Король горы
Шрифт:
Глядя на то, как дядя сдирает кожу с головы индейца, Натаниэль скривился от отвращения.
Принять этот зверский обычай?
Ни за что на свете!
ГЛАВА 15
Надо заметить, что для человека, которого вчера ранили стрелой, у Изекиэля было удивительно хорошее настроение. К дяде быстро возвращались силы. Первые два дня ему приходилось часто останавливаться, чтобы утихла боль, вызванная тряской в седле, но на третий день он уже преспокойно скакал шесть часов без перерыва, и вид у него при этом был вполне довольный и беззаботный.
Но как бы ему ни хотелось, он не мог повернуть назад. Сокровище. Оно притягивало Натаниэля как магнит, заставляя крепче сжимать поводья и скакать на запад, оно уводило его все дальше и дальше от женщины его мечты.
Натаниэль часто думал о золоте, прикидывал, сколько получит, когда дядя с ним поделится. Он несколько раз заводил с дядей разговор о сокровище, но Зик неизменно отвечал:
— Ты его увидишь, когда мы приедем в Скалистые. Терпение, племянник, терпение.
Легко сказать.
Дней через пять мрачное настроение мало-помалу стало проходить.
Чем дальше на запад, тем богаче становились флора и фауна прерии. Натаниэль без устали расспрашивал дядю о повадках разных животных и постоянно докучал Зику просьбами обучить его языку жестов. Со временем Натаниэль научился распознавать и изображать достаточное количество знаков и мог уже разговаривать с дядей без слов, одними жестами.
Как-то раз, недели через полторы, когда они проезжали очередной холмистый участок прерии, Зик осадил лошадь:
— Наш ужин!
Натаниэль, собиравшийся жестами задать вопрос, поднял глаза… и замер в изумлении.
— Ничего себе! — выдохнул он.
— Вот они, племянник. Твои бизоны.
Сотни, тысячи бизонов! Они заполняли прерию от края до края. Самцы достигали шести футов в холке, самки были чуть поменьше. Телята отличались еще меньшими размерами и рыжеватым оттенком шерсти. У бизонов были лохматые гривы и косматые бороды; их массивные лобастые головы венчали черные рога размахом в три фута. Натаниэль жадно глядел на бизонов. Он был поражен их видом и невероятными размерами стада — живое море бурых спин раскинулось до самого горизонта. Несколько бизонов повернули головы в их сторону, но не выказали ни малейшей тревоги.
— Сейчас я покажу тебе, что такое острые ощущения, — пообещал дядя. — Оставь здесь вьючных лошадей и поезжай за мной. — Подняв карабин, Зик направил лошадь к стаду.
— Ты же можешь стрелять отсюда, — заметил Нат. Он скакал слева от дяди.
— Ясное дело, могу. Я просто не хочу. Где твой азарт, племянник? Подстрелить бизона на полном скаку — вот что по-настоящему
Натаниэль посмотрел на огромного бизона-самца, мохнатой горой возвышавшегося во главе стада.
— Но это же опасно!
— Не так уж и опасно, если соблюдать осторожность. Бизоны невероятно глупы. Этих недотеп легко окружить или согнать вниз с обрыва. Правда, если бизона разозлить, он свирепеет. Может покалечить лошадь и поднять тебя на рога.
— Дядя, они на нас смотрят!
— Мы далеко, а у бизонов плохое зрение. Они даже если и различают движущиеся объекты, не могут понять, что это.
Натаниэль со смесью страха и возбуждения проверил карабин.
— Для индейцев эти животные — опора существования. Дают им все необходимое для жизни, — заметил Зик. — Индейцам настанет конец, если бизоны когда-нибудь вымрут. Но этих лохматых гигантов миллионы. Ты знаешь, что взрослый самец весит примерно две тысячи фунтов?
— Нет, первый раз слышу.
— Это целая гора мяса, притом великолепного на вкус. Нет ничего вкуснее, чем бизоний горб, жареный или запеченный в углях.
— А если они побегут на нас?
— Придется уносить ноги, — отозвался Зик. Он направил лошадь к ближайшему быку. — Для успешной охоты на бизона надо знать один секрет. Череп у них такой крепкий, что в голову стрелять бессмысленно. Поэтому целься в легкое, прямо за последним ребром.
Натаниэль поглядел на быка. Гора мяса под косматой шкурой.
— А где у него это ребро?
— Когда освежуешь и разделаешь тушу, сразу разберешься, что к чему.
— А сейчас-то что делать?
— Полагаться на удачу. Да, кое-что еще. Если случайно наткнешься на тушу, разделанную индейцами, ни в коем случае не трогай сердце. Индейцы будут разгневаны, а тому, на кого ополчилось племя, не позавидуешь.
— А что такого в бизоньих сердцах?
— Дело в том, что у некоторых племен принято не брать сердца. Они считают, если оставить сердце там, где бизон испустил дух, поголовье станет расти и у племени всегда будет вдоволь добычи.
Натаниэль представил бескрайнюю зеленую прерию, усеянную костями и сердцами бизонов, и покачал головой. Нет конца загадкам и чудесам Дикого Запада!
— Мы возьмем быка вместе, — сказал Зик. — Ты заходи слева, я буду справа. Помни: легкие. И не попади ненароком в меня или в мерина.
— Ты уверен, что это хорошая идея?
— Ни за что на свете не пропущу твою первую охоту на бизона.
— Но у тебя еще не зажил бок.
— Заживет потихоньку. А пока я притворюсь сам перед собой, что давно здоров, — с улыбкой сказал Зик. Поглядев Натаниэлю в глаза, он добавил: — На Западе, племянник, правило такое: упал с лошади — мигом лезь обратно в седло.
— Что ты имеешь в виду?
— Если всякий раз, когда тебе будет худо, падать кверху лапками, стонать и ныть, не протянешь и года. Ты должен быть настоящим мужчиной и мыслить как мужчина. Этот край не для слабаков и нытиков. Они здесь не приживаются. В Штатах дети часто растут беспомощными неумехами по вине родителей, которые их баловали и не смогли научить ничему полезному. Когда с детьми носятся, они растут хилыми и изнеженными, а чтобы выжить вдали от цивилизации, надо быть крепким, как гвоздь.