Король и спасительница
Шрифт:
Вокруг нас высились прямые и ровные деревья. Их серебристые стволы резко сужались кверху, как большие морковки, и где-то на огромной высоте, усиливая морковное впечатление, шумела ботва, то есть листва, похожая на пальмовую. Под этими деревьями кудрявились плотные как будто из цельного куска зеленой резины, кусты, с очень мелкими листьями и гроздьями ярких желтых ягодок. Под ногами же вместо нормального бурьяна появились какие-то толстые синеватые лианы и трава с пышными белыми «метелочками» на кончиках.
— Ух ты, морковка! — послышался комментарий Натки, которая видимо, тоже
— Лид, что это за место?
— Королевский сад, — отозвался он задумчиво, скользя взглядом по стволам серебристых «морковок». — Это очень старые деревья, еще я их помню…
— Значит, мы почти пришли? — обрадовалась я. Он кивнул.
— Да, Соня. Вон там, смотри, дворец…
Деревья расступились, но смотреть-то как раз было почти не на что. Иа не соврала, когда сказала, что от королевского дворца не осталось даже стен. Из экзотического бурьяна, бывшего когда-то королевским садом, торчал серый фундамент. Он был большущий, но представить по нему общий вид дворца у меня не получилось. Король на секунду застыл, оглядываясь с мрачным видом человека, пришедшего на старое пепелище, но тут же вскинул голову и быстро устремился куда-то вдоль длинной стороны фундамента. Мы молчаливой вереницей потащились за ним, только Сот, на пару с Гефом тащащий фрейлину, потихоньку ворчал:
— Ну когда мы уже придем, у меня сейчас руки оторвутся!..
Король, наконец, остановился. Я встала рядом с ним и поняла, что мы пришли к фасаду дворца, потому что здесь из травы, как пирамида, поднималась огромная и широкая мраморная лестница. Ее потрескавшиеся белые ступени вели в небо — стен-то у дворца не сохранилось. Вид у лестницы был не столько величавый, сколько подозрительный, и я очень понадеялась, что мы на нее не полезем. И действительно: король только прошел вдоль лестничного бока и, присев на корточки, показал нам черную неровную дыру в земле.
— Хм, знаете, ваше величество, может, вы меня за это совсем заколдуете, но подвал дворца — это плохое убежище, — со вздохом сказала Иа. — Сюда полгорода в детстве лазало, и вообще, всем про него известно.
— Что, опять искать?! — вырвалось у меня. Лид подарил мне укоризненный взгляд через плечо, дескать, как я-то могла усомниться в его выдающемся уме, и устало отозвался:
— Ничего искать не надо, Соня, убежище немного дальше, но сначала надо зайти в подвал. Осторожно, по-моему, там сгнила лестница.
— Точно что сгнила, — подтвердил Геф. — Давай, Рет, мы с тобой и с Леном вниз прыгнем, а остальным поможем.
Король коротко кивнул и в буквальном смысле провалился сквозь землю. Через полсекунды что-то глухо бухнуло — видимо, он достиг дна подвала. Остальные столпились у дыры и принялись безбоязненно и даже радостно проваливаться следом. Я уныло ощупала разбитые и так не зажившие колени, но без возражений прыгнула, когда пришла моя очередь.
Летела я недолго: меня почти сразу же подхватили холодные королевские руки, поставили на невидимый пол и даже немного отряхнули от земли. Геф с Леном тем временем поймали безвольную фрейлину, которая что-то покрикивала
В подвале дворца оказалось не так уж и темно: свет шел из дыры сверху, и, к тому же, ученики сразу же зажгли свои магические огоньки. Я с любопытством огляделась, но смотреть оказалось не на что: просто ровные каменные стены с какими-то скобами (может быть, на них раньше крепились светильники), холодный даже сквозь ботинки земляной пол и, прямо как и в Москве в общественных местах, большие кострища и кучки разнообразного мусора — тряпок, обглоданных костей и бумажных оберток от чего-то съедобного.
— А здесь ведь не только морковки-сосны, но и ели, как в том анекдоте, — гулко хихикнула Натка. — Лид, ты чего задумал-то? Мы будем притворяться перед полицией, что пришли сюда на пикник?
— Убежище не здесь, — повторил Лид, не растерявший своего нечеловеческого терпения, и медленно пошел вперед, скользя рукой по стене.
— Лид, ты чего ищешь? — не выдержав, влезла я.
— Это тебе, Соня, должно быть знакомо, — ответил король по-русски и с неожиданной улыбкой. — Как в твоих книгах: «Чиполлино», «Королевство кривых зеркал»…
— Чего в моих книгах? — заморгала я от неожиданности. — Лид, что еще за загадки на ровном месте?!
— Успокойся, Соня, — король просительно тронул меня за плечо. — Я имел в виду подземный ход. Думал, что ты догадаешься, потому что он есть почти в каждой из ваших книг, где вообще упоминается замок или дворец.
— A-а, вот что, — рассмеялась я. — А куда он ведет?
— В погреба и темницы. Можно устроиться, где вам будет удобнее.
— Мне удобнее в погребах, — сказала я поспешно.
— Нет, темницы комфортабельнее, — явно со знанием дела возразил король.
— Слушайте, — подошла к нам Натка, — а если кто-то уже нашел ход в эти твои комфортабельные темницы?
Король уверенно покачал головой:
— Нет, не может быть. Наш ход откроет только член королевской семьи, и только тот, который знает… Как у вас говорится… Шифр, да?
— Смотря, что ты имеешь в виду, — отозвалась я неуверенно, представляя себе что-то вроде вытесанного из мрамора домофона. Но все оказалось куда изящнее: король, отмерив какое-то количество шагов от угла, встал напротив стены и развернул на ней яркую картинку. Она изображала белую, всю в резных завитушках-узорах, дверь. Узоры были, конечно, красивыми, но для Лида выглядели слишком вычурными, к тому же они постоянно менялись, словно он никак не мог остановиться в их придумывании. Но скоро нижняя часть двери застыла, только в верхней осталось какое-то слабое движение, которое постепенно угасало.
— A-а, код подбирает, — шепотом догадалась Натка, подпихнув меня локтем. Я неуверенно кивнула. Тем временем Лид вплотную подошел к собственной картинке и быстро нажал подряд на несколько завитушек. Раздался громкий скрежет, с каким во всех приличных фильмах отодвигаются камни, открывающие подземный ход. Картинка двери погасла, оставив квадратный черный провал в стене.
— Идемте, — житейски сказал король почтительно застывшим ученикам и раскрывшим рты нам с Наткой, и приглашающе махнул рукой.