Король арены
Шрифт:
Короче, мой ограничитель сработал недостаточно эффективно, а замкнутый объём зала не дал звуку рассеяться. Оглушило не по-детски.
— Садюги! Да чтоб я ещё раз с вами связался, — с приговорами вытирал лэр Гюсти кровавые сопли и слёзы большим клетчатым платком, — Это надо же было такое непотребство выдумать! Ироды!
— А я говорил, я предупреждал, — прошипел я вполголоса, не очень надеясь, что лэр меня услышит.
Он и не услышал, как мне показалось.
— Хорошее заклинание! — примерно через пару минут провозгласил лэр Мэрдок, убирая платок в карман, и становясь привычным
Подготовка к дуэли с лэром.
Особых иллюзий насчёт честности аристократов у меня не было. Да, между собой, под клятвами и ритуалами, они наизнанку вывернутся, но постараются выполнить обещание. В моём случае на порядочность юного аристократа глупо рассчитывать. Причин много, но основная заключается в том, что дуэль со мной Юджину ни под каким видом не нужна. Она им и не предполагалась изначально. Лэр, с крепкими парнями из его свиты, рассчитывали выхватить меня после занятий, затащить в один из закутков опустевшего учебного корпуса, хорошенько отлупить там, а потом отдать на растерзание второкурснику. Тот же Йоши, из двадцать второй группы, охотно отметелил бы избитого ботана Ларри на поединке, зарабатывая благосклонность Южины и Юджина Лиховских.
Теперь ситуация у лэра Юджина усложнилась на порядок. Допустить факт дуэли он не может — крайне вредно для репутации. Отказаться — вообще не выход. Серьёзные штрафы по рейтингу и многочисленные обвинения в трусости. Реально у лэра всего лишь один выход из ситуации — сделать так, чтобы дуэль не состоялась по вине оппонента. Самое простое — в случае его неявки в назначенное время.
Осознав проблемы и ближайшую тактику лэра Юджина, я прикинул свой завтрашний день. Если я не ошибаюсь, то до дуэли меня, как минимум, должны покалечить и не дать мне выйти на арену.
Завтра у меня обычный учебный день, не отличающийся разнообразием.
Утренняя зарядка, где я показываю своим соседям по корпусу упражнения на растяжку. Не самое лучшее место, с учётом вахтёра из ветеранов и постоянного присутствия по утрам кого-то из кураторов групп.
Переход в учебный корпус и завтрак в столовой. Сомнительно. Если меня не смогут отловить в одиночку, то будет чересчур много нежелательных свидетелей, а желающих свести концы с концами в Академии достаточно. Такая слава лэру не нужна.
Учёба с короткими переменами, обед, и снова учёба. Тут шансов побольше. Теоретически, можно успеть и подсыпать мне что-то в пищу, к примеру, того же слабительного. С некоторыми магическими добавками.
Вот смеху-то будет. Второкурсник принял вызов чемпиона, и обосрался, променяв арену на место в сортире, откуда вылезти не может.
Занятия заканчиваются в пять вечера, а в шесть я уже должен быть на арене.
Мда-а. Задачка с двумя — тремя неизвестными. Одно понятно, если в течении дня меня союзники лэра Юджина не выловят, то остаётся последний, но почти стопроцентный шанс — дорога к арене.
Теоретически — беспроигрышный вариант. Тот ручей,
В активе у Ларри, а впрочем, ну его к чёрту, уже у меня, не очень много.
Лимит отношений с Баличем на сегодня почти исчерпан. Я из него и так вытряс больше возможного, и даже договорился, что он выступит моим секундантом.
Со старостой дело мутное. К тому же меня ей не прикрыть так, чтобы саму себя не подставить. Так что, забываем.
Лер Мэрдок…
Хм, я пока никак не готов оценить наши сложившиеся отношения. Лэр для меня — личность непонятная и непредсказуемая. Правда, есть одно но…
Больше мне обратиться не к кому.
За целый год, который провёл ботан Ларри Ронси в Академии, да ладно в Академии, в её кампусе, составляющем десятки разнокалиберных общаг, он не удосужился ни вопросом обзаведения друзьями или союзниками, ни симпатиями преподавателей и представителей иных служб Академии. Голимая подстава!
Ладно, репутация у этого туловища ни к чёрту, это поправимо, а вот связи за пару дней никому не построить. Даже мне, поднаторевшему в этом деле клоуну, изумительно легко входящему в контакт с проводницами в вагоне или с администраторами достаточно фешенебельных гостиниц.
Специфика, мать её…
Много, чего не хватает.
С преподавателями всё понятно. Две трети из них ничем не отличаются от университетских российских преподавателей моего мира, и заставляют поверить, что тут — всё, как у нас. Многие берут на лапу, да ещё как! Будь ты хоть каким заучкой, а больше половины стипендии ради сдачи зачётов придётся отдать. Иначе в следующий раз ты эту стипендию просто не получишь.
Кому как, а мне родным пахнуло… Запашок очень знакомый… Авгиевы конюшни, наверное, так же пахли. Дерьмецо, что годами копилось в академической среде моей страны, и брало безнаказанно взятки за своё унылое обучение.
Я понимаю, что возврата в свой мир ждать не стоит и надеяться на это бесполезно.
Память у меня хорошая, и я дословно запомнил всё, что услышал при моём первом появлении в этом мире.
С сознания Сергея Вяткина сняли слепок, по сути — копию. Спрашивается — к кому и куда устремится моя трепетная душа, если ей предоставить свободу и право безлимитного передвижения?
К своему оригиналу? Так там уже есть эта же самая душа — оригинал, выселить которую не получится, а вокруг не наблюдается тел, свободных от души.
Кстати, что-то мне подсказывает, что даже для переселения сознания требуется охренительная прорва ресурсов и специальное оборудование.
— Лэр Мэрдок, — очень вежливо и правильно обратился я к преподавателю, вышедшему ранним утром из своего коттеджа, — Разрешите обратиться?
Это всё, что я успел сказать. От неожиданности чуть было не пропустил удар ногой.