Корм вампира

Макара Дэйв

Моя пятиэтажка, все так же гордо-зеленая, сколько ее не красили во все времена в другие цвета, посверкивала сохранившимися стеклами и внушала невольное уважение к построившим ее бригадам, умудрившимся из того что, было, сляпать хоть что-то, для молодых семей того времени.

С недрогнувшей душой, прошел через арку и замер, рассматривая двор своего детства.

Березу под моим балконом, настиг удар молнии, расщепив ее повдоль, почти до второго этажа. Разрослись кусты сирени, которые соседи корчевали раз в два-три года, ругаясь,

что солнца и так нет. Газгольдер спрятался в молодых тополях, а вот от старого и кривого вяза ничего не осталось. Зато разрослась парковка и появилась спортивная коробка с поржавевшими и скосившимися, футбольными воротами.

Точно такая же площадка, только с выломанными прутьями, была в соседнем дворе, намекая, что делами детей все же занялись. Только, как всегда, один раз, кинув кость и забыв…

Все еще набираясь храбрости, прошелся вдоль дома, высматривая отличия.

Парковок сделали четыре, из которых две — просто здоровые, в аккурат напротив окон — представляю, как радовались жильцы, когда автолюбители начинали греть свои тазы, усиленно чихая холодными моторами, скрипя ремнями и выбрасывая в окна клубы вонючего, ядовитого, дыма.

Пропали наши "крылатые качели", которые можно было раскачать до полного круга, могучие, на бетонных столбах-опорах. Вместо них — качельки в мой рост, для годовалого ребенка… Переломанные "тренажеры", сваренные из обрезков труб и развалившиеся, судя по всему, уже через год. От них остались лишь догнивающие запчасти и обломки. Поспиливали деревья в центре двора, оставив стандартное болото, на месте проводимых работ. Исчезли бетонные тротуары и телефонная будка.

Покачав головой, развернулся и подняв голову от земли, принялся изучать окна своей, когда-то своей, квартиры.

Новый владелец, застеклил балкон, хотя его и предупреждали, что делать этого не стоит — все его "остекленение" теперь покосилось и свесилось на одну сторону, угрожая вот-вот рухнуть в палисадник. Наши шикарные деревянные рамы сменились на пластиковый пакет-дешевку, тоже покосившийся от времени и нашего климата.

Только подъездная дверь была все та же, с погнутым левым, верхним углом — сосед сверху пытался войти с помощью монтировки, поспорив с соседом снизу. Войти-то он вошел, только вот угол обратно так и не поправил, зараза вечно поддающая!

Силумин доводчика, за все эти годы, приказал долго жить и дверь открылась мягко-мягко, словно вчера смазанная работящим слесарем КСК.

Я таковых, не видел, но, ведь где-то такое может быть?

Первый этаж наполнен совсем не ароматными запахами канализации, плесени и мертвечины. Темный и пустой, с покосившимся электрощитком, одним углом, упирающимся в дверь квартиры, а вторым — так и держащимся за крепко вбитый гвоздь.

Стараясь не хвататься за перила, пошел наверх, привычно считая ступени и рассматривая двери квартир.

Куда девались все наши "деревяшки" и "филенки"?!

Двери, словно

на параде, как одна — металл!

Блеск и величие времени, когда каждый отделялся от соседей дверью посерьёзнее.

А вот наша дверь, на взгляд неказистая и простая, как три копейки, продолжала гордо занимать свое место. Новый хозяин перекрасил ее в серебристо-побитый цвет и снял номерок, словно чем-то он ему не понравился.

А может быть и вправду — не понравился.

Во всем подъезде, кстати, осталось только три квартиры с номерами… Никогда не понимал людей…

Встав на одно колено, присмотрелся к замку и расхохотался — новый хозяин поменял личинку, сняв самодельную, сделанную на заказ лучшим слесарем завода и поставив китайский ширпотреб!

Н-да..

Я все больше и больше понимал Эйнштейна с его верой в бесконечность человеческой глупости.

"Хотя, ребенок мог потерять ключ, например!" — Привел я аргумент в пользу замены замка и сам хохотнул, понимая, что ни черта, не зная о времени, можно кого хочешь обвинить в глупости.

Спустившись на первый этаж и поковырявшись в деталях доводчика, нашел пару вполне сносных металлических полос, сантиметров по десять длиной. Ржавые, но еще вполне успешно сопротивляющиеся времени…

Тихо хрустнув, китайская "личинка" развалилась на две части, открывая доступ к внутренностям замка.

Минута и дверь открылась.

Вторую дверь, деревянную, хозяин оставил без изменений. И замок тоже не поменял.

Нажал на ручку и…

"Дом, милый дом!"

Чужая прихожка — казенно-бежевая, вздувшиеся полы от протекшего холодильника. Обои в коричневый квадратик.

Пыль и запустение.

Чужая квартира.

Ни памяти, ни чувства.

Прошел по квартире, заглядывая в шкафы, выглядывая в окна.

"Чужой мир. Чужая квартира. Только сам себе сердце рвал, дурак набитый!" — Я ругался сам на себя, сидя на маленькой кухоньке, на которой собиралась такая жаркая компания — сперва родители, потом старшие братья, ну а потом и я, слегка чудил на этой кухоньке…

Я пялился в окно, на уже давно чужой двор.

Зачем я сюда пришел?

"Блин, склеротик!" — Я подскочил с табуретки. — "Сосед!"

Сосед у нас был всем соседам — сосед, однозначно. Его коллекцию оружия я излазил еще пацаном, а чуть позже, "оперившись" даже пару раз ходил с ним на охоту.

Если дядь Дима так и не переехал, то у меня есть все шансы начать обрастать вещичками. Нужными и очень полезными, вещичками, для убийства не только ближнего своего, но и дальнего — Дмитрий Георгиевич обожал хорошую оптику!

Да и не старый он был, так что, шансы есть!

Привычно выскочив на лестничную площадку, прижал палец к дверному звонку, ожидая длинного трели, старой, как сам наш дом.

Хмыкнул и почесал ухо — культуру, хоть за двадцать лет смерти и пребывания звезды знает где, из головы так и не вытравило.