Король горы
Шрифт:
— Не трать силы понапрасну! — крикнул Натаниэль. — Дыши глубже, я скоро вернусь! — Он поднял взгляд на дверь, за которой его ждала судьба. Вздохнул. Расправил плечи. Взялся за дверную ручку.
— Прости… — прошептал Зик.
Натаниэль распахнул дверь.
Стоя в проеме, он быстро оглядел пространство перед хижиной. Где прячется Всадник Грома? Скорее всего за деревьями, решил Нат. Есть ли у индейца еще одно копье или лук? Натаниэлю хотелось верить, что нет.
Послышался тихий скребущий звук. Нат застыл на месте. Что это такое?
Звук тут же прекратился.
— Не
Собрав волю в кулак, Натаниэль шагнул наружу и прижался к бревенчатой стене хижины. С озера повеяло холодом и влагой, и юноша осознал, что по его лицу ручьями льется пот. Нат огляделся, поднял карабин и начал медленно продвигаться к юго-восточному углу постройки.
В лесу выводил веселые трели певчий дрозд.
В озере беззаботно плескались утки и гуси.
На берегу щипал травку одинокий красавец олень.
Тихая, спокойная картина. Кто бы мог подумать, что за деревьями прячется смерть…
Натаниэль нахмурился. Думать нельзя. Чтобы выжить, ему надо полностью освободить сознание, забыть обо всем, кроме того, что происходит здесь и сейчас, в этом месте, в это мгновение. В последней, решающей схватке разум ему не подмога. Как зверя, его поведут глаза и уши.
Где же ты прячешься, Всадник Грома?
Натаниэль вгляделся в переплетение ветвей. Индейский воин мог притаиться за деревом или большим валуном. Что если у него есть ружье? Вряд ли, понял Нат. Будь у кайова огнестрельное оружие, ему незачем было бы метать копье. Удостоверившись, что с этой стороны дома никого нет, Натаниэль крадучись двинулся вдоль стены. Заглянул за угол. Индейца не было и там.
Из хижины донесся протяжный стон.
Нахмурившись, Нат шагнул обратно к двери. Нельзя допустить, чтобы дядя умер в одиночестве. Юношу охватила мучительная неуверенность. Что делать? Искать Всадника Грома? Или вернуться к дяде? Задумавшись, Натаниэль не заметил, как на плечи ему просыпались какие-то чешуйки — то ли сухая грязь, то ли кора. Когда одна из чешуек шмякнулась Нату на нос и он наконец-то посмотрел вверх, было уже поздно.
Натаниэль нашел Всадника Грома.
Сжимая в правой руке нож, воин племени кайова с пронзительным воплем прыгнул на Ната с крыши.
ГЛАВА 18
Натаниэль не успел даже поднять ружье: Всадник Грома с диким воплем обрушился ему на плечи и выбил из рук карабин. Падая, он ногами оттолкнул Ната от двери хижины; юноша упал на колени, индеец придавил его своим телом и вцепился в волосы. Натаниэль выгнулся дугой, пытаясь высвободиться. Ему удалось сбросить с себя индейца. Тот упал на траву, но тут же с проворством дикой кошки вскочил на ноги. Индеец потрясал ножом, на темном лице застыла безумная гримаса. Всадник Грома был уверен, что победа останется за ним.
Натаниэль потянулся за пистолетом, но Всадник Грома сделал резкий выпад ножом; уклоняясь от сверкающего лезвия, Нат вынужден был отдернуть руку и быстро отпрыгнуть в сторону. Юноша прижался к бревенчатой стене хижины. Он хотел было податься вправо и скользнуть в дверной проем, но индеец каким-то образом
Натаниэль попятился к углу хижины. Он успел сделать четыре или пять шагов, когда вмешался случай.
Нат споткнулся, зацепившись за толстый корень дерева. Он выбросил вперед руки в попытке удержать равновесие, и в этот момент, когда он был наиболее уязвим, воин кайова бросился в атаку. Индеец бешено вращал глазами, левая рука хищной клешней тянулась к горлу Ната, в правой сверкал нож. Падая, Натаниэль беспорядочно молотил руками по воздуху, и ему каким-то чудом удалось перехватить занесенную над ним руку с ножом; другой рукой Всадник Грома схватил его за горло. Нат повалился на спину, кайова моментально оседлал его и нацелился ножом в лицо. Удерживая запястье индейца, Натаниэль отчаянно пытался разжать пальцы, тисками сомкнувшиеся на шее.
В глазах индейского воина горело безумие. Жажда мести полностью подчинила себе сознание. Всадник Грома жил и дышал теперь только ради того, чтобы расправиться с белыми, которые погубили его отряд. Победа или смерть! Он добудет скальпы своих врагов или погибнет в бою.
Натаниэль задыхался. Он не мог отодрать пальцы индейца от горла; острие ножа придвигалось все ближе к груди. Еще несколько секунд, и ему конец. Дядя Зик погибнет тоже… если только он уже не умер.
О боже, Зик!
Мысль о беспомощном, умирающем в одиночестве дяде придала Натаниэлю сил. Он стал дергаться, вырываться, ударил индейца коленом. Потом еще раз и еще. В последний удар Нат вложил все свои силы. Лицо Всадника Грома исказилось от боли, и индеец скатился на траву.
Натаниэль вскочил на ноги. Выхватил из-за пояса пистолет, прицелился. Видя выражение недоумения на лице кайова, Нат решил, что может потянуть время и насладиться мигом торжества. Он победил, он отомстил Всаднику Грома за дядю. Улыбаясь, Натаниэль нажал на спуск.
Раздался щелчок.
Тихий щелчок, и больше ничего.
Пистолет дал осечку.
Всадник Грома с торжествующим воплем бросился на Натаниэля и ножом выбил пистолет из рук.
Натаниэль попятился к северо-восточному углу дома. Что делать? Взгляд упал на карабин: когда индеец выбил у него из рук ружье, оно упало в траву недалеко от бревенчатой стены хижины. Нат одним прыжком преодолел расстояние до карабина. Растянувшись во весь рост, он ухитрился дотянуться до ружья и ухватить его за ствол. Вовремя. Воин кайова уже летел на него.
Натаниэль держал карабин за ствол, и ему оставалось только драться ружьем, как дубиной. Юноша со страшной силой ударил индейца прикладом в лицо; Всадника Грома отбросило назад, удар размозжил ему челюсть; Натаниэль молниеносно перехватил карабин и нацелил его на врага.
Но прежде чем он успел выстрелить, кайова вскочил на ноги и метнул нож.
Натаниэль подался в сторону, но недостаточно быстро; лезвие, просвистев в воздухе, скользнуло по левому виску. Кровь потекла за воротник. Не обращая внимания на головокружение и боль, Нат прицелился индейцу прямо в переносицу.