулись, и в уголках их образовались мягкие, но неприятные складки.
Савелий нахмурился:
— Определенно, вы меня принимаете за кого-то другого. Я всего лишь обыкновенный предприниматель. Меценат, если хотите! Об этом знает весь Париж.
— Полноте! — отмахнулся Лазар. — Не будем разыгрывать комедию. О ваших «чудачествах» ходят целые легенды. Сейчас даже нелегко понять, где правда, а где — откровенный вымысел. Глядя на ваши пальцы, трудно поверить, что все эти подвиги приписывают именно вам, — задержал комиссар взгляд на кистях Савелия. — Они больше напоминают руки скрипача-виртуоза! Если б вы в свое время занялись музыкой, то, я уверен, вас ожидала бы блестящая музыкальная карьера. Да и слухом вы не обижены. Мне как-то рассказывали, что однажды вы приставили фонендоскоп к бронированной двери сейфа и таким образом сумели открыть цифровой замок.
Савелий сдержанно улыбнулся:
— Чего только не наговорят… недоброжелатели!
— Я ведь давно занимаюсь вами, — улыбка комиссара выглядела, как всегда, очень располагающей, — только вот никак не думал, что придется с вами общаться вот так — через стол. У меня ведь на вас собрано пухлое досье. — Ладонь комиссара опустилась на толстую папку. — В нем содержится масса занимательных вещей.
— Странно
Хорошо хоть, что наручники не нацепили, могло быть и похуже. Родионов успел уже убедиться, что с преступным элементом во Франции не особенно церемонятся.
— Профессиональный! — с азартом отозвался Лазар. — Где-то я даже восхищаюсь вами. Медвежатники такого масштаба, как вы, встречаются раз в пятьдесят лет. И хочу вам сказать, что каждый сыщик мечтает поймать такого крупного преступника, как вы.
Родионов едко усмехнулся:
— Вы хотите сказать, что вам крупно повезло?
— Безо всякого сомнения, — довольно протянул Лазар. — В какой-то степени вашу поимку я воспринимаю как свой звездный час, если хотите… Вы не просто какой-то грабитель, который стремится к заурядному обогащению, а самый настоящий художник своего дела! Вы ведь человек состоятельный, и деньги, по большому счету, для вас ничего не значат. А вот кураж! Вот в этом вы необыкновенно сильны. Я все вспоминаю международную выставку сейфов, проходившую два года назад в Лондоне. Немецкая компания «Крафт и сыновья» пообещала полмиллиона марок тому, кто сумеет открыть сейф их фирмы.
— Чек на эту сумму был положен внутрь сейфа, — рассеянно обронил Родионов. — И только он был не на полмиллиона марок, а на полтора!
— Мне воспринимать это как признание, господин Родионов? — подозрительно посмотрел комиссар.
— Я знаю не больше, чем другие, — улыбнувшись, отвечал Савелий, — об этом тоже писали в газетах. На то время эти сейфы считались лучшими в мире. И компании было чем гордиться. Замки сумели противостоять сотням ограблений!
— Вы правы… В первый день желающих открыть сейф выстроилась целая очередь, во второй день народу было значительно меньше. Выдохлись, понимаете ли! На третий день подходили уже только единицы. Само собой разумеется, что это были не профессионалы, а мелкие авантюристы, которые больше рассчитывали на случайную удачу. Вы же появились только на шестой день, в сопровождении вашей хорошенькой спутницы. На нее невозможно было не обратить внимания. В дальнейшем это сыграло вам только на руку. Как мне потом рассказывали, вы производили впечатление этакого самовлюбленного хлыща. Если бы господа служащие знали, насколько они были не правы! — покачал головой комиссар Лазар. — Вы тогда все спрашивали про сейфы, задавали разные идиотские вопросы, как они устроены, хотя об этом вам было известно куда больше, чем их создателям.
Улыбка Савелия сделалась вялой:
— У вас богатая фантазия, комиссар.
— Это вовсе не фантазия, господин Родионов, — комиссар Лазар не утратил жизнелюбия. — Было опрошено с десяток свидетелей, которые без труда описали вашу внешность! А что касается фантазии, то здесь вы совершенно правы, без нее тоже никак нельзя. Для того чтобы выстраивать версии, одних фактов будет маловато. — Комиссар постучал себя пальцем по виску и произнес: — Здесь и фантазия должна работать. Так вот, я не договорил, пока ваша хорошенькая супруга разговаривала со служащим, отвлекая его, вы сумели открыть сейф и взять из него чек на сумму полтора миллиона марок! Об этом тогда много писали.
Улыбнувшись, Савелий сказал:
— Право, вы меня наделяете какими-то магическими способностями.
— Полноте вам! — небрежно махнул рукой комиссар Лазар. — Это вы и никто больше! Кому еще под силу такой подвиг?! Но меня в этой истории удивило совсем другое.
Савелий небрежно усмехнулся:
— И что же могло удивить такого проницательного сыщика?
— Как вы сумели открыть дверцу сейфа, умудрившись при этом отключить сигнализацию?
— Право, я всего лишь обыкновенный меценат, который интересуется живописью.