Короче говоря

Арчер Джеффри

— В десять, — решительно заявила она и добавила: — Если тебя это устраивает.

— Вполне. — Я взглянул на часы. — Я закажу такси примерно на девять тридцать.

— Встретимся в фойе. — От её слов мы ещё больше стали похожи на семейную пару.

После завтрака я вернулся в номер и стал собирать вещи. Потом позвонил Альберту и сказал, что мы вряд ли останемся ещё на одну ночь.

— Мне очень жаль, мсье, — проговорил он. — Надеюсь только, это не…

— Нет, Альберт, уверяю вас, тут нет вашей вины. Если

когда-нибудь я узнаю, кто в этом виноват, я немедленно дам вам знать. Кстати, мне понадобится такси в девять тридцать. Мы поедем в Музей д'Орсе.

— Разумеется, Тони.

Не стану утомлять вас пересказом светских замечаний, которыми мы обменивались в такси по дороге от гостиницы до музея, — нужно обладать гораздо большим писательским талантом, чем обладаю я, чтобы удержать на этом разговоре ваше внимание. Однако было бы несправедливо не признать, что рисунки Пикассо стоили этой поездки. И ещё следует добавить, что комментарии Сьюзи собрали вокруг нас небольшую толпу.

— Карандаш, — объясняла она, — самый жестокий инструмент художника, потому что ничего не оставляет на волю случая.

Она остановилась перед рисунком Пикассо, на котором был изображён его отец, сидящий на стуле. Я был потрясён и долго не мог сдвинуться с места.

— Картина эта примечательна тем, — продолжала Сьюзи, — что Пикассо написал её в возрасте шестнадцати лет. То есть уже тогда было ясно, что традиционное направление наскучит ему задолго до окончания художественной школы. Когда отец увидел рисунок впервые — а он сам был художником, — он… — Сьюзи не договорила фразу. Вместо этого она вдруг схватила меня за руку и, глядя мне прямо в глаза, сказала:

— С тобой так хорошо, Тони.

Она наклонилась, словно собиралась меня поцеловать.

Только я хотел сказать: «Какого чёрта ты делаешь?» — как вдруг краем глаза увидел его.

— Шах, — объявил я.

— Что значит «шах»? — не поняла она.

— Конь пересёк доску — или, точнее, Ла-Манш, — и у меня возникло ощущение, что его сейчас тоже введут в игру.

— О чём ты говоришь, Тони?

— Думаю, ты прекрасно понимаешь, о чём я говорю, — ответил я.

— Какое совпадение, — раздался голос у неё за спиной.

Сьюзи резко обернулась и вполне убедительно разыграла удивление, когда увидела Ричарда.

— Какое совпадение, — повторил я.

— Не правда ли, чудесная выставка? — сказала Сьюзи, не обращая внимания на мой сарказм.

— Безусловно, — ответила Рейчел, которая явно не догадывалась, что она, как и я, — всего лишь пешка в этой игре и ферзь скоро сбросит её с доски.

— Ну что ж, раз мы все снова встретились, может, пообедаем вместе? — предложил Ричард.

— Боюсь, у нас другие планы, — покачала головой Сьюзи, взяв меня за руку.

— О, ничего такого, что мы не могли бы отменить, милая. — Я надеялся, что мне позволят хоть

ненадолго задержаться на доске.

— Но мы не найдём столика в приличном ресторане, — настаивала Сьюзи.

— Это не проблема, — с улыбкой заверил её я. — Я знаю небольшое бистро, где нас встретят с распростёртыми объятиями.

Сьюзи рассердилась — ведь я нарушил её игру — и отказывалась разговаривать со мной, когда мы все вместе покинули музей и неторопливо пошли вдоль левого берега Сены. Я завязал разговор с Рейчел. «В конце концов, — подумал я, — мы, пешки, должны держаться вместе».

Увидев меня в дверях, Жак вскинул руки в шутливом отчаянии.

— Сколько, мсье Тони? — с обречённостью в голосе спросил он.

— Четверо, — улыбнулся я.

В итоге я отлично провёл время — впервые за эти выходные. В основном я разговаривал с Рейчел. Она оказалась славной девушкой, хотя, если честно, до Сьюзи ей далеко. Она понятия не имела о том, что происходит на другой стороне доски, где чёрная «королева» подбиралась к её белому «рыцарю». Леди была в ударе, и я с удовольствием наблюдал за ней.

Рейчел оживлённо болтала со мной, а я старательно прислушивался к разговору на другой стороне стола, но мне удавалось уловить лишь обрывки фраз.

— Когда ты думаешь вернуться в Нью-Йорк…

— Да, я запланировал эту поездку в Париж ещё несколько недель назад…

— О, ты будешь в Женеве один…

— Да, мне очень понравился приём у Кэсвиков…

— Я познакомилась с Тони в Париже. Да, всего лишь ещё одно совпадение, я его едва знаю…

«Это точно», — подумал я. Я был в восторге от её представления и даже не возмутился, что счёт в результате пришлось оплачивать мне.

Попрощавшись с остальными, мы со Сьюзи пошли по берегу Сены, но на этот раз не держась за руки. Убедившись, что Ричард и Рейчел скрылись из вида, я остановился и повернулся к ней лицом. Стоит отдать ей должное, она выглядела виноватой и безропотно ждала наказания.

— Вчера я спросил тебя, кстати, тоже после обеда: «Если бы тебе прямо сейчас представилась возможность осуществить любое своё желание, что бы ты сделала?» Каким был бы твой ответ на этот раз?

Впервые за эти выходные Сьюзи растерялась.

— Можешь не сомневаться, — добавил я, глядя в её голубые глаза, — ты ничем не удивишь и не обидишь меня.

— Я бы хотела вернуться в гостиницу, собрать вещи и уехать в аэропорт.

— Значит, так и будет. — Я вышел на дорогу и остановил такси.

В машине Сьюзи не произнесла ни слова и, как только мы приехали в гостиницу, она сразу поднялась к себе, а я тем временем оплатил счёт и попросил принести из номера мои уже упакованные сумки.

И несмотря ни на что вынужден признать — когда она вышла из лифта и улыбнулась мне, я почти пожалел, что меня зовут не Ричард.