Король-колдун

Смит Джулия Дин

— Х-хорошо, ваше величество. Об этом должен знать капитан Парр. Я не заметил, что эти колдуны использовали против корбалов, но видел собственными глазами, что корбалы не действовали… ваше преосвященство, священные камни не действовали на них! Эти колдуны — дьявольское отродье, говорю вам!

Мэр рассказал, как колдуны захватили его дом несколько недель назад, несмотря на сопротивление городской охраны и солдат, вызванных из соседнего графства.

— И сколько сейчас в Эристоне этих колдунов? — спросил Дарэк капитана.

— Примерно

дюжина в доме, — неохотно отвечал капитан, раздраженный тем, что его эскадрон был повержен столь малым количеством врагов, — но ходят слухи о том, что более тысячи колдунов стоят лагерем в полях восточнее города. Я проезжал там по дороге из Эристона, но ничего не заметил.

Лицо Дарэка стало унылым, словно низко висящие в небе дождевые тучи.

— Никто из нас никогда не видел лагеря Атайи, но тем не менее он существует. Ее люди скрываются с помощью заклинаний и обмана. — Король торопливо кивнул мэру, отпуская его. — Если это все, можете идти.

Лаферт прочистил горло и со всей учтивостью заверил своего правителя, что это действительно все, но руки мэра задвигались еще более энергично.

— Ваше величество, разрешите мне… Могу ли я надеяться…

— Ну же! — нетерпеливо прорычал король. — Не тяните.

— Я умоляю вас послать еще людей, ваше величество. Нужно освободить мой дом от этих колдунов!

— Еще? — Брови короля удивленно изогнулись. — После того, как я уже потерял своих лучших солдат? Не уверен, что ваш дом того стоит, сэр.

— Но, ваше величество, жители Эристона напуганы… те, кто еще не перешел на сторону врага. Люди Мудреца везде…

— Постойте-ка, чьи люди? — Дарэк ощутил, как в животе у него что-то дрогнуло — несколько месяцев назад он уже слышал это имя, но тогда посчитал это очередной выдумкой своей сестры.

— Мудреца, ваше величество, — повторил Лаферт, со страхом озираясь, словно одно только упоминание имени могло вызвать его носителя сюда. — Мудреца с Саре.

Дарэк откинулся в кресле и поскреб бороду гребнем Сесил.

— Опять это имя. — Брови сдвинулись в мрачную гримасу, и он прошептал про себя: — Кто знает, может быть, она и не лгала мне. — Король бросил раздраженный взгляд в сторону капитана, направив на него гребень из слоновой кости словно кинжал. — Почему вы не сказали об этом раньше?

Редко распекаемый своим королем Парр немного смутился.

— Я… это…

— Все колдуны одинаковы, — заметил Люкин, приходя на помощь капитану. — Какая разница, что за титул присвоил себе их предводитель.

— Я в этом не уверен. — Взгляд Дарэка вернулся к загнанному в угол мэру Эристона. — Скажите… этот Мудрец и его последователи… они действуют заодно с моей сестрой?

— Т-трудно сказать, ваше величество. — Лаферт перестал размахивать руками и развел их в недоумевающем жесте. — Что касается меня, то я сомневаюсь в этом. Люди Мудреца не сказали о ней ни одного доброго слова.

Дарэк коротко

фыркнул и забарабанил пальцами по столу.

— Не они одни.

— Они считают, что Атайя ведет с лорнгельдами нечестную игру, не желая предсказывать их судьбы. Колдуны верят, что магия — это Божий дар — что за нелепость! — и потому они должны править Кайтом.

— Править…

Дрожь прошла по позвоночнику Дарэка. Да, и об этом Атайя его предупреждала.

Он открыл было рот, чтобы набрать подольше воздуха и обрушиться проклятиями, но, к своему удивлению, не нашел, что сказать. Дарэк был озадачен тем, что Атайя оказалась права. Он и не думал доверять ей — до этого не дошло, — но что, если в чем-то он и впрямь неверно ее оценивал? Хотя, возможно, все происходящее — еще одна уловка, придуманная для того, чтобы внушить королю ложные представления о честности принцессы. Неужели его беспокойной сестрице свойственно подобное коварство?

— Ты слышал? — обратился король к капитану.

— Эти предатели говорят, что вы не имеете права быть королем, и их долг — найти вам замену. Конечно, они имеют в виду своего предводителя. — Парр презрительно засопел, он честно пытался восстановить свое доброе имя в глазах короля. — Он просто высокомерный болван. — Однако это оскорбление, произнесенное на безопасном расстоянии, никак не отменяло того, что еще недавно Мудрец мог убить его без особых усилий. Безобразные ожоги служили тому доказательством, а ведь их нанес даже не сам Мудрец, а всего лишь его прихвостни. — Он уже ведет себя как король — носит прекрасную одежду, украшения, даже серебряный венец.

— Выскочка! — раздраженно произнес Дарэк, скрывая за пренебрежением глубокую озабоченность. Король махнул рукой, словно желая развеять неприятный запах. — Оставьте нас, — произнес он, обращаясь к мэру и капитану. — Я хочу обсудить новости с архиепископом.

И хотя Лаферт жаждал еще раз обратиться к королю с просьбой прислать солдат, чтобы они освободили от колдунов его дом, он послушно позволил капитану Парру увести себя из комнаты. В покоях королевы наступила продолжительная тишина, нарушаемая только шумом дождя, шедшего сплошной пеленой за окнами. Совершенно подавленный Дарэк впал в еще большее уныние, чем часом ранее.

— Джон? — только и произнес он, но не сразу получил ответ.

Дарэк удивленно поднял бровь — ему еще не приходилось видеть, чтобы ревностный служитель церкви, как, впрочем, и любой священник, не нашел бы, что сказать по любому поводу.

— Тревожные вести, ваше величество. Колдуны, видимо, знают какое-нибудь заклинание, которое предохраняет их от действия кристаллов. Но как же они делают это? — добавил Люкин, обращаясь к темным сводам потолка, словно беседуя не с Дарэком, а с самим Господом Богом. — Если лорнгельды владеют этим умением, то почему они не использовали его двести лет назад, во времена гонений Фалтила?