Кормление
Шрифт:
– Номер один-девять-четыре, - раздался голос из темноты.
– Устранена.
Лейла обменялась короткими взглядами с Дельфом и Леноксом, прежде чем все они возобновили бег.
– Да, - сказал техник.
– Лучше, если мы будем держаться реки.
Дельф рухнул, когда они поднялись на берег, граничащий с Костяным садом. На полпути вверх по склону он издал резкий, мучительный вопль, зашипел от боли и схватился за голень.
– Чертово подколенное сухожилие!
– Можешь пошевелить?
– спросил Ленокс, приседая рядом с Делфом. Техник стиснул зубы, чтобы подавить крик, когда Кон осторожно коснулся его ноги.
– Черт! Дерьмо! Черт!
– Дельф стукнул кулаком по
– Мы не можем его бросить, - сказал Ленокс, взглянув на Лейлу.
– Команды должны держаться вместе, а она ничего не сказала о ранениях.
– Если бы мы были во Внешнем Мире, он был бы уже мертв, - заметила Лейла, вызвав у Дельфа раздраженный смех.
– Ты маленькая мерзкая дрянь, ты знаешь об этом?
Мысль о том, что поблизости скрываются Крестовые, отбила у Лейлы мгновенное желание шлепнуть его по лодыжке. Вместо этого она вместе с Леноксом взяла Дельфа за руки и потащила вверх по склону. Первый взгляд на Бонеард заставил их резко остановиться. Большие и малые корпуса машин раскинулись перед ними в джунглях ржавого металлолома и высоких сорняков. Грузовики, легковые автомобили, фургоны и всевозможные другие машины, оставленные здесь гнить после Восстания. Топливо, на котором они работали, требовалось для генераторов и бульдозеров, возводивших стену, - все это уже давно было израсходовано. Двигатели, провода и все остальное, что могло пригодиться, было в основном разобрано к тому времени, когда Лейла совершила свои первые вылазки сюда, и она сыграла немалую роль в сборе остатков. В результате, этот затянувшийся памятник машинам Мира редко посещался крысами и прочими паразитами, устроившими себе жилище среди обломков. Он оказался более заросшим, чем она помнила, и скрыл многие крупные корпуса, которые могли бы послужить полезными ориентирами. Однако в трехстах метрах от нее над красной полосой Бониарда возвышалась старая радиовышка.
– Мы ни за что не пройдем через нее с ним, - сказала Лейла, снимая руку Дельфа со своего плеча.
– Нас наверняка поджидает хотя бы один Крестовый.
– Она бросила взгляд на быстро темнеющее небо.
– И скоро стемнеет. Придется идти спринтерским шагом.
– Встретив взгляд Ленокса, она добавила: - Приоритет любого перехода - доставка припасов. Сложный выбор - еще одна часть испытания.
– Она права, - сказал Ленокс, и Дельф рухнул в беспорядочную кучу, когда Кон отошел.
– Прости.
– Нет, - сказала Лейла, все еще злясь.
– Просто чтобы ты знал.
– О, да пошли вы.
– Окинув их обоих суровым взглядом, он добавил: - Надеюсь, вас съедят.
– Теряем время.
– Лейла повернулась к нему спиной и развернула карту. Она указала на крестик, затем на радиовышку: очевидный пункт назначения.
– Кратчайший путь - это прямая линия, - напомнила она Леноксу.
Он согласился, пожал широкими плечами, укладывая рюкзак, и присел, как спринтер на старте.
– Никаких остановок.
– Надеюсь, вас съедят!
– воскликнул Дельф, когда они понеслись прочь, скорее в отчаянии, чем в гневе.
– Надеюсь, вас обоих сожрут на хрен!
Лейла старалась обходить крупные обломки, пробираясь через лабиринт мертвых машин. Машины поменьше были в основном выдолблены, что делало их плохими укрытиями. Однако грузовики и фургоны сохранили достаточно формы, чтобы стать для Лейлы несущими глубокие, угрожающие тени, удлиняющиеся под исчезающим солнцем. Ленокс снова был доволен тем, что она лидирует, хотя и был уверен, что сможет обогнать ее на столь коротком расстоянии. По мере того как она бежала, к ней возвращалось подобие знакомства с этим местом. Вид экскаватора, от колес которого отвалились
– Нам нужно свернуть налево, - сказала она Леноксу, немного сбавив скорость.
– Впереди слишком тесно.
Он не стал спорить, ответил жестким кивком и снова последовал ее примеру. Автобус стоял там, где она его помнила. Он уменьшился в размерах, с его боков содрали краску и выцветшие рекламные щиты. То ли по случайности, то ли по умыслу автобус был втиснут под прямым углом в ряд грузовиков, образуя полезный проход. Запрыгнув на капот стоящего рядом эвакуатора, Лейла ухватилась руками за край крыши автобуса и подтянулась.
– Кажется, все в порядке, - сказала она Леноксу, осторожно прощупывая поверхность ботинком. Голос ее звучал негромко. Ощущение, что за ней наблюдают, стало гораздо менее острым, но это могло означать, что Крестовым просто очень хорошо удается скрываться.
– Лучше держаться края, - посоветовала она, переставляя одну ногу перед другой и двигаясь к задней части автобуса. Она присела, прежде чем спрыгнуть вниз, и окинула взглядом заросшее травой поле за стеной грузовиков. Здесь было меньше развалин, и дорога к башне была относительно свободной.
– Вроде все в порядке, - прошептала она, ловко спрыгивая на землю.
– Прямо...
Воздух вырвался из ее легких, когда он приземлился ей на спину, вдавив ее коленями в твердую почву, а обеими руками вцепился в ее голову так крепко, что казалось, череп треснет.
– Преднизолон!
– Она почувствовала, как плевок упал ей на лоб, когда это слово прозвучало сквозь стиснутые зубы. В его голосе слышались сдавленные рыдания человека, выполняющего ненавистную задачу, но по усиливающемуся давлению на ее голову было ясно, что он не собирается уклоняться от ее выполнения.
– Ей нужен преднизолон.
Это, как поняла Лейла, когда ее зрение приобрело все более глубокий красный оттенок, было мантрой Ленокса. У нее был свой антибиотик. У него было то же самое. Ей было все равно, если бы это было для его жены, дочери или любовницы. В этот момент она, как и Дельф, пожелала ему и тому, кто это сделал, самой отвратительной смерти. Волна ненависти, пульсирующая в ней, вызвала рычание, челюсть открылась, и она дернулась под ним, заставив его ослабить хватку. Когда он это сделал, его указательный палец проник в ее рот. Она укусила его изо всех сил, не останавливаясь, когда кровь залила горло, и продолжала молотить зубами по коже, мышцам и сухожилиям, пока они не встретились с костью. Она услышала, как Ленокс проглотил крик, а его руки все еще продолжали сжимать ее.
Он скажет им, что я упала, - заключила она. Разбила голову. Жаль. Она мне нравилась.
Эта мысль вызвала новый прилив ненависти, и она сделала последнее, спазматическое усилие, чтобы сжать зубы. Наконец хватка Ленокса ослабла, и два дюйма кости и плоти отделились от его руки. Она вырвалась на свободу, брыкаясь и царапаясь. Крича от ярости, он снова набросился на нее, потянувшись к горлу. Лейла выплюнула палец ему в лицо в облаке крови, а затем нанесла сильный удар ногой в нос. Этого времени ей хватило, чтобы перекатиться в сторону и стряхнуть с плеч рюкзак. Зарычав, Ленокс бросился на нее, но в тот момент, когда наполненный камнями рюкзак столкнулся с его головой, он издал хрип. Хотя он был ошеломлен, но остался сильным человеком и успешно уклонился от ее следующего удара.