Король и спасительница
Шрифт:
— Дверь приоткрыта. Закрой ее, и все появится.
— Действительно, — удивилась я и прихлопнула дверь комнаты, — что это она распахнулась-то?
— Она не распахивалась, — ответил проявившийся Лид. — Просто в течение ночи и утра к нам пять раз приходил этот плебейский ребенок… Кстати говоря, он и сейчас только что ушел. Видимо, этим и разбудил тебя.
— А тебя?
— А я уже не спал.
— Ох, — вздохнула я, присаживаясь на край проявившейся королевской кровати и потягиваясь, — Лид, ну наколдовал бы ты щеколду, что ли. Чего ждал-то?
— Пока ты
— А ты что, так боишься моего недовольства? — поразилась я. Лид неопределенно приподнял бровь.
— Не боюсь, но и ничего приятного в постоянных спорах тоже нет.
— Это да, — согласилась я, — но я тебе разрешаю, делай щеколду…
Не успела я договорить, как вдруг дверь резко и без стука распахнулась. Лид и его часть комнаты исчезли, а я вместо королевской кровати оказалась верхом на тумбочке и уже было приготовилась рявкнуть на Маришку, но вдруг показалась голова Иры.
— Сонь, ты не спишь? — радостно поинтересовалась она. — Иди кушать, я уже все приготовила.
Я посмотрела на часы: было девять утра. Ну что ж: мои родственники всегда вставали рано… Вздохнув, я прямо в пижаме пошла за своей троюродной сестрой в большую комнату.
Там уже снова был накрыт стол, посреди него опять стояла громадная кастрюлища, только не с макаронами, а с гречкой, и огромная миска салата. Леня в исподней майке и трениках вольготно расположился на диване и играл с гогочущей Маришкой, тыча ее пальцем в живот, на мой взгляд, довольно-таки сильно. Маришка от тычков падала на диван и опять вскакивала, как неваляшка.
— Ой! — спохватилась Ира, усадив меня, и сама тут же вскакивая. — Я же тебе вчера не показала мои вещички!
Сбегав в угол комнаты, она притащила оттуда плотно набитую брезентовую сумку и начала прямо на стол выкладывать разноцветные сережки, браслеты и заколки. Я с любопытством их рассматривала и даже по настоянию Иры примерила кое-что, но для меня ее украшения были чересчур крупными и цветастыми, так что когда я их надевала, у меня напрочь исчезало лицо. Все же по Ириному активному настоянию я приняла в подарок и навесила на уши огромные зеленющие серьги из грозди прозрачных пластмассок. Сестра успокоилась и принялась показывать мне деревянные расписные браслеты, которые понравились мне гораздо больше: на них были разные узорчики вроде цветов, листьев и зверушек. Один зеленый браслет с орнаментом из листочков почему-то напомнил мне о Лиде: чем-то была похожа его лепнина на этот узор…
— Нравится? — допытывалась у меня Ира. — Они у меня очень быстро раскупаются, но эти еще не особенно хорошие. Там на ярмарке будет конкурс деревянных изделий, я для него доделываю комплектик из кулончика и трех браслетов: сегодня докрашу, а завтра уже залакирую.
— Покажешь? — заинтересовалась я, но тут Маришка, которой надоели Ленины тыканья в живот, завопила на всю квартиру: «мама, кушать!!!!» и Ира начала поспешно вываливать кашу ей на тарелку. В это же время позвонили в дверь. Я пошла открывать и, ясное дело, увидела
Родственники так обрадовались ему, будто они им сделал хоть что-то хорошее: Ира тут же придвинула ему стул и шлепнула перед ним тарелку, а Леня сказал:
— О, привет, к своей пришел? Давай с нами завтракать.
— Мне не нужно, — холодно отозвался Лид, отодвигая тарелку.
— А что, невкусно? — искренне огорчилась Ира.
— Не обращай на него внимания, он просто дома поел, — поспешно сказала я, — Лид, ты чай будешь?
— Нет. Что это за варварские украшения висят в твоих ушах, Соня?
— Это сережки, — прошептала я, опасливо глядя на сестру, — их Ира сделала.
— В этом я не сомневался…
К счастью все это время, заглушая противную речь короля, снова вопила Маришка, которой срочно понадобилась шоколадка. Шоколадки у нас не оказалось, Ира сунула ребенку очередную конфету и со вздохом облегчения плюхнулась рядом с Леней, который по-хозяйски обнял ее за плечи. Лид смотрел на них исподлобья и постукивал перстнем по краю пустой тарелки. К счастью, родственники оказались совершенно нечувствительными к чужому настроению: единственное, на что хватило Иры, так это заботливо спросить, чего мы такие грустные и не поссорились ли.
— Нет, — ответила я сквозь зубы.
— Вот и хорошо, не ссорьтесь, вы так друг другу подходите, — подумала, что польстила она нам и, встав, начала сгребать свою разноцветную бижутерию со стола обратно в сумку. — Сонь, слушай, я сейчас на ярмарку поеду, ты меня проводишь? Боюсь в метро заблудиться с непривычки.
— Да конечно, провожу с удовольствием. Только…
— А с Маришкой Леня посидит, да, Лень?
— Ну да, мы посидим, — согласился Леня и подмигнул королю, который тут же решительно сообщил:
— Соня, я поеду с тобой.
— Не надо, Лид, — сморщилась я, изо всех сил пытаясь придать голосу дружелюбное и заботливое выражение, — я быстро вернусь, тут ехать-то всего полчаса.
— Но значит, обратно ты поедешь одна?
— Какой ты заботливый! — восхитилась Ира. — Леня меня тоже, когда познакомились, всегда до самого дома провожал и маме сдавал с рук на руки!
Леня польщено гыкнул, король сделал брезгливое лицо и отвернулся, и в этот момент в дверь снова позвонили. Я опять пошла открывать и обнаружила в глазке странный набор: а именно, Натку и мою бабушку.
— Ли-ид! — позвала я короля сладким голосом. — Поди-ка сюда!
Король почти тут же объявился в коридоре и с любопытством на меня посмотрел, но я сразу сменила выражение голоса и прошипела:
— Там бабушка! Иди в ванную, запрись и не выходи, пока она не уйдет!
— Может быть, мне тогда просто стать невидимым?
— Можно, но ванную все равно запри, а то родственники спросят, где ты.
Король деловито кивнул, и, с трудом переступив через батарею папиных ботинок, загораживающих проход, залез куда ему было сказано. Я с облегчением вздохнула и открыла.